Чтение онлайн

— Понимаете, я только сейчас понял, что совсем не знаю его фамилии.

— Ёшкин кот, — проворчал Хеннинен. — То есть ты не знаешь, какая фамилия у Коти-лайнена?

— А что, Котилайнен — это, по-твоему, его имя? — спросил Маршал. — Позвольте представиться: Котилайнен Вейялайнен.

— Да нет же, я просто подумал, что Котилайнен — это вроде клички. Может, он котов любит, он вообще домашний, часто дома сидит, хотя, с другой стороны, должен же он где-то сидеть. Но все равно, здесь его нету.

— Где нету? — не понял Хеннинен.

— Ну там, то есть здесь, где мы сейчас стоим. Девчонки бы сказали на улочке.

— Фи, — сказал Маршал. — Улочки, булочки, мы у мамы дурочки.

— Чего-чего?

— Да так, ничего.

— И все же я бы еще раз хотел уточнить, есть там Котилайнен или нет, ну там, в списке? — спросил Хеннинен.

Жира еще раз присмотрелся.

— Не, похоже, что нет, — сказал он. — Есть только Койкалайнен и еще какой-то Мую, идиотское имя, а потом еще, ой, блин, вы не поверите, просто пипец.

— Ну, давай.

Тут он залился таким беззвучно-истерическим смехом, что даже присел на корточки и схватился за живот. Посотрясавшись так некоторое время, он затем поднялся и прошептал:

— Урпо.

Это был настолько взволнованный выдох, что все как-то даже притихли на какое-то мгновение, словно из уважения. Три неподвижных, серьезных и немного растерянных головы отразились в стекле, за ними или даже сквозь них проглядывала стена подъезда и список — белыми выпуклыми буквами на черном фоне.

— Да ладно тебе, — прошептал Маршал.

— Сам посмотри!

Маршал переместился ближе. Вначале ничего не было видно, кроме собственных глаз, глупо таращившихся из стекла, потом с их влиянием удалось справиться, и стало видно, что там внутри.

— Бля, и правда, Хеннинен, глянь-ка.

Хеннинен поменялся местами с Маршалом и стал пристраиваться к стеклу. Он так тяжело дышал, что стекло тут же запотело.

— Стекло-то протри, — небрежно бросил Жира.

— Сам знаю.

— Ну, — заерзал Маршал. — Видишь, видишь?

— Ну, вижу. Урпо. И что дальше?

— Урпо значит дурак, ты что, не понял, что ли? — захихикал Жира.

— По-моему, ничего смешного в этом нет, — сказал Хеннинен. — Подумаешь, Урпо, ха-ха-ха.

— Это в тебе говорит рационализм, — сказал Маршал.

— Какой, к черту, рационализм, это же самое обычное мужское имя.

— Ну, в общем-то да, — согласился вдруг Жира. — Об этом я не подумал. Но если это имя, оно что, фамилией теперь быть не может?

— Почему нет, у тебя же Котилайнен стало именем.

— Вот только не надо меня сразу в урпы записывать, — сказал Жира. — У меня и без того голова кругом идет.

— Кстати, возвращаясь к Котилайнену, — эх, Жира, бедная твоя голова!

— Почему?

— Потому я не нашел, в этом списке никакого Койкалайнена.

— Ну не нашел, и хер с ним, — добродушно отозвался Жира и вылупил глаза.

— Зато там есть Котилайнен.

— А я разве не так сказал?

— Насколько мне помниться, мы собирались в гости к Котилайнену, — сказал Маршал. — Совсем не к Койканену.

— Ну да.

— Так точно.

— Ну так вот, как бы это так лучше выразиться, в общем, я думаю, что нам следует каким-то образом переместиться туда в подъезд, — сказал Маршал. — Слушай, а у тебя случайно нет ключей от его квартиры, раз уж вы такие приятели?

— Это ты кому сейчас сказал?

— Это я так, просто. Продумываю возможные варианты наших действий.

— Ну, получайте! — крикнул Хеннинен и выскочил под дождь. Ему, похоже, нравилось гулять под дождем, особенно в его теперешнем состоянии. Он встал посередине улицы и заорал: — Котилайнен!

Жира подскочил и встал рядом, Маршал подошел следом. Здесь в центре улицы казалось, что вся вода мира льется сейчас за шиворот и барабанит по крышам.

— Котилайнен! — закричал Хеннинен.

— Котилайнен! — закричал Маршал.

— Котилайнен! — закричал Жира. — Котилайнен!

И даже причмокнул от удовольствия, словно бы пытаясь уловить некое послевкусие своего крика, потом стал радостно шлепать по воде на асфальте и наконец прорычал:

— Эй, чуваки! Вот это кайф!

— Заткнись, — обрубил его Хеннинен. — Там окно открывается.

На втором этаже, громко скрипя, открылось окно, потом послышался звон и сразу за этим тихий крик, похоже, что там, наверху, только что разбилось что-то ценное. В окно высунулась лысая, продолговатая и как-то несуразно плоская мужская голова. Крохотными почти высохшими глазенками мужик взглянул сначала вниз, а потом возвел глаза к небу. Вдруг откуда-то из непосредственной близости к голове выползла тощая рука, оснащенная большой платформой ладони, когда же ее пальцы добрались до выступающей вперед головы, то стали нежно ее почесывать, словно роняя капли на поверхность.

— Чего шумим? — спросила голова и посмотрела вниз. Рука мгновенно исчезла в комнате, как будто ее утащили туда силой с помощью какого-то механизма.

— Мы идем к Котилайнену! — что было сил закричал Жира, как будто мужик находился где-нибудь в дне пути от того места, где они стояли, хотя до окна было от силы метра три.

— Это не ко мне, не ко мне, — сказал мужик. — Уходите отсюда.

— А вы знаете Котилайнена? — не унимался Жира. — Мы его ищем.

— У нас к нему дело есть! — крикнул Маршал. Кричать приходилось из-за сильного дождя, просто стоило открыть рот, приходилось верой и правдой сражаться с потоком льющейся в тебя воды.

— Уходите, я сказал, не то позову полицию.

— Прости, чувак! — закричал, в свою очередь, Хеннинен. — Тебя, часом, не Урпо зовут?

— Как вам не стыдно, — сдержанно рыкнул мужик, слез с подоконника и захлопнул окно.

— Во дурак, — сказал Жира.