Чтение онлайн

– «Ха-ха-ха-ха-ха!» – закатилась от восторга Пинки под аккомпанемент попискивающего смеха Флаттершай – «Ты не успела его надеть, а уже говоришь прямо как бабушка! Глупышка, это белье поможет тебе, и у вас будет все отлично в вашу первую ночь! Слово Пинки Пай!».

– «Ладно, я тебе верю» – покорно вздохнув, я решила больше не испытывать судьбу и не нарываться на новые проверки своей «вместимости». Беспокойно оглянувшись на свою тушку, в глубине души, я вынуждена была признать, что, несмотря на некоторую старомодность, которой так и веяло от этих ремешков, сбруя довольно сильно напоминала теплую фланелевую пижамку, преднамеренно или нет, подчеркивая мой небольшой рост. Бело-розовые полотняные ремешки также неплохо сглаживали мой абрис, скрывая несколько более развитую, чем у прочих кобылок, мускулатуру, и я неожиданно поняла, что уже довольно долго любуюсь собой, переступая с места на место и выворачивая голову едва ли не задом наперед.

– «Ууууу, ты выглядишь такой нежной и соблазнительной в этой штучке» – польстила мне Фалттершай, вынимая из стоявшей на столике вазы цветок и осторожно закрепляя его где-то на моей гриве – «Ой, я жду-недождусь, когда ты появишься перед нами с таким вот украшением за ухом!».

– «Будем надеяться, что ты права. Я заметила, что жеребцы не слишком-то западают на физически развитых подруг, предпочитая полненьких, мягких, розовых свинят, отбивающих своими пышными крупами кавалеров у кобылок из моей кентурии» – нервно хрюкнула я, косясь на нечто белое, свешивающееся у меня из-за правого уха – «Слушай, а что это за бодяга с цветком? Он тоже должен присутствовать в брачном наряде для первой ночи? И почему обязательно белый?».

– «Нет-нет, что ты» – прыснув, смущенно хохотнула желтая пегаска, покосившись на Пинки, тихо угорающую в углу в обнимку с огромной подушкой, в которую розовая дрянь ржала уже несколько минут без перерыва – «Совсем наоборот! Если кобылка носит такой вот цветок за ухом, это значит, что… Уммм… Ну…».

– «Не говори ей!» – взвизгнула розовая, подбрасывая вверх искусанную подушку и вновь заливаясь радостным смехом – «Хахахахаха! Ну Скраппи, это будет для тебя сюрприз, даже целый сюрпризище!».

– «Сюрприз? Ненавижу сюрпризы!» – пробурчала я – «Ладно, кобылки, повеселились – и хватит! А теперь помогите-ка мне освободиться из этой упряжи, пока бравого кентуриона Первой кентурии Легиона не увидели в этаком наряде!».

– «… И вот так Шайнинг Армор и принцесса Кейденс победили целое войско перевертышей!» – закончила свой рассказ Твайлайт, закрывая перед моим носом красиво иллюстрированную книгу. Украшенный ограненными камнями фолиант был явно любим фиолетовой единорожкой, осторожно погладившей жесткую бумажную обложку, отправляя его с помощью магии на полку.

– «Мило» – задумчиво откликнулась я, уставившись на полированную поверхность стола, на котором стояли чашки с цветочным чаем. Живописания отдельных частей рассказа я пропускала мимо ушей, сосредоточившись на таких интересующих меня вещах, как сама битва и магия. Наличие у единорога возможности создавать какое-то непонятное поле, способное отгонять «темных сущностей» неприятно поразило мое сознание, а способность усилить эту возможность посредством объединения сил с его возлюбленной вообще поставило на грань тихой паники, посеяв в моей душе очень нехорошие подозрения по поводу дальнейших планов «Ее Святейшества» – уж очень все это смахивало на узду для Луны, приберегаемую на черный день, и я внутренне содрогнулась, изо всех сил посочувствовав своей подруге и повелительнице. В Кантерлоте она была как в ловушке! Вопросы же Графита были точны и лаконичны – в чьем обличье были пришельцы, кто обеспечивал безопасность, откуда набирались слуги, кто утверждал список гостей… Страж был в своей стихии и, вскоре, Первой Ученице пришлось лезть за личными записями, которые, как оказалось, вела дотошная единорожка.

– «Да все это чепуха!» – наконец, воскликнула скучающая Рейнбоу Дэш, со стуком переворачивая чашку и принимаясь чертить ложечкой на выпавших из нее чаинках непонятные узоры. Похоже, лишь возможность похвастаться своей удалью заставило ее отложить сладостное ничегонеделание, засев с нами в библиотеке – «Главное, что мы победили, в отличие от всяких там…».

– «Да-да, мы победили» – протянула Твайлайт, с видимым неудовольствием, намекающе глядя на радужногривую подругу, своим видом заставляя ту сделать невинную морду и закрыть рот – «Хотя было и нелегко, ведь врагов были сотни!».

– «Много трупов вывозили?» – сочувствующе кивнула я, но быстро нахмурилась, видя удивление, переходящее в испуг, на морде подруги – «Что, так много?».

– «Вообще-то ни одного, Скраппи!».

– «Как это – «ни одного»?!» – удивилась я, переводя непонимающий взгляд с сидящих напротив подруг на Графита. Пегас только пожал плечами, скорчив многозначительную мину – «Куча каких-то черных выпердышей вломилась на королевскую свадьбу, и после боя не оказалось ни одного мало-мальски интересного для изучения тела? Вы их что, упрашивали уйти, что ли?!».

– «Эй, мы сражались как герои, понятно тебе? Как бешенные мантикоры!» – подскочила на месте рассвирепевшая летунья, но мимолетный взгляд, подаренный ей сидящим рядом со мной стражем, заставил задиру нервно сглотнуть и смирненько опуститься на место – «Мы оглушили немало этих существ, но перевертышей было слишком много, однако мы продержались до тех пор, пока принцесса Кейденс и Шайнинг Армор не вышвырнули их всех прочь! Что, думаешь, недопегасы справились бы лучше?».

Вновь переглянувшись с милым, мы лишь синхронно пожали плечами, заставив единорожку нервно улыбнуться этому жесту. Глядя в глаза презрительно нахмурившейся пегаске, я вытянула переднюю ногу и не глядя, поставила ее на стол. Тяжелый накопытник плавно опустился точнехонько на рассыпчатое пирожное, и сидящие напротив меня подруги непроизвольно вздрогнули, услышав отчетливо раздавшийся в тишине библиотеки глухой хруст ломающегося, словно кость, теста. Подняв к глазам закованное в сталь копыто, я откровенно наслаждалась, рассматривая ошарашенную морду Рейнбоу Дэш, переводившую глаза с острых, пирамидальных шипов на тяжелые, темные капли вишневого варенья, стекающие с накопытника на стол.

– «Неудивительно, что вас все боятся и презирают!» – наконец, буркнула она, постаравшись с самым независимым видом выскользнуть из-за стола – «Ладно, у вас тут стало слишком скучно, а мне еще нужно тренироваться для поступления в Академию Вандерболтов. По крайней мере, они-то всегда выигрывают, и без всяких этих ваших… Штучек».

– «Зря ты так» – помолчав, сказала единорожка, обеспокоенно глядя на сладкое, темно-красное пятно, расползавшееся по поверхности стола – «Последние несколько дней ты прямо сама не своя. Конечно, это было не самое лучшее решение – приглашать на наше чаепитие задиру Дэш, с которой ты и так цапаешься по каждому удобному случаю, но за последние несколько дней ты просто превзошла сама себя. Ты отказалась от давно хранимого для таких случаев сидра, заменив его на более легкие напитки, ты наотрез отказалась одевать сшитое Рарити платье, хотя и оплатила его стоимость, и даже Флаттершай не избежала твоего внимания. Стоило ли так пугать ее, обзывая домашних питомцев нашей подруги «закусками»? Скажи, пожалуйста, это снова… Эммм… Те самые дни, или есть что-то еще, о чем я должна знать?».

– «Все в порядке» – пробормотала я, отводя взгляд от обеспокоенных глаз подруги и упирая его куда-то в стол – «Просто я перенервничала перед свадьбой. И я извинилась перед всеми, кстати!».

– «Все равно, я же вижу, что ты чем-то обеспокоенна» – настаивала единорожка, подсаживаясь ко мне под бочок – «Ты же знаешь, что я в курсе всех твоих проблем, а еще – я до сих пор твой куратор, поскольку принцесса Селестия еще не освободила меня от этого поручения, и мне важно знать, что с тобой случилось».