Чтение онлайн

— Еще чего? Мало? — огрызнулся я, но хватка ослабла сама собой. Ее реакция сбила с толку.

— Нет, — она покачала головой, не сводя с моих пылающих глаз взгляда, полного какого-то нового, незнакомого уважения. — Ты же граф. Наследник. Альфа. Я… я должна начать передавать тебе бразды правления. По-настоящему. — Ее улыбка стала чуть увереннее, почти невинной. — И я смотрю… ты уже… готов. Такая реакция… такая… сила… как? — В ее голосе звучал искренний, почти научный восторг. Не к телу. К силе. К власти, что я только что продемонстрировал.

Вместо слов ответ пришел сам. Из глубины. Мой язык — не язык. Длинный, гибкий, раздвоенный на конце, как у змеи. Он выскользнул изо рта и нежно лизнул Амалию по щеке. Быстро. Легко. Как капля росы.

Амалия вздрогнула. Не от страха. От неожиданности. А потом… ее безупречные, холодные глаза наполнились слезами. Не печали. Слезами чистого, немого счастья. Они покатились по щекам, смешиваясь со следами моего… прикосновения. Она не пыталась их смахнуть. Просто смотрела на меня. Как на чудо. Как на бога.

Я отпустил ее горло, отступил. Мой язык уже был обычным. Глаза погасли, оставив лишь легкое рубиновое свечение в глубине. Я повернулся к двери, где ждали мои спасенные, робко выглядывающие в подвал. На пороге я обернулся, бросая последний приказ, как гром среди ясного неба:

— Моих людей надо накормить. Одеть. Обогреть. Собери выживших. ВСЕХ мужчин из числа кандидатов. Кто посмеет их хоть пальцем тронуть… — я сделал паузу, глядя прямо в ее влажные, счастливые глаза, — …думаю, не стоит пояснять.

Амалия молча поднялась со стола, поправляя шелковый халат. Ее движения были медленными, будто в трансе. Она не опустила взгляд.

— Поняла? — рявкнул я.

— Да… — она прошептала, и голос ее дрогнул. — Мыш… Лекс. Я… поняла.

Я вышел, хлопнув дверью подвала. Наткнулся на Виолетту, которая пялилась на толпу изможденных людей с открытым ртом. Ее изумрудные глаза метались от них ко мне, полные дикого непонимания.

— Кто это?! Что там было?! Как все прошло?! — засыпала она вопросами, хватая меня за рукав. — Ты цел? Я слышала крики! Потом тишину! Я чуть дверь не вынесла!

Вместо объяснений я схватил ее. Грубо. Страстно. Притянул к себе и впился в ее сладкие губы. Поцелуй был не нежным. Он был захватом. Утверждением власти. Обладанием. Виолетта взвизгнула от неожиданности, потом ответила с привычной жадностью, вцепившись в мои волосы.

Оторвавшись, я посмотрел ей прямо в глаза, все еще держа за подбородок. Мой голос звучал как приказ Командора Стражниц:

— Твои люди. Твои самые верные "Стальные Кобры". Будут охранять ЭТИХ, — я кивнул на толпу, — и тех, кого Амалия соберет. Всех выживших мужчин. Если хоть волос с их головы упадет… — я сжал ее подбородок чуть сильнее, — …убью на месте. Поняла?

Виолетта замерла. Шок от поцелуя сменился шоком от приказа. Она кивнула, быстро, машинально, ее глаза были огромными.

— Я… я же сказала тебе не уходить от меня! — выпалила она, когда я уже развернулся и пошел прочь по коридору, ведя за собой толпу спасенных. Ее голос стал визгливым от нарастающей паники. — Сейчас опять дров наломаешь! А мне потом что?! Убирать?! Объяснять сестрам?! Тебя же сожрут!

Я не оборачивался. Шел уверенно. Знакомый путь. К свободе? К новым проблемам? Неважно. Сила пульсировала в жилах, рубин Перстня отдавал теплом. Я бросил через плечо, громко, на весь коридор:

— Может, перестанешь верещать и начнешь готовиться к свадьбе?

Тишина.

Абсолютная, оглушительная тишина воцарилась за моей спиной. Даже мои подопечные замерли. Я обернулся на секунду.

Виолетта стояла посреди коридора, как статуя. Бледная. Глаза — огромные, круглые блюдца. Рот приоткрыт. Рука бессмысленно протянута в мою сторону. Весь ее вид кричал об одном: КАТАСТРОФИЧЕСКОМ ПЕРЕГРУЗЕ.

Я усмехнулся и повел людей дальше. Через пару секунд до меня донесся звук. Сначала — тихое аханье. Потом — нервное шарканье ногами на месте. Потом — сдавленный визг и топот каблучков, мечущихся в нерешительности.

— Свадьба? — донесся ее сдавленный шепот. — Свадьба?! Это же надо… А как он… А предложение? А… — ее голос сорвался в фальцет, — …я наверное слишком настаивала? Я его принуждаю? Он… так… а куда он делся?! — Пауза. Потом — оглушительный, истеричный вопль, от которого задрожали стекла в окнах: — ЛЕКС! ТЫ ОПЯТЬ УБЕЖАЛ ПО ЮБКАМ?!

Я только рассмеялся в ответ, ускоряя шаг. Пусть ищет. У меня теперь забот полным полно… спасенные уродцы. И матриархат трещит по швам. Аспид определенно получил свое зрелище. И оно было куда интереснее, чем он рассчитывал.

Тишина. Только тиканье старинных часов да шелест углей в камине. Я сидел в глубоком кожаном кресле у низкого столика из черного дерева. Передо мной — шахматная доска. Фигуры — из черного обсидиана и белого мрамора, холодные на ощупь. Напротив — пустое кресло.

Щелк.

Белый конь сам собой прыгнул на e5. В голове раздался знакомый маслянистый шипящий смех.

«Шах и мат через семь ходов, мышонок, — прошипел голос Аспида, звуча прямо в костях. — Ты как всегда предсказуем. Как мои дочки в их любовных романах. Ха-ха-ха!»

Я молча передвинул черного слона на c4, блокируя атаку. В мыслях ответил спокойно:

«Еще посмотрим, старина. Ты сегодня особенно болтлив. Навеселе после вчерашнего зрелища?»

«О, да!» — Аспид закатился шипящим смехом, от которого по коже побежали мурашки. — «Этот цирк с твоими «спасенными»! Золото! Чистое золото! Ты бы видел, что творилось на площади, пока ты сладко посапывал!» — В моем воображении всплыли картины: ночная площадь, факелы, толпа знатных дам Аспидиума, окружившая повозки с моими кандидатами. Григорий, Марк, Степан и Артем, сидели, как товар на витрине. — «Торги! Настоящие торги! За «писюны», как ты выражаешься! Летели состояния, Лекс! Поместья, шахты, фамильные драгоценности! Лора из «Стальных Кобр» заложила свою шпагу за право первая… э-э-э… «проверить боеспособность» Марка! А две знатные чуть не сцепились из-за молодого Артема! Ха! Их яды брызгали во все стороны! Прелесть! Лучшее развлечение за последние сто лет!»

Я передвинул ферзя, атакуя белую ладью. В мыслях усмехнулся:

«Рад, что повеселился. Надеюсь, хоть моим парням заплатят щедро?»

«О, они теперь богачи! Им осталось только выжить в объятиях своих новых… работодательниц. Ха!» — Аспид передвинул пешку, подставляя ладью под удар. — «Твой ход, пешка. Не затягивай, мне скучно.»

По комнате, как маятник гигантских часов, ходила Виолетта. Всю ночь. Ее каштановые волосы были растрепаны, изумрудные глаза горели лихорадочным блеском. Она бормотала себе под нос, жестикулируя, то заламывая руки, то прижимая их к пылающим щекам.