Чтение онлайн

«Газпром» также полностью вернул в свою собственность «Сибур» — крупнейший в России комплекс нефтегазохимических предприятий (объем продаж — более 2 млрд долл., доля в отечественном производстве сжиженных газов — около четверти, каучуков и шин — около половины). «Сибур» был создан во второй половине 1990-х гг. Я. Голдовским с использованием финансовых и иных ресурсов «Газпрома» и контролировался высшим менеджментом последнего. В 2001 г., воспользовавшись процессом смены руководства в газовой монополии, Голдовский юридически безупречно перевел основные производственные активы «Сибура» под контроль многочисленных офшоров, конечным собственником которых являлись он и его партнеры. В 2002 г. по прямому требованию государства «Газпром» начал процесс возврата «Сибура». Вскоре было подписано «мировое» соглашение, но согласование окончательных условий и формальные процедуры заняли более полутора лет [135].

В 2004 г. «Газпром» также стал крупнейшим инвестором в отечественную электроэнергетику. Во-первых, он выкупил у Группы ЕСН 5,3 % акций РАО «ЕЭС России», став вторым после государства крупнейшим акционером компании: к концу года его доля достигла 10,6 %. В течение года был также сконцентрирован блокирующий пакет акций «Мосэнерго». Член правления РАО «ЕЭС России» С. Дубинин заявил, что, по его оценкам, общие затраты «Газпрома» на покупку акций энергохолдинга и его московской «дочки» составили около 2 млрд долл.

Ряд наблюдателей и участников рынка оценивают экспансию «Газпрома» в электроэнергетику сугубо отрицательно как нерациональное отвлечение средств от основной деятельности. Заметим, однако, что вертикальная интеграция — одно из ведущих направлений в развитии мировой энергетики. Например, в Германии слияние E.ON и Ruhrgas не вызвало сколько-нибудь серьезного противодействия или критики.

В ноябре под предлогом необходимости погашения налоговых долгов ЮКОСа служба судебных приставов продала 76,8 % акций его основного добывающего предприятия — «Юганскнефтегаза» (добыча в 2004 г. — 51,8 млн тонн нефти). Стартовая цена аукциона составила 8,8 млрд долл., цена продажи — 9,3 млрд долл. Победителем оказалась некая «Байкалфинансгрупп», которую через несколько дней купила «Роснефть» (собственная добыча — 21,6 млн тонн) [136]. Схема финансирования покупки была достаточно сложной, однако фактически основные средства предоставила государственная китайская компания CNPC. Она выдала «Роснефти» ссуду на 6 млрд долл. в счет будущих поставок нефти (48,4 млн тонн в течение 2005–2010 гг.).

Последствия аукциона по «Юганскнефтегазу» для российской экономики и России в целом будут многочисленными и долгосрочными. Самым непосредственным результатом пока является выпадение ЮКОСа из числа значимых игроков российской нефтяной промышленности и резкое усиление в ней позиций государства.

Одновременно в 2004 г. произошел распад ИБГ «ЮКОС — Менатеп». Данная ИБГ не только в течение десяти лет входила в «высшую лигу» российского крупного бизнеса, но и еще два года назад претендовала на роль абсолютного лидера и образца для подражания для ос тальных групп и компаний с точки зрения как приближения к мировым стандартам построения бизнеса, так и его социальной ответственности, и общественно-политической роли (не будем обсуждать, насколько состоятельными были эти претензии). Однако государственные репрессии против ЮКОСа привели к тому, что М. Ходорковский и его партнеры были «выбиты» не только из нефтянки, но и из остальных секторов, где занимали серьезные позиции — танкерные перевозки нефтепродуктов, производство минеральных удобрений и финансы. Инвестиционный банк «Траст», «Менатеп Санкт-Петербург» и компания «ФосАгро» перешли под контроль их менеджмента, который фактически продиктовал акционерам условия продажи. А «Волготанкер» в 2004 г. просто завершил эволюционный процесс эмансипации от бывшей материнской компании — ЮКОСа [137].

В декабре правительство приняло долгожданное решение о трассе и мощности нефтепровода «Восточная Сибирь — Тихий океан». Его решено строить по маршруту Тайшет (Иркутская область) — Сковородино (Амурская область) — бухта Перевозная (Приморский край, рядом с Находкой), пропускная способность нефтепровода — 80 млн тонн [138]. Заказчиком строительства будет государственная компания «Транснефть». По предварительным оценкам, стоимость строительства составит 11–14 млрд долл. Выбранный маршрут выведет российскую нефть на побережье Тихого океана, т. е. к любому потенциальному потребителю в Азиатско-Тихоокеанском регионе — от Канады до Сингапура. Основной альтернативный вариант — «Ангарск — Дацин» — более экономичен, но при этом ориентирован лишь на Китай со всеми вытекающими отсюда рисками.

И наконец, принятое решение не является дискриминационным по отношению к Китаю. Объемы и способы экспорта российской нефти в Китай остаются предметом для переговоров между сторонами. При этом в зависимости от китайской позиции, на наш взгляд, возможны два варианта. Первый — возврат к строительству нефтепровода на Дацин мощностью 30 млн тонн, но уже в качестве ветки от Сковородино. Второй — поставка этих же объемов по железной дороге с использованием незагруженных мощностей Байкало-Амурской и Транссибирской магистралей. (Напомним, что в 2003 г. по железной дороге в Китай было поставлено около 6 млн тонн нефти, в 2004 г. — около 8 млн тонн.)

В январе правительство приняло решение об отмене результатов проведенного в 1993 г. конкурса по проекту «Сахалин-3» (суммарные прогнозные запасы — около 600 млн тонн нефти, 800 млрд куб. м газа и 50 млн тонн газового конденсата). Этот конкурс предполагал разработку месторождений на условиях Соглашения о разделе продукции (СРП), а правопреемником его победителей в настоящее время является консорциум ExxonMobil, ChevronTexaco и «Роснефти». Но заключение СРП все время оттягивалось государством и работы не начинались.

Теперь власти окончательно отказались подписывать соглашение с консорциумом и объявили, что намерены по трем блокам, входящим в «Сахалин-3», провести новые отдельные конкурсы, рассчитывая по их результатам дополнительно получить не менее 1 млрд долл. в государственный бюджет. На наш взгляд, в масштабах мирового неф тяного бизнеса эта сумма не так велика, чтобы из-за нее вести себя неприлично и наносить ущерб доброму имени российского государства как делового партнера. Хотя, с другой стороны, понятно, что ни один серьезный нефтяник из-за случившегося страну не покинет..

В финансовой сфере помимо определенного общего усиления роли государственных банков заметным событием была экспансионистская активность Внешторгбанка (ВТБ), который впервые в своей истории стал покупать в России крупные частные банки. В июле за символическую сумму — 1 млн руб. — ВТБ купил Гута-банк, не справившийся с весенне-летним кризисом доверия в банковском секторе, и в течение короткого времени восстановил его нормальную работу (через несколько месяцев под контроль ВТБ перешла также компания «Гута-Страхование»). А осенью было объявлено о том, что ВТБ приобретает 25 % плюс одну акцию уже упоминавшегося вполне успешного ПСБ СПб. Сделка оценивается в 50–100 млн долл., и ее юридическое завершение ожидается в первой половине 2005 г. В дальнейшем в течение двух лет предполагается довести пакет ВТБ до 75 % [139].

Специального упоминания заслуживает подписанное в начале 2004 г. соглашение о продаже Индии авианесущего крейсера «Адмирал Горшков» и авиагруппы к нему. Фактически это соглашение межгосударственное, хотя формально российскую сторону представляет ФГУП «Росвооружение».

Переговоры о продаже «Горшкова» продолжались почти 10 лет, что, впрочем, для такого рода товаров вполне допустимо. Сделка суммарным объемом 1,6 млрд долл. включает ремонт и модернизацию самого крейсера, а также поставку 12 истребителей МиГ-29, 4 учебно-боевых машин МиГ-29КУБ и 8 вертолетов. Одновременно Индии предоставлен опцион на покупку еще 30 МиГ-29К. В случае его реализации доходы российской стороны могут возрасти до 2,5–3 млрд долл. [140]

Здесь наиболее громким событием, безусловно, является срыв слияния лидеров отечественного энергетического машиностроения — компаний «Силовые машины» и «Объединенные машиностроительные заводы» (ОМЗ). Создаваемая структура должна была стать не только одним из ведущих субъектов российского машиностроения в целом, но и значимым игроком на мировом рынке оборудования для электроэнергетики. О сделке было объявлено в конце 2003 г., завершиться она должна была осенью 2004 г., а затем в ближайшие годы предполагалось вывести акции объединенной компании на мировой фондовый рынок.