Ровнин. Тетралогия
Шрифт:
– Люблю оборотней, которые думают, что их клыки и когти решают любую проблему, – в тон ему отозвался Славян и одарил волкодлака белозубой улыбкой. – С ними ночью в лесу нескучно.
– Остер! – хлопнул его по плечу Герасим. – Нравятся мне такие хваты, пусть даже они и сыскные дьяки. Проходи на двор, кваску попей, перекуси, чем мой дом богат.
– А чего квас? Можно и пивка! – охотно согласился Баженов и глянул на Морозова. – Можно же?
– Можно, – кивнул тот. – Но, как и было сказано раньше, после того, как работу выполним, а не до.
– Ну, квас так квас, – вздохнул его заместитель. – Лишь бы с ног валил зараз.
Подворье у стаи Герасима оказалось немаленькое. Тут имелся и огромный добротный дом, сложенный из толстенных бревен явно сильно не вчера, и пара сараев, и поленница, в которой дров хватило бы на десяток зим, и навес, где, собственно, на широких дубовых лавках и разместились сотрудники отдела.
– Зажиточно живут, – повертев головой, негромко сказал Антонов. – Как сказал бы мой батя, «раскулачивать пора».
– Поверь, у них в захоронках, если пошарить как следует, николаевские червонцы можно найти, – заверил его Морозов, – те, которые из золота. А то и что посерьезнее.
– Куда уж серьезнее?
– По слухам, Вернигор, тот, что «Волчий пастырь», незадолго до смерти где-то в своем лесу припрятал сундук, где, кроме золотишка, еще здоровенных размеров корень мандрагыр лежит. И вроде как ему лет столько, что он чуть ли не Владимира Красное Солнышко застал, – пояснил начальник отдела. – Так это или нет – не знаю, но в принципе верю. Его род один из самых старых, запросто такая роскошь в нем осесть могла.
– Ничего себе! – охнула Ревина. – Такому мандрагыру цены нет!
– Цена есть у всего. Но тут сразу и не поймешь, сколько в ней нолей и значок какой валюты поставить надо. Я так точно оценивать не возьмусь. Да и толку в этом нет. Наследнички Вернигора, опять же по слухам, чуть ли не весь лес, где живут, перекопали, но так ничего и не нашли. И помочь им некому. Старого Хранителя кладов убили, новый не появился, а без него, похоже, не обойтись.
Тем временем на стол, который под навесом, конечно же, тоже присутствовал, две совсем молоденькие девчонки водрузили деревянное блюдо с холодным вареным мясом, а после добавили к нему глубокие плошки с хлебом, овощами, соленьями, вареными яйцами и несколько глиняных кувшинов с квасом.
– Угощайтесь, гости дорогие! – сказала одна из них, конопатая и глазастая, поставив перед каждым из оперативников по деревянной здоровенной кружке. – Чем богаты!
– Благодарствуем, – произнес Морозов и неторопливо положил кусок говядины на ломоть серого хлеба. – Пусть судьба тебе, красавица, мужа достойного подберет.
– Ей об этом думать рано, – проворчал Герасим, неслышно подошедший к столу и аккуратно положивший на него спутниковый телефонный аппарат из тех, с которыми лет шесть-семь назад очень любили ходить по злачным местам успешные бизнесмены класса «новый русский», и серьезные братки, такие, те, что на «стрелки» сами по статусу уже не ездили. – А ну брысь отсюда, мелюзга! Дайте гостям поесть спокойно.
И все бы ничего, но вот трапеза оказалась недолгой. Олег только-только принялся уплетать невероятно вкусное мясо, заедая его хрусткими малосольными огурчиками и запивая злым, но очень бодрящим квасом, как у хозяина дома затрезвонил телефон.
– Антип, ты? – тут же сняв трубку, осведомился он. – Чего у тебя? Ну? И? Лепо, брат. Лепо. А еще какие вести есть? Про капище это чего узнал? Нет такого? А, вон оно как. Ишь ты. Но тоже хорошо. Все, едем. И Поликарпу позвони, пусть тоже выдвигается.
– Чую, трапеза откладывается, – отпив кваса, невозмутимо предположил Морозов. – Так?
– Ну, извини, – положив трубку, подтвердил оборотень. – Сам же говорил – время дорого. С собой харч возьмите, по дороге поснедаете. Нам до леса Антипа полчаса езды, не меньше. Эх, дурака мы сваляли, надо было сразу туда путь держать. С другой стороны, кто же знал, что его лесной Хозяин возьмет, да и сразу помогать согласится? Нет у нашего племени с ними особой дружбы. И не особой нет. Вроде и соседи, а лишний раз встречаться радости никакой. А сегодня лешак чуть ли не поперек дороги у Антипа встал, да и говорит: «Делай чего хочешь, а сродственника своего из моего лесу гони в шею. Мне тут таких не надо». Слово за слово, так все и выложил. И где девку ту прячут, и даже где нынче ночью белый вожак в полную силу войдет.
– И где же? – снова не выдержал Олег, которого, похоже, привычная выдержка сегодня полностью покинула. – Если капища у него нет? Ну, я так из разговора понял?
– Капища нет, все верно. Зато есть поляна, на которой много веков назад Чернобог снизошел с небес к самому первому белому вожаку, – степенно произнес хозяин дома, наливая себе квасу. – Вон оно, оказывается, как. У нас тут все когда-то началось, а я и не знал. И никто из наших ведать не ведал.
– А Яна, похоже, в курсе, – заметил Морозов, – хоть и непонятно откуда. Девочка она неглупая, спора нет, но на энциклопедистку никак не тянет. Такие знания по случаю не получишь, очень уж специфичная тема.
– Может, подсказал кто? – предположил Олег. – Например, тот же, кто пайрику на грязную работу определил?
– Похоже, мнительность тети Паши передается воздушно-капельным путем, – обеспокоился Баженов. – Ты, Ровнин, рядом со мной больше не стой. И если чихать надумаешь, то в сторону отворачивайся.
– Короче, девку вашу в старой сторожке держат, – продолжил волкодлак. – При ней два парня, один из моей стаи, другой племяш Поликарпа. Из колена Антипа никого нет, как видно, чтобы родня не учуяла. Кстати, если бы не глазастая ведьма, так бы оно, должно, и вышло. Лесовик упрежден, он нас к ней короткой тропой отведет.
– А на то место, где ритуал готовится, он нас отведет после?
– Тут сложнее, – вздохнул Герасим. – Говорит, что он дорогу к той поляне не видит. И вспомнить ее не может, хоть знает невесть сколько веков. Потому, кстати, он очень по этому поводу злится. Ровно так, как нам и нужно.
– Это точно Яна, – недобро улыбнулась Ревина. – Удивила! Запутать пути в лесу, да так, чтобы местный Хозяин их открыть для себя не смог – это очень сильно. Даже жаль, что такую талантливую девчонку к ногтю прижать придется.
– А мне нет, – возразил Баженов. – Эта талантливая со временем таких дел натворить в городе может, что нам мало не покажется, потому лучше ее сегодня здесь убить, чем после в Москве по всем темным углам ловить. А оно так и случится, видел я эту Яну. Бедовая девка! Кстати, везет нашему Олежке на таких. Он их точно к себе притягивает.
– Ой, ладно, – поморщился Ровнин. – Кто бы говорил!
– Но ты-то знаешь, как дорогу отыскать? – уточнил волкодлак, глядя на Лену.
– Что-нибудь придумается, – заверила его она.