Чтение онлайн

– Почему бы просто не сдать это все в полицию? Ты рассказывал им об этом?

– Я не хочу использовать все это. Тот идеалист, с которым ты познакомилась, еще здесь. Я хотел сделать все по-своему. Это всего лишь подстраховка в случае, если он попытается выкинуть какой-то трюк, подобный беременности. Оказалось, что я был прав, когда проводил расследование, - он простонал.
– Это единственный раз, когда я хотел бы ошибиться.

Я села. Я не знаю, что заставило меня слушать. Я кивала и задавала вопросы в течение следующего часа, пока Пэкстон выкладывал мне всю предысторию того, насколько фирма Льюис Андерсон была тесно связанна с кампанией Хьюза. Там было что-то о земле, которой владел Хьюз, и сорока миллионом контракте на застройку недалеко от пляжа, который фирма Спенсера уничтожила бы так быстро, как только закончилось бы слияние с «Андерсон и Ли». Хьюз не мог позволить этому произойти, и это означало, что и Льюис тоже. Она так тесно была связана с ним финансово, что он угрожал расправой над ее личным имуществом. Конечно же, никто в «Андерсон и Ли» не знал об их связи. Хьюз был клиентом, ничего больше.

Пэкстон так же сказал, что верил, что Спенс узнал об их связи, в основном о романе, и именно поэтому Льюис пришлось его убить. Это был беспроигрышный вариант для Хьюза. Он мог подставить Пэкстона, уничтожить его политическую карьеру, и в тоже время решить проблемы, которые у них с Льюис возникли бы от слияния.

– Мы должны пойти с этим в полицию, - я качнулась, когда вставала со своего места.

Пэкстон метнулся, чтобы помочь мне.

– Эй. Полегче. Я принесу тебе воды, - он вернулся со стаканом, наполненным льдом.

– Спасибо, - от глотков мой желудок заурчал.

– Когда ты последний раз что-то ела?
– спросил он.

– Не знаю, - я отмахнулась от вопроса.
– Полиция. Мы должны пойти в полицию с этим, - я была непреклонна. Я хотела, чтобы Хьюз и эта подлая компаньонша заплатили за то, что они совершили.

– Я приготовлю для тебя ужин, и мы со всем разберемся вместе. Может, тебе прилечь.

– Мне не нужно ложиться и я не хочу твою чертову еду!
– я плеснула водой в его лицо, лед скатился к его ногам.

– Эй, эй. Успокойся. Я беспокоюсь о тебе.

– Я устала от того, что все беспокоятся обо мне. Я устала, что все пытаются запихнуть мне еду в рот и говорят, чтобы прекращала пить вино. Я устала от репортеров, которые раскинули лагерь у меня во дворе. Я устала, Пэкс. Я просто устала ото всего. Я хочу, чтобы этот кошмар закончился, а он никак, твою мать, не кончается, - я потерла лицо. Оно горело.

– Я тоже хочу, чтобы все закончилось. Меня убивает наблюдать, как тебе больно.

– Тогда прекрати смотреть на меня, - я сверкнула в него взглядом.

Его плечи ссутулились, и он прикрыл глаза, как будто молился.

– Я знаю, через что ты проходишь. Я вижу это, как фильм, проходящий передо мной, и ничего не могу сделать, чтобы остановить это. Я помню идиотские комментарии от людей и нескончаемую запеканку. Открытки. Люди присылали нелепые открытки. Боже, а цветы были ужасны. Так много цветов.

Я не знала, можно ли это было назвать хихиканьем, но что-то веселое треснуло в моем горле.

Он поднял на меня взгляд.

– Ты смеешься надо мной?

Я прикрыла рот рукой.

– Нет. Но цветы…вонючие, отвратительные цветы.

Его губы расплылись в улыбку.

– Да, они были скверными

– Полностью, - хорошо было прокричаться. Выплеснуть все мысли, которые наполняли голову, засоряя мои способности, говорить что-то, кроме спасибо и улыбаться, как и положено скорбящей вдове.

– Ладно, - я сдалась. Я устала бороться.

– Ладно?

– Я съем что-нибудь, - сообщила я.

– Хорошо. Что-нибудь. Я приготовлю все, что захочешь.

– Мне плевать на еду, но у меня есть вопросы.

– Это по-честному, - он наклонил голову.
– Я приготовлю и отвечу на твои вопросы, если ты поешь. По рукам?

– По рукам.

Пэкстон быстро передвигался по кухне. Я думала, что он, наверное, боялся, что я передумаю, если не поторопиться поставить тарелку с едой передо мной. Я достала вино, не спрашивая, могу ли его открыть. Мне было плевать. Я налила его в чашку и выпила, будто это газировка.

– Жаренную курицу, хорошо?
– он вытащил разделочную доску.

Я пожала плечами.

– Плевать, - на вкус все будет похожим на бумагу. Меня не волновало, что он приготовит.

– Почему ты не идешь в полицию с этим прямо сейчас?
– я села за кухонный стол.

– У нас есть несколько проблем, - Пэкстон нарезал куриную грудку кубиками, отрезая лишний жир.

– У тебя есть электронные письма, которые все доказывают.

Масло зашипело и начало стрелять из сковороды. Он убавил газ.

– Незаконно добытые письма. Я не могу их просто вручить полиции.

– Незаконные? Почему?

– Одри, я нанял сыщиков. Хакерство - незаконно. Я делал это для сбора информации…чего-то, что я смогу иметь на Хьюза, угрожая, что это просочиться в прессу. Это не имеет значимости в суде.

– Но у тебя есть что-то законное? Хоть что-то?

– Пока нет. Мом парни ищут.

Мои зубы онемели от вина.

– Поэтому ты не признаешься полиции, что у тебя есть что-то незаконное, даже если это укажет им в правильном направлении?

– Я делаю это не для того, чтобы обезопасить себя. Я показал, что у меня есть. Я помогу тебе.

– Но ты сделаешь это, когда тебе взбредет в голову, - упрекнула я.

Он положил нож в раковину, помыл руки, а потом вытер их об свой фартук перед тем, как повернуться ко мне лицом.

– Мы поймаем их. Я найду способ привести полицию к настоящим уликам. Ты должна довериться мне.

– Просто не могу поверить, что это происходит на самом деле. Мы знаем, кто это сделал, и ничего не можем сделать.

– Вообще-то, не совсем ничего.

– В смысле?

– Я думал об этом. Если бы ты нашла что-то, что доказало бы, что Спенсер знал об их романе или что Льюис пыталась остановить слияние, этого было бы достаточно, чтобы посеять сомнения. Ты могла бы направить полицию в правильном направлении.

– Но они уже обыскали дом. Они забрали рабочий стол. Они запаковали документы. Нет ничего в доме, что относиться к работе. Они не нашли ничего подозрительного, касаемо «Андерсон и Ли», или детектив Пенделтон сказал бы мне.

– Полиция обыскивала гостевую спальню? Вашу спальню? Его шкаф?

Я закрыла глаза, пытаясь представить утро, когда полиция заявилась с ордером на обыск.

– Нет, они сосредоточились на кабинете. Не думаю, что они заходил в другие комнаты.

– Хорошо, - он поставил тарелку с курицей, рисом и овощами.