Чтение онлайн

Простым депутатом Ельцин оставался недолго — стал членом Президиума. То есть из партийных вождей переехал в государственные, а скоро вообще вышел из КПСС. Это важно, поскольку партию запланировали сносить.

Да, сносить. Горбачев уже с 1988 года протаскивал идею передачи власти Советам и введения многопартийности [144] . Партия должна была потерять всякое значение. Вышло это не сразу, в Политбюро некоторые сопротивлялись… Вы спросите:

— Генсек КПСС — идиот?! Самого себя обессиливать!!

— Не идиот. Диверсант.

Не имел он цели сохранить свою власть. Цель была — убить Советский Союз.

Зачем ломали партию? Потому что на ней держалась вся система управления страной (Политбюро — ЦК республик — обкомы — горкомы — райкомы). Это «дерево» росло десятилетиями, наладились четкие связи и механизмы, все работало. Больше скажу: КПСС вообще не была политической партией, она работала как кузница кадров и как способ существования государства. Если честно, задумка мудрая.

Выстроить новую вертикаль — это годы работы. Поэтому перенос власти в Советы означал разрушение власти вообще.

— Горбачев не знал этого! Он ошибся! Он честно хотел вернуть власть Советам и спасти страну!

— Ага. Не знал… Ребята, да он еще в 1984-м сказал: «Если первые секретари партийных комитетов отдадут экономику на откуп хозяйственникам — у нас все развалится» [145] .

Пытаюсь найти что-нибудь обеляющее Горбачева, но не выходит. Каждый его шаг — измена Родине.

Цель этой возни — легитимация. Ельцина раскрутили как «народного трибуна», «защитника», «своего в доску». Горбачева навязали сверху, а нового лидера будто бы вознес сам народ. Значит, он лучше, надо за ним идти.

И еще одна цель.

Власть обязана казаться монолитной. Даже когда в ней враждуют группировки, от народа это нужно таить. Если правда вылезает, одна из группировок должна перехватить инициативу, объявить противников еретиками и вышвырнуть. Сталин корчевал оппозицию не из прихоти, а для дела.

Зачем? Затем, что народ спокоен, когда чувствует ясное и четкое управление. Общество остается здоровым. А если власть расщеплена и сама не знает, чего хочет, — бардак перекинется на всю страну.

Тут как в самолете. Если пилот потерял управление, но пассажиры об этом не знают, — остается шанс вырулить. А вот если началась паника — все, спасения нет.

Итак, здоровая власть прячет даже свои реальные конфликты. А Горбачев и Ельцин нарочно на публику разыграли конфликт, которого в действительности не было!

Это вторая цель.

Маскирующие виляния кончились, теперь действовали почти открыто. Последовали четкие шаги:

1. В сентябре 1989-го Ельцин сгонял в Штаты пообщаться с сенаторами, с Бжезинским и с самим президентом Бушем. Депутату парламента такие контакты не по чину. И вот поди ж ты! Значит, противник уже сделал на него ставку.

2. В марте 1990-го Третий съезд народных депутатов убрал из Конституции «руководящую роль КПСС» и ввел пост Президента СССР, коим избрал Горбачева. Так Меченый окончательно выбил опору из-под страны, а свое лидерство подстраховал: дело-то не закончено! Потеряй он власть раньше времени, и кто-то сможет Родину спасти…

3. 16 мая 1990-го Ельцина сделали народным депутатом РСФСР. Напомню: он уже депутат всего Союза, а стал еще и республиканским (не знаю, законно ли совмещение двух депутатств. Впрочем, законы рушились). Вроде глупо: зачем понижать статус? Но все было продумано…

4. Через две недели депутата Ельцина избрали главой России (председателем Верховного Совета РСФСР) — лишь с третьей попытки, под давлением Горбачева и с мухлежом: испорченный бюллетень засчитали в пользу ЕБН! Депутаты не хотели, но генсек протащил своего «врага» к рулю РСФСР.

Зачем? Сейчас увидим.

5. Спустя еще неделю, 12 июня 1990-го, Ельцин пробил «Декларацию о государственном суверенитете РСФСР». Вот для того он был и нужен.

Россия стала независимой от Москвы. И от здравого смысла.

Это катастрофа.

Прибалтика уже почти отделилась, но для Союза это мелочь. Не опасно. Врагу важно было отколоть именно Россию. Почему?

Вот стол. Отломи ножку — он все равно останется столом, только на трех ногах. А если вынуть столешницу (верхнюю плоскость), то ножки отвалятся сами, кучка хлама останется.

При всем уважении к другим республикам «столешницей» в СССР была Россия.

И «ножки» посыпались. 20 июня о своем суверенитете заявил Узбекистан, 23-го — Молдавия, 16 июля — Украина, 27-го — Белоруссия, 22 августа — Туркмения, 23-го — Армения, 24-го — Таджикистан, затем Казахстан, Грузия, Киргизия… [146] Республики заключили двусторонние договоры, минуя центр.

Союз формально существовал, но его части держались лишь по инерции.

6. В июне же из КПСС вычленилась Российская компартия (с Г. Зюгановым в составе Политбюро). Еще шаг к развалу.

Псевдопатриоты годами бубнили: Москва — столица Союза, а у РСФСР вообще нет столицы; каждая союзная республика имеет собственное отделение КПСС, а Россия — нет. Какой ужас!

Но Сталин-то сделал так нарочно, потому что СССР — это и есть Россия в полном смысле слова. КПСС была партией и Союза, и России, она скрепляла единство страны. Отсутствие у России своей партии и столицы не унижало ее, а возвеличивало, делало первой среди равных.

Русские коммунисты этого не поняли. Или не хотели понять.

7. В октябре того же 1990-го явился Закон РСФСР о наказании за исполнение союзных законов, не ратифицированных Россией [147] .

Вдумайтесь: исполнение законов Союза отныне считалось преступлением!

8. 12 июня 1991 года Ельцина всенародно избрали Президентом РСФСР (новый пост выдумали, чтобы от советской системы совсем уж ничего не осталось и чтобы подчеркнуть независимость от Горбачева. Мол, такой же президент, двое равных). «Всенародно» — значит, всеобщим голосованием, а не на съезде, как избрали Меченого. ЕБН кичился этим беспредельно.