Чтение онлайн

– «Милый… Эй, Графит!» – начала трясти я огромную тушу, хотя слово «трясти» тут можно было бы применить лишь из уважения к моему небольшому росту – «Блин, похоже, сотрясение. Черт-черт-черт!».

– «Не знаю, кто этот «чйорт», о котором ты говоришь…» – наконец, раздался подо мной знакомый голос – «Но для его же блага я надеюсь, что это не он подсказал тебе идею для подобной шуточки, иначе этому «чйорту» несдобровать!».

– «Милый, ты в порядке?!».

– «Скраппи, ты чего это вдруг решила столкнуть нас с этого карниза? Я думал, тебе понравилась свадьба, а ты вдруг решила прославиться как героиня очередного слезливого романа для кобыл?» – недовольно проскрежетал мой муженек, держась за голову и царапая меня фирменным взглядом ночного стража – «Пожалей своего супруга, милая – я еще не готов войти в историю, как самый неудачливый муж века!».

– «Твоя шишка – это все херня, милый!» – самонадеянно заявила я, подхватывая с земли тяжелый камень и поудобнее примеривая его к ноге – «Там, сверху, кто-то был, и этот кто-то подкрался прямо к нам! Я видела эту уродливую морду, торчавшую прямо у тебя за спиной!».

– «Я не слышу и не вижу никого живого» – прислушавшись, отрапортовал Графит. Быстро придя в себя, он схватил меня в охапку и шустро утащил в тень под скалой, скрыв нас от света луны в густой, чернильной темноте – «Жди здесь, я скоро».

– «Не рискуй понапрасну, слышишь?» – прошипела я вслед скрывшейся в тенях фигуре. Несмотря на размеры, страж двигался бесшумно и быстро, исчезнув из поля моего зрения где-то наверху. Ждать пришлось недолго, и уже через пару минут, до меня раздался какой-то глухой стук, сопровождающийся грохотом падения чего-то тяжелого. Мгновенно взмокнув от ужаса, я забарахталась в укрывавших наше местечко лианах, пытаясь как можно быстрее оказаться в воздухе, но меня опередили, и стоило лишь мне раскинуть крылья, готовясь к первому броску, как на гладкую каменную плиту передо мной опустилась знакомая, облаченная в рубашку и черную жилетку, фигура. Гордый, словно герой древних мифов, Графит стоял передо мной в напыщенной позе, удерживая на одном из копыт какой-то каменный обломок, при ближайшем рассмотрении, оказавшийся каменной головой древней статуи, даже в отделенном от туловища виде, способной напугать до усрачки любого мало-мальски впечатлительного пони своим свешенным на бок языком и вытаращенными глазами.

– «Ну вот, жена моя, твой герой явился из боя, неся тебе трофей!» – провозгласил серый негодяй, гордо глядя на меня своими светящимися, драконьими глазами – «Правда, этим монстрам было совсем не до меня. Они там, знаешь ли, занимались кое-какими своими делами, но я решил смело оторвать им головы, чтобы ты не смогла более воззавидовать им, предающимся ублажению друг друга прямо на твоих завистливых глазах!».

– «Да-да-да, заливай, мачо!» – фыркнула я – «Признайся, что решил таким образом подомогаться до меня, злостный развратник!».

– «Милая, это была твоя идея – пролететься над Вечнодиким, оглашая древнюю чащу хохотом и визгом» – напомнил мой новоиспеченный супруг, отбрасывая бесполезный обломок куда-то вдаль – «И это мне уже пристало спросить тебя – а куда, собственно, привели нас сегодня крылья?».

– «Уммм… Даже и не знаю…» – негромко прошептала я. Задор и испуг от первого контакта с этим местом прошли, и я удивленно гляделась вокруг. Кажется, мы попали в какую-то естественную впадину или чашу, со всех сторон, окруженную высокими скалами, густо увитыми лианами и плющом. Ее каменное дно было идеально ровным, и лишь скопившийся мусор из листьев и пожухлой травы мешал нам оценить великолепие едва видимой, однотонной мозаики, светлыми и темными участками формирующей скрытый от нас рисунок. Густая растительность, похоже, давно завоевала это место, и лишь в редких просветах среди толстых, лианоподобных тел, густо усеянных разнообразными листами и листочками, я могла разглядеть колонны каких-то древних зданий, вделанных заподлицо в толщу окружавших нас скал. И в центре этого древнего сооружения, похожего на покинутый, скрытый от чужих глаз храм, находилась идеально круглая, каменная площадка, окруженная хаотично разбросанными фигурами статуй, наполовину скрытых мхом и ползучей флорой, уже накинувшей на них петли своих усиков и лиан. Стоявшие вокруг в каком-то хаотичном порядке, они изображали слившихся в экстазе жеребцов и кобыл, застывших в различных позах на пике своих чувств, и замерев, я поразилась таланту неизвестного скульптора, оказавшегося способным отобразить каждую черточку, передать все напряжение и страсть, дышащие в каждой скульптуре. Сорвав рассерженно цепляющиеся за камень растения, я пораженно рассматривала идеально выполненную фигуру кобылки, чья густая, сбившаяся пенной шапкой грива, казалось, едва заметно покачивается от быстрых, мощных движений пристроившегося к ее крупу жеребца, с суровым видом трудившегося над своей подругой. «Похоже, его усилия не пропали даром» – подумала я, глядя на вытаращенные глаза и высунувшийся на бок язык кобылы. Влажность, поддерживаемая в этом месте бесконечными потоками воды из чаши на вершине впадины, в которую низвергался встреченный нами ранее водопад, наполняла воздух мельчайшей водяной пылью, и оседая на морде статуи, она заставляла ее натурально истекать слюной, капая с высунувшегося в экстазе языка жемчужными каплями воды.

– «Впервые такое вижу, хотя коллеги шипели что-то про древние руины на северо-востоке. Может, это они?» – признался Графит, тоже привлеченный разглядыванием местных достопримечательностей – «Или это древний храм? В этот лес уже давно никто не ходит по своей воле, а уж сюда-то наверняка никто не залетал. Заметила, что вход в котловину завален?».

– «Да, похоже на храм какой-то» – пожала плечами я. Воздух вокруг нас был насыщен влагой, и поколебавшись, я стянула платье, не желая испортить эту важную часть наследия земнопоньского семейства, по праву, способного считаться основателями моего любимого городка. Пожалуй, стоило избавиться и от порядком надоевшей мне упряжи, но развесив на кусте бело-зеленое великолепие, я вновь отвлеклась, во все глаза рассматривая барельефы, украшавшие затянутые вьюнком и папоротником стены. Отодвинув в сторону длинные, жесткие, как веревки, отростки, на концах которых красовались миниатюрные кустики, точь-в-точь повторяющие своими очертаниями громады родительских растений, я медленно пошла по кругу, во все глаза рассматривая барельефы, изображавшие какие-то сценки из явно очень древних времен.

– «Смотри, милый – это же старинная история твоей страны, да?» – поинтересовалась я, услышав над ухом пыхтение подошедшего пегаса – «Смотри, вот они сеют что-то, вот ждут урожая, а вот… Ого!».

– «Похоже, им надоело его ждать, и они решили скрасить свое время чем-то более полезным» – хмыкнул позади слегка осиплый голос. Слегка мазнув по моей спине выпрямленным крылом, супруг прошелся мимо больших, двухэтажных строений, как оказалось, состоявших из одних лишь колонн, рядами уходивших в глубину скал. Соваться внутрь мы не стали, поскольку лунного света, проникавшего в них через потревоженный нами зеленый покров, хватало для того, чтобы увидеть, что они были не слишком большими, да и вдобавок – абсолютно пусты. Кто бы ни строил этот храм древнему Эросу, он явно уже давно не использовался по назначению, и я лишь скабрезно хихикнула, возвращаясь к рассматриванию настенных барельефов, представляя себе, какие же «ритуалы» проходили в этом месте. И впрямь, все стены были покрыты искусно выполненной лепниной, изображавшей быт пони, причем если дневные сцены были посвящены нелегкому труду, то все, что освещалось светом ночного светила, очень напоминало разнузданную оргию, в которой принимали участие все три вида, населявших древнюю страну.

– «Ну как, нашел что-нибудь?» – поинтересовалась я у подошедшего Графита, обойдя по кругу всю впадину и вернувшись к тому месту, откуда мы свалились вниз. Кажется, здесь раньше была тропа наверх, но, как и говорил наблюдательный пегас, вход в котловину был завален рухнувшей в узкий проход скалой, похоронившей под собой колонны, раздробленные весом многотонного каменного обломка – «Я пока ничего, хотя сама экскурсия была довольно забавной. Может, попробуем… Оооооххх… Похоже, для тебя она была не менее… Захватывающей…».

– «Даже более чем, моя маленькая» – хрипло прошептал Графит, крепко прижимая меня к себе и проводя копытом по моей спинке, заставляя немного приподнявшиеся над ней крылья резко поползти в разные стороны. Похоже, надетые на меня ремешки возбуждали его не меньше, чем картинки на стенах, и не успев опомниться, я оказалась взнузданной, когда довольно ловко действующий своими немаленькими копытами пегас быстро застегнул на моей мордочке мягкий розовый недоуздок – «О Богини! Скрапс, ты просто потрясающе выглядишь в этом костюме! И все это ради меня?!».

– «Эммм… Ну да, конечно!» – опомнившись, сориентировалась я, вспомнив наш разговор с Пинки и решив тактично умолчать о том, для кого же, на самом деле, предназначалась эта сбруя – «Я слышала, что такие вот костюмы здорово возбуждают жеребцов, и вообще, всячески разнообразят… эммм… досуг пар. А что, тебе не нравится? Выглядит старомодно?».

– «Выглядит просто отлично!» – засмеялся муженек, видя мою обеспокоенность, с которой я принялась оглядывать свою упакованную в розово-белые ремешки тушку – «Слушай, а давай попробуем пройтись тут как те древние пони, а? Вон, гляди, на полу выложена какая-то линия – уверен, она проходит тут не просто так».

– «Почему бы и нет?» – хмыкнула я, вновь принимаясь почесываться от возбуждающего зуда фланельки – «Заодно повнимательнее разглядим… Эй, поосторожнее, здоровяк!».

Вновь фыркнув от смеха, Графит потащил меня вперед, и вскоре, мы весело, хотя и несколько смущенно смеялись, обсуждая те или иные достоинства разворачивающихся перед нами картин, неторопливо следуя за узкой белой линией, вытравленной на поверхности каменного пола, проводящей следующего по ней мимо всех барельефов и изваяний, выставленных вдоль стен. Фыркая или смущенно хихикая, мы разглядывали наглядные пособия по наиболее распространенным среди древних пони позам и стилям, проскальзывая мимо выполненных в крайне ненатуральную величину здоровенных конских органов, периодически запинаясь об их отколотые, валяющиеся под копытами, здоровенные каменные шары. Но вскоре, наше приключение закончилось у широкой, круглой площадки в центре котловины, окруженной так заинтересовавшими нас статуями. Проходя мимо каждой из них, мы старательно освобождали древние скульптуры от растительности и мха, и вскоре, очищенная нами площадка вновь приобрела тот вид, который, наверное, был задуман ее создателями тысячи лет назад. Идеальный круг в центре нее, диаметром не превышавший, наверное, и трех метров, заметно отличался от всего виденного нами в этом месте. Слегка возвышаясь над полом, он был испещрен неглубокими канавками, узкими линиями прочерчивающими поверхность пористого, темно-коричневого камня, и встав в центр этого странного круга, я заметила, что в какую сторону бы я ни повернулась, ни одна из статуй не перекрывала вид на расположенные рядом с ней изваяния. Крутясь и так и эдак, я внезапно почувствовала, что здорово возбуждена разглядыванием этих темных, каменных тел, сливающихся в блаженстве вокруг меня. Предпочитавшие традиционные позы земнопони яростно грызли холки или держали за ушки своих партнерш, в то время как единороги и пегасы демонстрировали большую изобретательность, и если первые всего лишь предпочитали видеть при этом морды друг друга, заключая друг друга в томные объятья и соприкасаясь витыми рогами, то пегасье племя, по праву, можно было бы назвать основоположниками экстремального секса в мире четырехногих лошадок. Крылатые статуи, во множестве присутствующие на освободившихся от растительности фронтонах [88] зданий, демонстрировали нам просто потрясающие по своей сложности акробатические этюды, некоторые из которых поселили во мне сомнения по поводу наличия у далеких предков этих существ хотя бы зачатков здравого смысла. Шум падающей воды и серебрившиеся влагой каменные тела настолько захватили мое воображение, что я даже не заметила, что кто-то большой и очень возбужденный, давно подкрался ко мне и уже вовсю покусывает мои ушки, заставляя шерсть на загривке становиться дыбом, а хвост – возбужденно подергиваться от желания задрать его повыше, словно белый флаг.