Российский хоккей: от скандала до трагедии
Шрифт:
Валерий Буре жил в Монреале в доме, который ему и его жене Кендис предоставил клуб «Монреаль Канадиенс». Собственный дом у них в Лос-Анджелесе, где они обычно проводят конец весны и все лето. Самой большой мечтой Валерия тогда была — играть в одной команде со старшим братом.
Отец хоккеистов — Владимир Буре — жил в Ванкувере вместе с молодой женой Юлей и трехлетней дочерью. В интервью «Московскому комсомольцу» он рассказал о своих взаимоотношениях с сыновьями: «Они, особенно Пашка, зарабатывают (кровью и потом, болью и насилованием себя) огромные, тем более по меркам „простого советского человека“, деньги. У них уже другой менталитет… Я для них если еще и авторитет, то только в некоторых, сугубо специфических делах. Для Пашки в первую очередь. Но личная его жизнь для меня — за семью печатями. Нет, конечно же, я в курсе всего, что у него происходит, мы советуемся, обсуждаем какие-то проблемы. Однако внутрь себя он меня уже не допускает. Валька? Тем более. Он ведь в Монреале. Там даже язык другой: французский, а мы с Пашкой налегаем на английский. И вообще Валеркой больше занимается Таня, с которой мы развелись давным-давно. Хотя и делаем одно дело — растим наших сыновей. Счастлив ли я? Не знаю. Горд за своих мальчишек. Они завоевали ту жизнь, которую заслужили. Я им помог и помогаю в меру своих сил и возможностей. Но теперь они живут сами по себе, они — взрослые…»
В начале нового тысячелетия Павел Буре «крутил» любовь с фотомоделью Машей Кравцовой. Их связь длилась два года, причем Павел строго-настрого запретил девушке давать интервью и отвечать на вопросы, касающиеся их личных взаимоотношений.
В июле 2003 года мама Павла, Татьяна Буре, дала интервью газете «Московский комсомолец», где сказала следующее: «Паше уже 33 скоро, но когда с семьей получится — не знаю. Поэтому душа больше болит за него (у Валерия, в отличие от старшего брата, уже двое детей. — Ф. Р.). Он говорит: „Мам, могу хоть сейчас жениться, но зачем это надо? Я хочу так, чтобы уже на всю жизнь, чтобы семья, дети — все было нормально, не бегать к одной, другой…“ И мне хочется, чтоб уже была только одна девочка. Но у него то одна, то другая, то десятая… Никак не может определиться. Порой, глядя на мою реакцию, Пашка говорит: „Ма, у тебя такой вид строгий. Ты так смотришь!“ Я отвечаю: „Значит, вообще у меня такой вид“. Конечно, мне может не нравиться какая-то его подружка, а делаю вид, что нравится… „Тебе нравится? Значит, и мне будет нравиться“. В принципе, все девочки были неплохие, но хочется постоянства, и еще… русскую хочу. Чтобы она была хорошей, ухаживала за ним, чтобы я уже как-то успокоилась. Мне как матери кажется, что ему не хватает тепла — именно женского, материнского такого. Паше нужна сильная личность, интересная женщина. Чтобы быть с ним, надо постоянно учиться. Он человек, который не любит стоять на месте».
В январе 2004 года Буре дал большое интервью еженедельнику «Семья». На вопрос корреспондента «Не боитесь остаться холостяком?» хоккеист ответил следующим образом: «Не боюсь. Жена у меня, конечно, будет. А как же! Но на сегодняшний день моя жизнь меня устраивает».
В своем интервью Буре не соврал — невеста у него действительно появилась. Причем события развивались постепенно. О том, что у него есть постоянная девушка, широкая общественность узнала в феврале 2008 года из интервью его бабушки Людмилы Еремовны «Экспресс-газете» (автор — Борис Кудрявов). Вообще, в своем рассказе бабушка знаменитого хоккеиста поведала читателям много чего интересного: например, сообщила о том, что Павел и Валерий не хотят общаться со своим отцом Владимиром Буре, поскольку тот плохо повел себя по отношению к ней. По словам женщины: «С Володей я не общаюсь уже давно. Даже разговаривать с ним не хочу. То, что он сделал, — самое страшное, что случилось в моей жизни. С ним и Павлик с Валей не хотят вступать в контакт. Жаль, что на них история эта плохо повлияла.
За два года сын превратил меня в больного человека. Он пытался украсть у меня все, что есть, — квартиру, документы, вещи. Два года я фактически боролась за выживание: с огромным трудом возвращала собственную крышу над головой… Я плачу каждый день. Все фотографии сына порвала. Вещи на помойку повыбрасывала. Чтоб его духу здесь не было!..»
Однако вернемся к вопросу о возлюбленной Павла. Бабушка хоккеиста упомянула о ней следующим образом: «Я всех его девушек знала. Они такие замечательные. Но Павлик очень не любит, когда его используют в качестве „кошелька“. Ему важней, какой человек рядом.
Вот уже два года как он встречается с одной чудесной девушкой. Родители ее состоятельные люди, живут в Москве. А она в Америке с Пашей. Имя называть не буду. Главное, что она Пашу очень любит. Правда, немного ревнивая. Я ее учу, что не стоит показывать свои чувства при людях. Она старается. Женщины к нему липнут…»
Чуть позже и сам Буре перестал скрывать свои отношения с этой девушкой и даже более того. Летом 2009 года он дал интервью сразу нескольким печатным изданиям, где подтвердил слухи о своей будущей женитьбе. Так, заметка в «Аргументах и фактах» была озаглавлена весьма недвусмысленно — «Буре решил жениться» (номер от 16 июля, автор — П. Лысенков). Приведу из нее несколько отрывков:
«Да, это правда. Я женюсь 10 октября. Специально выбрал этот день, чтобы получилось 10.10 — это же мой игровой номер. Можно было вообще три десятки сделать (10.10.10), но до следующего года я решил не ждать…
Моя Алина — не тусовочный человек, а домашняя девушка. Любит меня. Мы больше двух лет вместе, и нам хорошо. Обычно в отношениях неизбежны конфликты. Но у нас, не поверите, даже намека на ругань не было.
Познакомились мы на курорте в Турции. Алина приехала туда с родителями, я — с друзьями…
Семья — значит, надо заводить детей, строить дом, резко менять свою жизнь. Когда я играл в хоккей, то к этому был не готов… Сейчас дети у нас в планах…»
А в статье «Замуж за Буре» («Комсомольская правда», номер от 18 июля, автор — Т. Никишина) Буре сказал следующее:
«Алина окончила в Москве экономический институт, потом английскую школу в Майами, а сейчас учится в кулинарной школе. Ей очень нравится готовить. Для образования у нее сейчас есть и время, и желание. И если захочет работать, запрещать не стану. Главное, чтобы ее карьера не мешала дому, семье. Мы уже задумались о своих детях. А вот сколько хотим — еще не решили…»
19 мая 2012 года, во время проведения очередного чемпионата мира по хоккею (он проходил в Финляндии и Швеции), Европейская хоккейная лига внесла имя Павла Буре в Зал славы. На этом чемпионате Павел присутствовал в качестве спортивного комментатора, комментируя некоторые матчи: в частности игру Россия — Финляндия, которую наши выиграли со счетом 6:2. Впрочем, этот чемпионат наша команда прошла без единого поражения и в итоге завоевала «золото» после трехлетнего перерыва.
Хоккейные трагедии
В небе под Свердловском (Гибель хоккейной команды ВВС)
Хоккейная команда ВВС (Москва) была любимым детищем Василия Сталина и считалась одной из сильнейших в стране. Но особенно большие перспективы появились у команды в самом начале 50– х, когда туда перешел Всеволод Бобров. «Летчикам» стало вполне по плечу бороться за чемпионское звание, однако на их пути к «золотым» медалям встали непредвиденные обстоятельства.
7 января 1950 года команда ВВС на самолете «Дуглас» «СИ-47» вылетела в Челябинск на очередную календарную игру. Вместе с шестью членами экипажа и двумя сопровождающими на борту самолета было 11 хоккеистов: Харий Меллупс, Николай Исаев, Роберт Шульманис, Евгений Воронин, Борис Бочарников, Юрий Жибуртович, Василий Володин, Александр Моисеев, Зденек Зикмунд, Юрий Тарасов, Иван Новиков (трое последних перешли в ВВС из «Спартака» всей тройкой). Однако самолет до цели так и не долетел. В аэропорту Кольцово под Свердловском из-за плохих погодных условий «Дуглас» никак не мог выйти на второй радиомаяк и шесть раз пытался совершить посадку, но в итоге во время очередного захода у него не хватило тяги, и он рухнул на краю летного поля. Все находившиеся на борту самолета люди погибли.
Стоит отметить, что несколько лучших игроков ВВС только по счастливой случайности остались в Москве. Например, Бобров и Виктор Шувалов. Первый не успел оформить документы о переходе, опоздал к вылету и ехал поездом (по другой версии — кстати, самой распространенной, — накануне вылета он просто загулял), второго Сталин посчитал неэтичным выставлять в игре против челябинского «Дзержинца», откуда он недавно перешел в ВВС.
Вот как вспоминают об этой трагедии ее непосредственные свидетели.
Н. Пучков (вратарь): «За мной прислали машину, привезли на „Сокол“, там был штаб Василия Сталина. В комнате увидел Шувалова, Чаплинского, Стриганова, Афонькина, еще кого-то, собрали всех, кто оставался в Москве, даже тех, кто кончил или собирался кончить играть. Нам всем было приказано тут же выехать в Челябинск. Календарные игры чемпионата продолжались. В Свердловске пошли в ангар, где лежали погибшие. Были все: родители, жены. Приехали из Москвы Анатолий Тарасов, Владимир Никаноров, Михаил Орехов — цеэсковцы. Земля, все перемешано, тела прошиты металлом. Блеснул новенький погон, майорский, Бориса Бочарникова, звание только-только присвоили…»