Чтение онлайн

– Теперь мы заберем Расти?
– спросил Джо, когда они уходили.

– Расти?
– переспросил Маккензи.

– Пса. Мы его так назвали. Потому что он неухоженный. Кевин говорит, что пес поправляется. Он проведывает его, когда ходит на работу, но меня брал с собой только раз, и Расти не успел меня хорошенько узнать. Но он бы привык ко мне, если бы жил дома. Ведь его уже можно взять?

– Думаю, лучше спросить специалиста, - сказал Ник, глядя на Кевина.
– Как ты думаешь?

Мальчик покраснел и быстро ответил:

– Он хорошо себя чувствует. Даже немного прыгает. Я выгуливал его пару раз.

– Вот. Он почти выздоровел. Разве нельзя взять его домой?
– спросил Джо.

– Ну, я... я не знаю.
– Ник бросил взгляд на Рей.

Она покорно пожала плечами.

– Конечно. У меня полно места. Я заберу его завтра и...
– усмехнулся Ник.

– Нет!
– закричал Джо.
– Мы хотим взять его к себе, ведь так, Грег? Можно, мам?

– Да, ма, - вставил Грег.
– Мы будем за ним ухаживать.

Кевин умоляюще взглянул на нее.

– Папа так часто бывает в отъезде. А Расти сейчас нужен уход. Мы... я буду присматривать за ним, он не будет в тягость.

Ее и огорчила и обрадовала солидарность мальчишек в этом вопросе, тайком уже решивших будущее собаки. Ей не докучали разрозненными мольбами, а. подвергли ее дружной атаке. Рей с улыбкой сдалась. Как можно не принять в дом многострадального Расти, даже если это простая дворняжка, а не породистая клубная, какой была Таффи?

На следующий день Расти стал членом семьи Паскел. А Кевин и впрямь настоящий ветеринар, решила Рей, наблюдая за тем, как тот ухаживает за выздоравливающим псом. Даже неуемный Джо был ласков с собакой, усердно выполняя инструкции Кевина. Расти не только лечили и кормили, но и холили купали и ежедневно расчесывали до тех пор, пока его свалявшаяся шерсть не стала гладкой и блестящей, подобно отшлифованной монете. К тому времени, когда зажили его лапы, он стал всеобщим любимцем. Пес был таким неприхотливым, таким отзывчивым на малейшую ласку, что его любили куда сильнее, чем надменную обладательницу призов Таффи.

И еще кое-кто стал членом семьи Паскел. Ник. Как было условленно, он приходил каждый раз, как только оказывался в городе. Ее сыновья свыклись с его присутствием.

– Привет, Ник, ты придешь сегодня на мою игру?

– Так держать биту?

– Эй, смотри!

Когда Рей поручала ему работу по дому, мальчишки помогали ему, незаметно вовлеченные в дело просьбами Ника: "Подай мне тот болт, Джо, и посвети здесь. Нужен изогнутый гаечный ключ, Грег, - видишь, как легко он подходит?" Ребята учились ремонтировать вещи. И им нравилось это! Может, из-за веселой, шутливой манеры Ника. Они даже взялись за исполнение работ, которых она им еще не поручала...

Однако Кевин, всегда работавший вместе с ними, оставался каким-то безразличным. Странно, думала Рей, мальчик, который так легко вошел в их семью, становится отчужденным, стоит в доме появиться отцу. Рей также заметила, что Ник был слишком осторожен в отношениях с Кевином, никогда не ругал мальчика, как это делал с ее сыновьями: "Черт, Грег, ты довел машину матери до такого состояния? Принеси пылесос, Джо, а ты повесь шланг, Грег!" Когда Ника не было, Рей скучала по нему, прислушивалась, в надежде услышать мелодию, которую он насвистывал, или его добродушное "Как дела?". Потому что, уверяла она себя, он так хорошо ладит с ее сыновьями.

И вот в один субботний день в начале октября, когда Кевин уехал с Гретом на игру за город, а Джо ушел в поход в составе младшей группы бойскаутов, она была в передней части двора с Расти и сгребала листья в кучи, смеясь над псом, который бросался в каждый вновь собранный холм, прыгая и катаясь в листьях. Рей любила пору бабьего лета - терпкий запах сырой земли, легкий, словно затаившийся в воздухе холодок. От работы ее оторвал шум подъехавшей машины. Рей подняла глаза как раз в тот момент, когда Ник захлопнул дверцу и направился к ней.

– Как дела?
– остановился он, чтобы погладить залившегося радостным лаем Расти.
– Почему ты этим занимаешься? Где ребята? Она рассказала ему.

– Я думала, ты во Флориде.

– Вернулся сегодня утром. Итак, все тебя покинули?

– О, я не против. Такое случается столь редко, что мне это даже нравится.

– Так. Но раз я здесь, ты можешь передохнуть, - произнес он, протягивая руку к граблям.

– Нет, - засмеялась она, не отпуская грабли.
– Если хочешь, возьми грабли в гараже. Сгребание листьев - мое самое любимое занятие... Как успехи? спросила Рей, когда Ник вернулся и принялся грести рядом с ней.
– Ты победил?

– Да. Но беседовать не обязательно: я не хочу нарушать твоего одиночества.

– Что? Глупости. Честно говоря, это занятие нравится мне, потому что с ним связаны самые счастливые минуты моей жизни; Когда-то я сгребала листья вместе с одним человеком, - мечтательно произнесла она, вспомнив то, как резвилась на кучах с листьями с позволения отца.

Ник бросил на нее быстрый взгляд.

– С мужем?

– С Томом? О нет! Его даже представить трудно с граблями в руках. Опавшие листья могли бы испачкать его любимые брюки от "Братьев Брукс".
– Как и случилось со слаксами кремового цвета Ника, виновато подумала она.

– А я считал... Разве вы не здесь жили с мужем, до того как он...

– Нет. Не здесь. Мы были женаты всего шесть лет, и Том только начал вставать на ноги. Нам не по карману был такой огромный дом. Здесь жили мои родители. Здесь я выросла.

– Понятно.

– Я сюда вернулась после смерти мужа, - закончила она, почувствовав стыд. Неудавшаяся жена. А затем бедствующая вдова.

– Вполне разумно, - вставил Ник.
– Одна с двумя маленькими детьми. Что тебе еще оставалось делать?

Мало-помалу, пока они работали, он вытянул из нее все. Как она вернулась в колледж, пока ее мать заботилась о мальчиках. О своей первой должности кассира банка. Он смеялся над ее воспоминаниями о тех забавных препятствиях, которые ей пришлось преодолеть, взбираясь по служебной лестнице в бизнесе, которым заправляют главным образом мужчины. Ник покачал головой.

– Снимаю перед тобой шляпу. В этом я полный профан, даже счет закрыть не умею.

Рей рассказала ему о смерти отца три года назад, о том ударе, который они все пережили. А спустя два года мать вышла замуж снова...

– И теперь ты со всем справляешься своими силами. Ухитряешься содержать дом, заботишься о мальчишках, которых стало трое, ходишь на службу, которая свела бы меня с ума. При этом выглядишь как сама Мисс Америка.
– Очень любезно с твоей стороны. Рей улыбнулась. Она не упомянула о физических упражнениях, о регулярных посещениях салона красоты, о своем намерении выглядеть не хуже тех женщин, на которых заглядывался Том.

– За комплимент и за проделанную работу, - она глянула на собранные листья, - я угощу тебя особенно вкусным обедом.