Чтение онлайн

Карл XII хоть и удалился от Гродно на 70 верст, расположив свою ставку в местечке Желудок, но его отряды зорко следили за всеми подходами к Гродно. Шведский король также стягивал дополнительные силы. 19-го февраля 1706 года в Гродно прибыл разведчик из Новогрудок, посланный от полка Боура, который сообщил, что шведский король стоит в Желудке, войска его расположены в Белицах, Каменке, Орле, где шведы строят мост через Неман, в Вильно выслано 900 кавалеристов, в Новогрудок ожидают поляков Сапеги, которого планируют отправить к Минску. Шведы усиленно обирают местное население, особенно фураж, который изымается подчистую. При этом доставка в шведский обоз вина была запрещена, так как в одну ночь умерло от отравления сразу 200 шведских солдат — это была месть польских крестьян-курпов.

Наступала весна, и вскрылись реки. Мост, выстроенный шведами близ Орла, был снесен, гродненский мост — единственный путь отступления русской армии, уцелел. С началом весеннего ледохода, в Пасху 24 марта, русским удалось выскользнуть из окружения, обманув шведов оставленными в окопах драгунами, которые сначала жгли огромное количество костров, изображавших все войско, а затем легко оторвались от преследования [446] . Когда шведы обнаружили, что исчез противник, поздно было, Карл бросился в погоню, но вынужден был ее прекратить, остановленный весенней распутицей. Таким образом, русские спокойно отошли к Бресту и привели себя в порядок [447] .

Русская конница двигалась в арьергарде, все время на виду у противника. 13 апреля Карл XII попытался атаковать бригаду Ренне, и лично, обнажив шпагу, бросился во главе двух гвардейских батальонов в разделявшую противников речку Ясельду, по пояс в воде, перешел ее в брод, но драгуны продолжили отступать, уклонившись от боя, портя дороги и разрушая за собой мосты. Русские дали крюк в 400 верст и оказались у Киева, оставив небольшие отряды в Полесье, куда ринулся Карл. Зачем он пошел сюда, никто не понимал. Сам Карл объяснял это желанием наказать Вишневецкого — сторонника Августа. У этого магната здесь имелись огромные поместья. Весь край в апреле превратился в одно сплошное озеро. Редкое население пряталось в лесах и за болотами. Истребляли мелкие шведские отряды, направленные в поисках провианта. Узкие дороги русскими перегораживались редутами и встречали шведов огнем.

Переяславский полк И. Мировича переградил путь шведам в местечке Ляховичи [448] . 15 апреля 1706 г. казаки осуществили вылазку, в которой было убито 30 солдат противника, 50 ранено и несколько человек взято в плен [449] .

Мазепа попытался оказать помощь И. Мировичу, направив отряд миргородского полковника Д. Апостола от Клецка, однако он был разбит шведами, а И. Мирович сдался в плен в Ляховичах. Вот что гетман доносил царю в конце преля 1706 г.: "Когда полковник переяславский, по многих прошениях и присылках своих, прислал до меня, гетмана, с фортеции Ляховицкой [450] едного казака, через мур спустивши, з крайним и последним своего освобождения прошением и таковым донесением, что над еден тиж день болш не могут там в фортеции одержатися, поневаж и борошна не стало и коне (кони — А.Ш.) все едны выздыхали, а другие з голоду облеженцы повыедали, теды, по таковым слезных его, полковника Переяславского, прошениях, ординовал (приказал — А.Ш.) я, гетман, думного дворянина Семена Неплюева [451] и полковника Миргородского Данила Апостола, з которыми так много было войск Великороссийский и Малороссийских, як много тут числом изображается:

Думного дворянина Семена Неплюева дракгоней (драгун) — 800

Его ж салдатов — 600

Столника и полковника Григория Анненкова стрельцов — 200

Столника и полковника Василия Кошелева стрельцов — 250

Салдацкого нововыборного полку Севского розряду — 300

Два полка сердюцких пеших, в которых выбрано было сердюков — 600

З полковником Миргродским комонника, компанеи и сердюков конных, а также его полку товариства — 1900

З тими прето войсками он, думный дворянин Семен Неплюев, и полковник Миргородский когда по приказу моему наодсеч Ляховицким облеженцам ишли и реку Неман и иные речки переправили, теды войска неприятельские, известившися о том, зайшли им дорогу к Клецку, где когда себе дали баталию, тогда наши войска, Божьими судьбами, не выдержавши наступлению и огню неприятельскому, едны трепом там же пали, другие в полон досталися, а третьи розбеглися; и любо еще тое росполошенное войско совершенно не исчислялося и число избегших в баталии людей подлинно неизвестно, однак мощно порозумети, что на осмсот (800) пехоти Великороссийской и Малороссийской, а коминника сотце з лишком убито, в полон зас пятьдесят человека Великороссийских, а тридцать Малороссийских взято. По таковым прето войск вашего царского пресветлого величества рейменту моего поражении одолетелном, когда силы неприятельские возвратилися з Клецка до Ляхович и презентовали облеженцам так знамения, яко и полковника охочекомонного, прозываемого Прийму, з иными полоняниками, в том погроме побранными, мзвещаючи им, что войска тые, якие наодсеч фортеции Ляховицкой, все разгромлены зостали, тогда полковник Переяславский з полчанами своими, едно, сердце и надею свобождения своего стративши другое, крайним голодом погибаючи (бо последнее число коней уже доедали, не меючи от килка недель хлеба, соли и неякого борошна) здалися 1 мая. По осмотрении теды фортеции Ляховицкой, 3 мая ездил он же, король Шведский, и до Клецка, хотячи видети местце, на котором бой был, и труп з обеих сторон побитых, наших и своих людей. А який лист полковник Переяславский до мене писал, той я для ведома вашему царскому пресветлому величеству посылаю и покорнее прошу себе монаршего вашего царского пресветлого величества указу, если треба мне до кого з войск Шведских о свобождении з неволе полковника Переяславского и полчан его писати и який мею ответ самому полковнику на тот лист учинити, чтоб ему хоч малую отраду желаемой свободы принести, для чего нарочно удержалем тых его, полковника Переяславского, посланных" [452] .

Если верить шведским данным, то 2000 каролинов противостояло 2150 русских солдат и 2500 малороссийских казаков, не считая 1500 казаков, осажденных в Ляховичах, из которых около 900 погибло, почти 2500 взято в плен, остальные, можно предполагать, разбежались.

Автору неизвестен ответ Петра I на цитируемое письмо гетмана Мазепы, да и был ли он вовсе, однако известно то, что практических мер по освобождение из плена полковника И. Мировича и казаков Переяславского полка предпринято не было и, как следует из челобитной в Сенат вдовы Мировича Пелагеи, он скончался в 1707 г. в плену, находясь в Швеции — "увезен за море, в Готтембург (видимо, Гетеборг — А.Ш.) и тамо в полоне умре" [453] .

Однако, Петр уже убедился в невысоких боевых качествах малороссийских казачьих полков и, как сообщает проф. Т. Чухлиб, у него созревает решение начинать постепенно привлекать гетманских казаков на службу в драгунские полки, а также переводить их в разряд компанейцев, т. е. наемников-профессионалов. Так, еще из Гродно в начале года писал в Батурин один из казачьих старшин И. Черныш прислал в Батурин копию царского указа о направлении в Пруссию каждому пятому казаку Киевского и Прилуцкого полков "для обучения и устройства их в регулярные драгунские полки" [454] .

В этих стычках и Карл сам несколько раз ходил в штыковые атаки. Лишь добравшись до Пинска, он осознал всю бессмысленность преследования русских: "Я вижу, что здесь написано мое "non plus ultra" [455] .

Только 23 апреля Карл XII прибыл в Пинск. Видя, что настигнуть русских он не может, король вступил на Волынь, где было возможно собрать больше средств для содержания войск и расположился в окрестностях Луцка и Дубно. Здесь шведский король простоял без движения целый месяц, после чего решил обратить свое оружие в Саксонию, против Августа. Реншельд предлагал другой план: "Двинуться на север, выбить русских из Лифляндии, разрушить Петербург". — И приводил разумные доводы, — "войск у Петра там мало, через Ревель, Выборг, Ригу мы можем получить все необходимое из Швеции".

Но король напоминал гончего пса. Он ничего не видел, кроме ускользающей дичи: "Сначала Август!" — спорить было безполезно.

Шведы вновь прошли Речь Посполитую из конца в конец. В сентябре они были уже в Силезии, даже не уведомив Вену, и вошли в Саксонию. Август бежал из своего курфюрстшества и укрылся снова в Кракове, безучастным зрителем наблюдая, как гуляют шведы по его наследственным владениям.

Реестр финансов, представленный по требованию победителя вдохновлял на сказочную контрибуцию. Отныне каждый шведский солдат ежедневно получал:

— 2 фунта мяса

— 2 фунта хлеба

— 2 кружки пива

— 4 су деньгами, а кавалерия — еще и фураж.

Ежемесячная сумма составляла 625 тысяч риксдалеров, из них 125 тысяч провиантом и фуражом.

Оставив Дубно, шведский король снова развернулся на Польшу, где, наконец, окончательно разгромил Августа, заставил его отречься от престола в пользу Станислава Лещинского, а заодно и от союзнических обязательств по отношению к России, тайно, через уполномоченных, подписав 25 августа 1706 года, так называемый Альтранштадтский договор.

Отставленный фельдмаршал Огилви был заменен Репниным, а всей конницей командовал Меньшиков. Репнину было приказано следовать к Киеву, а Меньшиков с конницей (около 17 000 человек) [456] , расположился в окрестностях Дубно. Узнав о сосредоточении русской кавалерии, Август II с 15 000 саксонских и польских войск двинулся к Люблину. Меньшиков, в свою очередь, узнав о движении Августа, пошел ему навстречу и 16 сентября русская и саксонские армии соединились в 30 верстах от Люблина.