Чтение онлайн

Кляйн продолжает: «Фридман утверждал, что его движение представляет собой попытку освободить рынок от государства, но реальная история того, что происходит, когда его чистый замысел воплощается на практике, – это совсем другая вещь. В любой стране, где за последние три десятилетия применялась политика чикагской школы, возникал мощный альянс между немногочисленными самыми крупными корпорациями и группой самых богатых политиков, причем граница между этими группами была нечеткой и изменчивой. В России миллиардеры – частные игроки в таком альянсе – называются олигархами, в Китае их зовут "князьками" в Чили —"пираньями" в США, в правление Буша-Чейни, – "первопроходцами". Эти политические и корпоративные элиты отнюдь не освобождают рынок от государства, они просто сливаются с ним, присваивая себе право распоряжаться ресурсами, которые ранее принадлежали обществу, от нефтяных скважин России до общественных земель в Китае или контрактов на восстановительные работы в Ираке при отсутствии конкуренции» (там же, стр.31). Нарисованная картина хорошо нам знакома – так и видишь тут сплошь кремлевские и приближенные к ним лица!

Читаем дальше, то ли еще будет. «Более точный термин для системы, которая стирает границы между Большим Правительством и Большим бизнесом, – это не либерализм, не консерватизм и не капитализм, но корпоративизм. Его главная характеристика – переход значительной массы общественного богатства в частные руки, часто при этом растут долги, возникает все более широкая пропасть между неимоверно богатыми и на все готовыми бедняками, и появляется агрессивный национализм, который позволяет оправдать бесконечные расходы средств на безопасность. Для людей, которые находятся внутри этого пузыря огромного богатства, это самое выгодное положение дел. Но, поскольку подавляющее большинство людей оказывается вне пузыря, корпоративное государство начинает проявлять и другие характерные черты: агрессивный надзор (и снова в этом случае государство и огромные корпорации начинают торговать выгодами и контрактами), массовые аресты, ограничение гражданской свободы и часто, хотя и не всегда, пытки» (там же, стр. 31–32). Нет, сказанное вовсе не копия, снятая с России. Это обобщение современной мировой практики глобализации. Наша страна далеко не первая жертва этой политики.

Какую же роль играет коллективный шок в ее осуществлении? «Адепты доктрины шока убеждены, что только великие катаклизмы – потоп, война, террористический акт – могут создать широкое и чистое полотно (в массовом сознании; речь идет о тактике промывания мозгов. – И.Б.), которое им так необходимо. Именно в такие моменты, когда нам психологически и физически не за что держаться, мы становимся особенно податливыми. И тогда эти художники берут подготовленный материал в свои руки и начинают работу по переделке мира» (там же, стр. 38). В сказанном, наверное, можно найти ответ на вопрос, почему новостные сообщения на телеэкранах и по радио, как правило, начинаются с показа и рассказов о катастрофах, различного рода трагедиях если не в своей стране, то в других, порой самых крошечных и удаленных уголках земного шара. Народ должен постоянно находиться в состоянии психологического стресса, чтобы терпеливо сносить наступление властей на его социальные и политические права, закрывать глаза на ущемление конституционных свобод. А не то, если начнете брыкаться, будет еще хуже – посмотрите, что кругом творится!

Чем больше государство освобождает себя от социальных обязательств, тем чаще народ задумывается: а на кой ляд мне нужно такое государство, которое обдирает как липку налогами, а взамен показывает кукиш? Постепенно все более широкие массы населения будут приходить к мысли, а не лучше ли отдать власть мировому правительству— вон какая замечательная демократия получилась на Западе, пусть он и володеет нами. Страны Восточной Европы, Прибалтика, затем и Украина, устав от бесконечных шоковых потрясений, вызванных безответственной политикой своих олигархов, дружными рядами ринулись в Евросоюз, являющийся прообразом глобального сверхобщества. По мере роста недовольства европейской демократией, особенно после наплыва в Европу мигрантов в распростертые объятия А. Меркель, куда будут поворачиваться их взоры? Конечно, к США, которые проповедуют идею нового мирового порядка, якобы ниспосланную самим господом богом. Слово «порядок» оказывает магическую силу, когда кругом творится анархия. И в один прекрасный момент он может воцариться под эгидой США!

Улита едет, когда-то будет. Пока же вернемся, как говорится, к нашим баранам. После вышесказанного о пылком и страстном увлечении гайдаровцев рыночным фундаментализмом Фридмана можно представить ход мысли, которая привела их в 1988 г. к выводу, что намеченные ими преобразования неизбежно закончатся развалом Советского Союза. Лейбин в уже упоминавшемся разговоре с Гайдаром задал последнему вопрос: «Можете припомнить момент, когда вы поняли, что СССР ждет крах?». На что его собеседник ответил: «Первый раз эта тема начала обсуждаться на семинаре в 1988 году. Один из наших коллег сформулировал тезис, что крах Союза неизбежен». Не связан ли с этим тот факт, что уже в следующем 1989 г. полетели один за другим краеугольные камни из фундамента СССР? Здесь придется напомнить хронологию тех событий.

В сентябре 1989 г. Пленум ЦК КПСС, по наущению горбачевцев, постановил, что «Союзным республикам должны принадлежать права суверенных социалистических государств. Высшие представительные органы власти республик (государств) могут опротестовывать и приостанавливать действие постановлений и распоряжений союзного правительства на своей территории». Высший партийный орган позволил республикам плевать на распоряжения властей союзного государства?! Дальше – больше. В ноябре 1989 г. появляется закон СССР об экономической самостоятельности прибалтийских республик. Получив этот приоритет, они, естественно, не могли им не воспользоваться после развернутой А. Яковлевым в СМИ яростной компании по разоблачению якобы предательской сущности Пакта Молотова – Риббентропа и первыми вышли из Союза.

В марте 1990 г. третий Съезд народных депутатов СССР отменил шестую статью Конституции СССР о руководящей и направляющей роли КПСС в жизнедеятельности советского государства. КПСС являлась стержнем политической системы СССР – и этот стержень выдернули! Причем сами коммунисты, составлявшие большинство участников того съезда! Которые поступили так вопреки положению новой (горбачевской! – И.Б.) редакции Программы партии, принятой XXVII съездом КПСС в 1986 г., о возрастании руководящей роли отряда коммунистов, что в числе прочего было обусловлено «нарастанием агрессивности империализма, необходимостью повышения бдительности, обеспечением безопасности страны» («Программа КПСС. Новая редакция». М., 1986 г., стр. 178). Это могло произойти только по указанию и под давлением Горбачева и К°.

В апреле 1990 г. Съезд народных депутатов принял закон о языках народов СССР, позволивший национальным республикам отказаться от бумагооборота на русском языке – еще один стержень долой! Затем третьего апреля 1990 г. Верховный Совет СССР утвердил постановление о порядке выхода из СССР, развязав руки политикам, заинтересованным в развале Союза. Хотя в то время ни для кого не было секретом, что таковые имеются и ждут не дождутся зеленого света.

Следует подчеркнуть, что развал СССР не был самоцелью либералов-рыночников. Дело в том, что у глобализаторов не было возможности проглотить экономически самодостаточный Союз, чтобы превратить его в зависимую от Запада полуколонию. Употребить государство, не подавившись, можно было лишь по частям, предварительно развалив его единый народно-хозяйственный комплекс. В результате бывшие союзные республики теряли возможность независимого развития, после чего так или иначе попадали в паутину экономической зависимости от Запада.

Что и случилось с Россией. В настоящее время остатки ее экономической самостоятельности держатся лишь на фактически монопольном положении «Газпрома» в обеспечении топливом Европы. И то лишь в силу того, что это обусловлено обеспечением личных интересов кремлевских властей. Можно сказать, что России в этом смысле с президентом, привязанным к «Газпрому», повезло.

Возвращаясь к прерванной теме, заметим, что подобных Гайдару противников Союза ССР, перебежчиков с «революционным прошлым» из авангарда строителей коммунизма в стан его врагов и предателей было пруд пруди. Лацис, Шаталин – из той же обоймы. Содержание их мозгов не соответствовало авторитету предков, которым они пользовались. Природа, как известно, часто отдыхает на потомках!

Лацис был племянником латышского писателя, Лауреата двух Сталинских премий Вилиса Лациса. Шаталин – сыном секретаря обкома КПСС, племянником завотделом ЦК КПСС по кадрам – должность еще та. Не отсюда ли стремительный взлет его карьеры – в 31 год зам. директора НИИ при Госплане СССР, в 34 – Лауреат Госпремии, в 40 – член-корреспондент АН СССР; при Горбачеве, в 1987 г., получил академика – презент генсека и его команды.

Если на перечисленных деятелях природа предков отдыхала, то с Гавриилом Поповым ей было не до скуки. В поте лица мыслитель с греческим профилем руководил экономическим факультетом МГУ. Растил молодую смену строителей нового мира без голодных и рабов, разглядел среди них самовлюбленного барчука Гайдара и других подававших надежды юношей, которые впоследствии сольются воедино в деле крушения основ советской экономики.

В 1985 г. в издательстве «Экономика» профессор Попов родил высокоидейный труд «Эффективное управление». Там есть замечательные откровения, например он пишет: «Ленинские идеи позволили партии и государству создать исключительный по своей эффективности механизм управления строительством социалистической экономики» (стр. 171). В целом книга профессора была нацелена на дальнейший расцвет развитого социализма (его придумал, как покажем ниже, журналист Бовин) и приближение к коммунизму. Для чего следовало навалиться на «разработку той системы управления, которая необходима экономике развитого социализма… Основные направления, исходные фундаментальные положения развития механизма управления определены в документах партии и правительства», – подчеркивал Попов. Далее следует звонкая дробь цитат из работы В.И. Ленина, материалов Пленума ЦК КПСС. Кто мог усомниться, что Попов – верный ленинец! Только на рубеже 90-х выяснится, что это был Федот, да не тот. Когда коммунизм канет в Лету, Попов сознается, что все советские годы спал и видел его гибель. Думаю, что в МГУ он не мог не делиться своими сновидениями в студенческой среде, где в те времена вошли в моду критические настроения к советской власти. Когда я учился, во второй половине 60-х, такие настроения присутствовали, но моды на них еще не было.