Ровесники. Герой асфальта
Шрифт:
Глава 37
Этот Новый Год стал, пожалуй, самым светлым и радостным в моей жизни. Внешне ничем не отличаясь от многих других праздников, он, тем не менее, нёс небывалое умиротворение моей измученной за всё последнее время душе, наполняя меня сознанием собственной значимости и незаменимости. Впервые я отмечала Новый Год не дома, и не в компании друзей – на этот раз Виталик пригласил меня к себе в гости.
– Отца всё равно не будет. А мама нам мешать не станет.
– Только не гони её, бедную, из дома, ладно? – Испугалась я. – Ей и так досталось от вас обоих. Пусть хотя бы в такой праздник почувствует себя счастливой и не одинокой.
Возразить Виталику было нечем. А меня в тот вечер не в шутку озадачил вопрос о подарках и чтобы разрешить его достойным образом, мне, конечно же, пришлось обратиться к маме. Для неё, к счастью, это проблемой не казалось.
– Отцу в прошлом году приличные наручные часы подарили на работе. – Напомнила она. – А у него свои на вес золота – именные, раритетные, с которыми он в жизни не расстанется. Так вот, те подарочные, до сих пор в упаковке и лежат. По-моему, идеальный вариант для твоего мальчика.
Посмотрев на часы, я тоже с восторгом согласилась, что вариант идеальный и на радостях даже расцеловала маму за такую щедрость и чуткость.
– И тебе не жалко?! Они же дорогие, наверное?!
Мама улыбнулась, в который раз поразив меня своей редкостной добротой:
– Да чего уж там… Лишь бы у вас всё хорошо было…
– А Галина Петровна? Ей тоже, наверное, нужно что-то подарить?
– Ну, любой женщине нравятся духи.
– А вдруг у неё есть свой любимый запах духов, а я ей куплю не те, что нужно?
Теперь уже я проявляла в полной мере свою эрудицию. Мама задумалась.
– Да, верно. Хорошо бы ты спросила об этом Виталика.
К счастью, время, чтобы спросить, у меня ещё оставалось. Мой вопрос привёл Виталика в недоумение.
– Духи? Это еще зачем?
– Ну как это зачем? Твоей маме нужно же что-то подарить!
– Ой, Ксюш, я тебя умоляю… Ей в жизни так мало дарили подарков, что она нисколько на тебя не обидится, если ты придёшь налегке.
Подобное равнодушие к собственной матери меня рассердило.
– И чего же в этом будет хорошего? Неужели тебе не хочется сделать маме приятное? Она, как ты говоришь, и так мало чего в жизни видела.
Мой гнев привел Виталика в замешательство.
– Ну… - Он запоздало попытался исправить свою оплошностью – У нас в семье как-то и не принято было дарить подарки…
«Да что у вас вообще в семье было принято?
– Захотелось осадить мне Виталика резко.
– У вас и семьи-то, как таковой, не было! Так, фикция одна!»
Однако я сдержалась – не стоило нам обоим портить друг другу настроение в канун праздника.
– Значит, сегодня мы введем в вашу семью этот приятный обычай.
И мы отправились в магазин выбирать духи.
– Вообще-то мама любым духам обрадуется. Так что ты особенно-то не изощряйся.
– Не важно. Для каждого возраста существует свой, определенный запах. Вот только я в этом плохо разбираюсь.
Слава богу, «в этом» отлично разбиралась молоденькая продавщица магазина. Выслушав от нас полную внешнюю и возрастную характеристику Галины Петровны, а так же прикинув в уме наши финансовые возможности, она учтиво предложила купить традиционную классическую «Кобру» и не пудрить себе больше мозги. Я легко положилась на мнение девушки, и так же легко рассталась с деньгами, врученными мне мамой по такому важному случаю. На обратном пути между мной и Виталиком возник небольшой спор после того, как я предложила ему подарить Галине Петровне духи от нас обоих.
– Представляешь, как ей будет приятно!
– Я представляю, Ксюш. Только не надо этого делать, ладно?
– Почему?
– Потому что это не честно. Деньги твои, идея твоя, а я приклеюсь ни с того, ни с сего на халяву? Нет уж, это полностью твой подарок, ты его и дари. Уверен, ей будет приятно не меньше.
Иногда Виталик становился таким настырным, что у меня отпадала всякая охота с ним спорить. В конце концов, я решила что это – не повод для конфликта. Мой подарок – так мой. Пусть всё будет честно.
Мы договорились на половину одиннадцатого.
– Я за тобой зайду. – Предупредил Виталик. – Будь готова.
И ушёл, расцеловав меня напоследок сухими морозными губами. Готовиться мне, правда, было незачем. Покопавшись в шкафу, я остановила свой выбор на скромных чёрных брючках и белой, расшитой бисером шёлковой блузке. То, что надо. Не вызывающе и вполне симпатично для мирного домашнего ужина в присутствии потенциальной свекрови. Я с ехидцей поймала себя на мысли, что хочу понравиться Галине Петровне именно как будущая сноха. Словно уже и замуж за Виталика намылилась. А почему, собственно, и нет? Конечно, сейчас ещё рано думать о таких серьёзных вещах – впереди, как-никак, одиннадцатый класс, потом институт… Но всё-таки поженимся же мы с Виталиком рано или поздно. Несомненно! Что же может нас разлучить за эти, каких-нибудь, лет семь? Да и потом, жениться можно и студентами…
Так вот размышляла я, крутясь перед зеркалом с электрическими щипцами в руках. Волосы я сегодня накручу полностью, пусть вьются и локонами лежат на плечах. Галина Петровна должна увидеть, какая красивая будет у неё невестка!
Виталик явился на пять минут раньше назначенного срока. Пока я обувалась и одевала куртку, он стоял в прихожей и не сводил с меня очарованных глаз. Не спорю, такой Виталик видел меня впервые. В эти минуты он, наверное, влюбился в меня по новому. Я бы даже сказала ПО НОВОГОДНЕМУ.
А потом мы шли по тёмному, заснеженному посёлку, а вокруг нас царило предпраздничное оживление: во всех окнах горел яркий свет, люди суетились, готовясь к застольям, и хотя на улице по такому случаю не было ни души, ощущение праздника словно витало в ледяном, морозном воздухе само по себе. Особенно это чувствовалось возле дома Виталика, на «пятачке», где переливалась разноцветными огнями пушистая красавица-ёлка. После полуночи тут будет грандиозная гулянка – с петардами, хлопушками и пьяными песнями. Пока же не было и видимости грядущих затей, и только кукольный белый магазин «Дворик» привлекал внимание местных жителей – эта торговая точка собиралась обслуживать людей спиртным всю ночь напролёт.
Галина Петровна очень серьёзно отнеслась к моему визиту – принарядилась, накрыла стол. Казалось, в личной жизни этой женщины не было никакой драмы, и не от неё это только вчера ушёл муж. Хотя, кто знает, может как раз свобода и преобразила её в лучшую сторону?
– Проходите, ребята, проходите…Виталик, повесь Ксюшенькину куртку на вешалку и дай тапочки…
Галина Петровна излучала столько доброжелательности по отношению ко мне, что я, перешагнув порог этой квартиры, сразу же позабыла все свои страхи, пережитые здесь недавно. Настроение было прекрасное! Проследовав за Виталиком в комнату, я, немного смущаясь, вручила им обоим подарки. Реакция матери и сына Павлецких была почти одинаковой. Виталик изумился большой ценности моего презента, Галина Петровна – его наличию вообще.