Чтение онлайн

– «Да, принцесса Селестия» – подняв глаза, я постаралась как можно тверже выговаривать слова, надеясь, что мой голос звучит не слишком уж жалобно – «Я приму ваше правосудие. Ваше – и только ваше, каким бы ни был итог».

– «Ну что же, Скраппи Раг… Я, принцесса Селестия, считаю тебя виновной в причинении смерти живым существам. Это одно из самых страшный преступлений, ибо никто не должен отнимать жизнь у другого существа… Однако мы живем в мире, который еще далек от идеала, и иногда нам приходится совершать разные поступки – хорошие и плохие, а иногда – даже жертвовать чем-то ради блага остальных. Ты вступила в бой, стремясь защитить близкого тебе, и ты продолжила сражаться, даже считая, что надежды уже нет, стремясь защитить тех, кто был вокруг тебя, и это искупает твою вину. Ты сделала это не ради низменных стремлений, но руководствуясь заблуждением и будучи в плену своей натуры, которая толкнула тебя на путь самого легкого, как тебе казалось, способа разрешения этого конфликта. Ты и вправду стала воином, и твоя выучка позволила тебе не только разыскать любимого, но и вызволить из замка наших подданных, страдавших там в неволе. И это еще более облегчает в моих глазах твою вину. Посему, я осуждаю тебя за столь жестокие и поспешные действия, ставшие причиной гибели глупых, злых, но все же живых существ, и приговариваю тебя к курсу исправления, который ты будешь неукоснительно проходить под неусыпным наблюдением моих преданных слуг. Так же, хотя ты и сохранишь свое звание и соответствующие ему права и обязанности, тебе запрещено покидать пределы нашей страны, а так же участвовать в каких-либо операциях Легиона, как лично, так и в составе любых других гражданских или воинских формирований. Я снимаю с тебя запрет на ношение оружия или брони, а так же поражение в гражданских правах, и посему, ты будешь считаться невиновной в выдвинутых против тебя обвинениях, коль скоро ты выкажешь искреннее стремление исправиться и будешь неукоснительно исполнять нашу волю. Скажи, согласна ли ты с моим правосудием?».

– «Да, повелительница» – склонив голову, твердо сказала я – «Я принимаю ваше решение и ваш суд».

– «Это возмутительно!» – беснуясь, кричал посол, расталкивая толпу и громко клекоча раздувающимся от гнева горлом – «Merde! Убийцу и мясника – отпустить свободно гулять дальше? Ну, знаете, это уже слишком!». Множество пони сорвались со своих мест и буквально спрыгивали с трибун, громкими криками приветствуя решение своей повелительницы. Грустно улыбнувшись, принцесса взмахнула крыльями – и растворилась в яркой вспышке солнечного света, и уж после этого никто не помешал восторженно кричащей толпе немного поиграться мной, словно невесомым воланом, который так весело подбрасывать десятками дружеских копыт едва ли не к самому потолку. Ухмыляющийся судья лишь довольно кивал, пока настороженно оглядывающиеся гвардейцы снимали с меня цепи, и лишь после этого официально и громко провозгласил вердикт о моем освобождении.

– «Что, думаешь, ловко вывернулась, Раг?» – раздвигая выкрикивавших вопросы репортеров, навстречу мне уже шла сама госпожа королевский прокурор, при виде которой журналистская братия вновь схватилась за свои камеры и карандаши – «Учти, это не первая и не последняя наша встреча в суде. С твоим наплевательским отношением к условностям, игнорированием законов о насилии и животной изворотливостью ты еще часто будешь пересекаться со мной, поверь. Я жду не дождусь, когда же тебя, наконец, выкинут из этого вашего Легиона, и уже озаботилась тем, чтобы ни одна адвокатская контора, от Дракенриджских гор до Халифланкса, не вздумала принять тебя на работу. А когда такое случится… Что ж, в моем ведомстве для тебя всегда будет свободно место прокурора по особым поручениям».

– «Благодарю вас, прокурор, но это не моя стезя» – передернувшись, заявила я, настороженно глядя на ухмыляющуюся мегеру – «Хотя я могу вам предложить неплохую замену уже сейчас. Голди, иди-ка сюда! Я хочу продать тебя в рабство прокурору для дальнейшей шлифовки твоих навыков. Что думаешь?».

– «Я… Эммм… Ну, даже не знаю, смогу ли я…».

– «А что, это неплохая практика, моя дорогая» – неожиданно заявил презрительно ухмыляющийся Слизи Мейн, уже успевший скормить репортерам небольшую байку про то, как он выиграл этот процесс, даже не открывая своего рта – «Юриспруденцию нельзя знать лишь с одной стороны, поэтому соглашайся, ведь у тебя для этого есть все задатки, да и твоя внешность неплохо будет тебе помогать…».

– «Скраппи! Скрапс!» – протолкавшись мимо приветственно ревущих что-то легионеров, ко мне подбежала Черри, повиснув у меня на шее – «Там гвардейцы, говорят, что тебя хочет видеть сама принцесса!».

– «Опять?» – вздохнув, я позволила себе едва заметно поморщиться – «Ну что же, игры кончились, и сейчас меня начнут вдумчиво, со вкусом, пороть. Эх, ну надо же было так попасть, а?».

– «Изволь предстать передо мной, моя Первая ученица».

– «Да, Госпожа» – повесив голову, я проследовала вперед, по темной ковровой дорожке, пока, наконец, не оказалась перед высоким, вычурным троном, на котором восседала принцесса Луна, сегодня, превратившаяся в строгую Госпожу, перед которой мне предстояло держать ответ. Признаюсь, я вновь крупно недооценила Селестию, и лишь попав в эти странные, никогда не виданные мной ранее покои, я смогла по достоинству оценить всю тонкость ее игры. Я перенесла бы отчуждение, гнев или презрение ее самой, но вот порицание со стороны моей учительницы и самой близкой подруги, если не сказать более, в чем я сама боялась себе признаться, ударило бы по мне гораздо болезненнее, чем любое решение суда. Остановившись у подножья трона, я преклонила передние ноги и застыла, не решаясь поднять на принцессу глаза, со страхом ожидая упреков, отчуждения и может быть, даже…

– «Скраппи!» – где-то вдалеке негромко громыхнул собирающийся гром, когда большие, темные крылья со множеством изогнутых, щегольски завитых перышек, обернулись вокруг моего тела, притягивая меня к сошедшей со своего готического престола принцессе. Подняв мою голову копытом, она с удовлетворенной улыбкой всматривалась в мою испуганную мордочку, осторожно проходясь ногой по растрепавшимся косичкам – «Почему ты молчишь? Что так напугало тебя, моя хорошая? Или ты… не рада меня видеть?».

– «Луна!» – сбросив наваждение, я рванулась вперед и крепко обхватила ногами свою подругу и Госпожу, едва не сбив ее с ног – «Я думала что ты… Что тебя… После моего рапорта…».

– «Ты думала, что я совершу что-то недоброе по отношению к моей Луне?» – негромко поинтересовалась Селестия, появляясь из-за широких портьер и присоединяясь к нашим обнимашкам. Я едва не подпрыгнула от неожиданности, когда присевшая рядом с нами принцесса улыбнувшись, покивала нам головой, даже и не думая делать нам замечания по поводу столь «неподобающего» поведения, в отличие от уже знакомого мне серого земнопони с огромными усами, сердито глядевшего на меня из-под густых бровей. Похоже, что сэр Реджинальд был не слишком обрадован таким вопиющим нарушением этикета, и я осторожно отстранилась от Луны, с улыбкой покосившейся на свою сестру.

– «Неужели ты думала, что я настолько плохая сестра, Скраппи?» – вновь спросила меня принцесса, ласково проводя крылом по спине темно-синего аликорна – «А ведь мне казалось, что ты единственная, кто хоть немного меня поняла».

– «А что я должна была подумать, Ваше Величество?» – убедившись, что меня не собираются казнить или пороть, я встрепенулась и тут же ринулась в атаку – «Да еще и после такого бодрого наезда? Я посылаю доклад своей Гос… Принцессе Луне, и после этого она исчезает! Вдобавок, вы меня арестовываете, едва ли не кидаете в темницу, подсылаете ко мне какого-то охламона, да еще и активно подталкиваете к попрошайничеству – и что я должна была после этого подумать?».

– «Ну, для начала, тебе стоило бы подумать головой, моя бравая примипил» – усмехнулась принцесса, отходя от сестры и присаживаясь на подушки рядом с ее троном, словно специально набросанных вокруг него – «Или ты и вправду думаешь, что я должна была бы оставить без внимания все эти убийства?».

– «Это была самозащита!».

– «И тем не менее!» – морда принцессы стала печальной, когда в ее глазах отразились вспышки молний за огромным витражным окном. Подгоняемая пегасами гроза накатывалась на город, скрывая пеленой дождя башни и дома, неся прожаренным солнцем улицам прохладу и чистоту – «Убийство есть убийство, моя маленькая пони, и мне больно видеть, как я ошиблась… Во многом. Да, я взрастила тебя, как и моя сестра, и несмотря на твои заблуждения, я понимаю и принимаю на себя груз ответственности за твои действия. Могу ли я винить топор, вместо дерева попавший по ноге? Рубить – это сущность топора, а из тебя получилось неплохое оружие, и мне остается лишь надеяться, что оно всегда будет направленно точно в цель, не задевая никого невиновного».

– «Угу. Это называется «тактический удар высокоточным оружием» – бледно усмехнулась я, начиная, наконец, понимать весь смысл, всю подноготную этого поганого спектакля с арестом и судом – «Погодите-ка… Так значит, все это заседание, все эти… Да вы просто хотели создать прецедент!».

– «Ну вот, я же говорила тебе, что она догадается!» – с гордостью воскликнула Луна, нахваливая меня, словно комнатную собачку – «Конечно же, мы были в курсе всего. Смешно было смотреть, как решившая немного пощекотать тебе нервы прокурор сама оказалась в дурацком положении, связавшись с этим невыносимым стариком».

– «Так вы все это подстроили! Вот интриганки!» – отпрыгнув, я сердито топнула ногой и раздраженно всхрапнула, под смех невообразимо древних сестер, в этот момент, удивительно похожих друг на друга – «И этот Збышко или Злюка… А Графит? Вот зачем было его обзывать каким-то Стар Друмом и гримировать, а? Я ж чуть сердце не высрала!».

– «Да, в отличие от чутья, острым умом она по-прежнему не блещет» – констатировала Селестия, с усмешкой глядя на Луну, тихонько покатывающуюся надо мной – «Думаешь, госпожа королевский прокурор, лично отправлась в Обитель и притащила сюда этого стареющего грубияна? Это по моей просьбе он загримировал твоего мужа, использовав для этого снятые некогда с него бинты – у этого пони уже давно была странная привычка хранить какие-то памятные для него вещи… А что же до имени – то думаю, это вы решите сами, без нас. Я могу лишь дать тебе совет – наберись немного терпения и такта, ведь иногда, это именно то, чего при всех твоих достоинствах, так тебе не хватает».