Чтение онлайн

избегавшую обычно близко общаться с черными. Она протянула руку, которую он

осторожно поцеловал.

– - Садитесь, пожалуйста,-- указал он на кресло.

Девушка, приведшая Джоан, укрепила на теле пациентки датчики и вышла.

Привычным движением руки, не глядя, доктор включил диагностическую машину.

– - Я внимательно слушаю вас...

Уже сам рассказ больного о своем недуге может служить дополнительным

источником объективной информации для врача, если только этот врач

внимательный психолог. Еще древними диагностиками было замечено соотношение

действительного и мнимого в анамнезе: чем подробнее, красочнее рассказывает

человек о своей болезни, тем меньшую опасность представляет эта болезнь на

самом деле.

И наоборот -- серьезно больной человек часто не представляет истинной

опасности своего положения. Естественная защитная реакция организма --

оптимизм -- укрепляет нервную систему, а последняя мобилизует все внутренние

силы на борьбу с недугом.

Диагностическая машина Ривейры, исследуя биотоки всех важнейших органов

пациента по особой программе, выработанной ее создателем, соотносит с ними

качество сигналов, поступающих из волевого центра мозга больного,

рассказывающего о недомогании. И только после такого сложнейшего

психо-физиологического анализа выдает заключение.

Доктор чем-то расположил к себе Джоан, может, своими большими, карими

глазами, смотревшими на нее с внимательным уважением, немного печально. Он

не прерывал ее ни звуком, ни жестом. Незаметно она перестала замечать перед

собой цветного. Просто умный и добрый человек сидел и слушал ее. Она долго и

обстоятельно рассказывала ему о своих головных болях, о бессоннице, что

часто мучает ее. А потом, незаметно для себя, перешла на другую тему --

стала сетовать на жизнь, которая после катастрофы с мужем заметно

изменилась. Ей снова пришлось преподавать английский в колледже, потому что

пенсия, которую назначил ей университет Барнета, не позволяла жить в ее

вкусе.

Машина перестала стрекотать, лента, выползавшая непрерывно из ее чрева,

замерла неподвижным пучком в корзинке.

– - Хотите почитать, что она вам нагадала? -- улыбнулся Ривейра,

перехватив ее тревожный взгляд.

– - А можно?

– - Пожалуйста,-- он поднес корзинку.-- Вот начало, отсюда надо

читать,-- протянул ей кончик белой неширокой полоски плотной бумаги.

Джоан с интересом стала перебирать ленту, но -- увы! -- ничего, кроме

цифр, математических значков и каких-то сокращений, вроде ПЧК, СДЦ, ЛГК, не

увидела там. Перебрав всю ленту, она разочарованно взглянула на Ривейру.

Тот, откинувшись на спинку кресла, наблюдал за ней из-под полуприкрытых век.

Молодой женщине показалось, будто он снисходительно посмеивается над ней,

как посмеивался дедушка, когда она, совсем малышка, пыталась открыть его

автоматический портсигар-зажигалку... Джоан смутилась и покраснела.

Пытаясь сгладить неловкость момента, он добродушно сказал:

– - Ничего, ничего. Здесь немного зашифровано, но, если хотите, я вас

научу читать этот колдовской язык.-- Он подсел ближе и растянул перед ней

ленту.-- Ну, во-первых, сообщается температура тела: тридцать шесть и семь.

Затем -- давление крови. Неплохое. Простой анализ крови -- эритроциты,

лейкоциты. Ничего особенного. И, наконец, мышечный тонус... Она находит, --

Ривейра кивнул в сторону машины,-- что тонус у вас ниже нормы. Ходите

больше. Бадминтон. Бассейн. Велосипед... А теперь рассказ о том, как

функционируют основные органы. Видите -- "СДЦ". Это сердце. А далее -- его

главные параметры: вот, число сокращений в минуту, величина давления в его

камерах, напряжение сердечной мышцы, ну и так далее. Вам это не интересно. А

вот и вывод: "сердце в норме". Но есть и примечание: "были спазматические

реакции коронарных сосудов"... Вы ощущали легкие боли в области сердца? Нет?

Ну, и прекрасно: есть еще время поупражнять ваше сердце свежим воздухом,

спортом. И самое главное -- поменьше отрицательных эмоций. Сердце надо

беречь!..

Дальше Джоан выслушала оценку состояния ее легких, желудка, почек --

все, в общем, было "в норме", если не считать некоторых замечаний, за

которыми следовали профилактические советы. А в самом конце ленты Ривейра

прочитал ей ответ кибернетического эскулапа на основной вопрос, вытекающий

из жалобы больной: "Легкая степень неврастении".

– - Несколько сеансов волновой терапии вас вылечат.

– - Только и всего?
– - удивилась Джоан, и тут же ей стало неловко от

мысли, что отняла по пустякам столько времени у большого ученого. "А его,

наверно, дожидаются очень больные люди..." И в порыве искренности она

виновато произнесла:

– - Вы извините, доктор. Это Дэви настоял, чтобы я к вам обратилась,

когда сказала ему про головные боли.

– - Ваш муж?

– - Ну да.

Ривейра с трудом удержался от восклицания -- уж слишком это было

неожиданно: хороший диагноз и вдруг -- паранойя! Такой ошибки его машина

допустить не могла...

Не будь он опытнейшим психиатром, наверняка возмутился бы и сказал: "Вы

шутите! Ваш муж скоро два года, как покоится в земле". Но, словно ни в чем

не бывало, он безучастно спросил:

– - Давно это было, когда он вдруг вспомнил про меня?

– - На той неделе.

И только теперь Джоан спохватилась, что наделала. Краска снова залила

ее лицо, она прижала руку ко лбу и пролепетала:

– - Мне что-то нехорошо, доктор... Я, кажется, говорю какие-то

глупости...