Чтение онлайн

«Таааак, синяя жопа! Ну, счаз я вылезу! Счаз я тебе…».

– «Простите меня, Госпожа. Но не ради вас – а ради нее» – казалось, муж едва сдерживается в рамках приличий, чтобы не начать буйствовать или, что более вероятно, не наговорить такого, о чем он, несомненно, после крупно пожалеет – «И вы знаете, что я никогда бы не стал главой единорожьего клана. Они не примут во главе кого-то не из их круга, а если бы и приняли, то увы, моя власть была бы иллюзорной. Я не собираюсь тащить милую в этот гадючник, полный ядовитых змей!».

– «Ты критикуешь сегрегацию, придуманную НАШЕЙ царственной сестрой и доказавшей свою жизнеспособность в течение вот уже тысячи лет? Как мило!» – глухо фыркнула Луна, с плеском разбрызгивая воду. Я искренне понадеялась, что ей не придет в голову пить из этого фонтана – «Не забывай, что ты – не она, и то, что МЫ простили бы Скраппи, МЫ никогда не потерпим из уст своих слуг!».

– «Примите мои искренние извинения, Госпожа. Такого больше не повториться. Я лишь умоляю дать нам возможность жить своей семьей!».

«Вот значит как. Его зовут Стар Дрим. Но почему же он молчал все это время? Почему ничего не говорил?».

– «Надеюсь… Графит!» – имя пегаса Луна произнесла с нескрываемой насмешкой, заставившей поежиться даже меня – «Прошло не так много времени с тех пор, как ты приложился к НАШЕМУ вымени, Стар, и будучи напитан его изобилием, вознамерился спорить с НАМИ? Ты молишь, а в глазах стоит вызов? Склоняешься, но в вые твоей гордыня?».

– «Нет, госпожа. Я никогда бы не пошел против вашей воли» – голос Графита был столь смиренен, что мне захотелось вылететь из своего укрытия и напинать его круп так, чтобы тот превратился в красную, как павианий зад, подушку – «Я лишь прошу вас простить своего слугу за то, что…».

– «За то, что забыл свой приказ» – любезно подсказала Луна, насмешливо плеснув куда-то водой – «Ужель ты забыл, что МЫ поручили тебе два года назад?».

– «Я сделал все, как вы мне приказали, Госпожа!».

– «Все ли? А откуда же тогда кольцо на твоем крыле?» – похоже, принцесса начала не на шутку заводиться, и если я ее хорошо знала, как думала до той поры, моему любимому не светило ничего хорошего – «Так вот как ты выполнил НАШ приказ?».

– «Но я люблю ее!».

– «МЫ знаем! И в этом была твоя главная ошибка! Тебе было приказано следить, охранять и докладывать! А ты, что сделал ты?».

– «Но почему, госпожа…» – голос пегаса вдруг стал тяжелым, словно катящийся с горы камень – «Почему вы ненавидите меня? Почему всеми силами пытаетесь разрушить нашу семью?».

– «ТЫ ОТНЯЛ ЕЕ У НАС!» – казалось, на гром Кантерлотского Гласа принцессы должны были сбежаться все слуги, сколько их не было в тот момент во всем замке сестер, или, что более вероятно, разбежаться с топотом и визгом – «ВСЕ ЭТИ СТОЛЕТИЯ… МЫ МЕЧТАЛИ… МЫ НАДЕЯЛИСЬ… А ТЫ…».

– «О, святые небеса…» – услышав шуршание, я осторожно, словно мышка из норы, выглянула из-за фонтана – и замерла, увидев две фигуры, сидящие спиной ко мне, на фоне распахнутого окна. Не уступавший статями своей повелительнице, Графит осторожно обнимал вздрагивавшую Луну, а та, словно стесняясь, бесшумно рыдала, уткнув голову в тяжелый, мраморный подоконник – «Госпожа… Принцесса… Поверьте, она любит вас!».

– «Она опасается меня. Не понимает» – всхлипывая, проскулила аликорн, мгновенно растеряв все свое холодное величие, так пугавшее пони, да и мне доставлявшее немало хлопот, и словно уменьшаясь в размерах – «Она думает, что я ее использую, заставляю совершать какие-то поступки, в то время как я готова рвать свою шкуру от отчаяния, когда она вновь влезает в неприятности!»

– «Она знает, что вы ее любите, Госпожа» – помолчав, негромко и очень убедительно произнес Графит, осторожно прикасаясь крылом к плечам принцессы, долго хлюпавшей носом возле окна – «Вы для нее словно близкая подруга, словно… Словно мать! И каждый раз, случись что, она ждет того, что именно вы обнимете ее при пробуждении, утешите и подскажете, как быть!».

– «Но она никогда этого не говорила!».

– «Она просто стесняется, поверьте» – произнес милый таким убедительным голосом, что я и в самом деле, почувствовала себя полной сволочью. Но ты смотри, как заговорил, негодяй! Меня он так никогда не утешает, а только шлепает по попе, извращенец! – «Хотя она и не знает о том, что это вы, раз за разом, спасали ее жизнь, она чувствует это и любит вас. Помните, как газеты орали о том, что она чуть не вырвала все четыре ноги тому журналисту, который пытался заявить, что это ваше влияние якобы «испортило» ее? Поверьте, она никогда вас не оставит, но ей надо взрослеть. У нее будет жеребенок, и разве вы и вправду хотите, чтобы ваша, еще не рожденная…».

– «Так значит, ты решился?» – оборвавший убедительный монолог Графита, голос принцессы стал глух и неразборчив. Отстранившись от моего мужа, она заставила меня нырнуть обратно в свое укрытие и вновь обратиться в слух – «Ты все-таки решился отвергнуть мою волю и впрямь заделаться ее мужем?».

– «Простите меня, Госпожа, но я уже ее муж. И я молю вас – даруйте нам свое благословление! Не ради меня, но ради нее, ради ее счастья! Презирайте, мучайте меня как хотите, но…».

– «Довольно. Я… МЫ не собираемся «мучить» или пытать кого-либо, как пишут эти гнусные газетенки» – похоже, Луна уже приходила в себя, и лишь легкая осиплость голоса говорила о том, что еще недавно Повелительница Ночи плакала навзрыд, словно деревенская кобылка – «Ты уже занялся этим вопросом? Что говорит клан Дрим?».

– «Ничего конкретного, моя Госпожа. Отец заявил, что расследование затруднено сразу двумя противостоящими ему семьями, которые бдительно охраняют свои привилегии, поэтому выяснить что-то пока не представляется возможным. Похоже, что их прикрывают могучие силы, большая часть которых сосредоточена в Мейнхеттене и, как ни странно, в Лас Пегасусе».

– «Значит, еще и пегасы» – тяжело вздохнул голос Принцессы Ночи, вновь принявшейся плескаться в подпорченном мной фонтане – «А хуже всего, что они выбрали своей целью не НАС, но НАШУ маленькую Скраппи, надеясь таким образом повредить лично НАМ. Глупцы! Худшего варианта для себя они и придумать не могли!».

– «Мне стоит приложить больше усилий, Госпожа?» – голос Графита стал сумрачен и мне даже послышалось негромкое скрежетание острых-преострых зубов – «Клянусь вам, если бы не ваш приказ, то я давно бы вырвал глотки этим… Этим тварям в обличие пони!».

– «Не нужно, Стар. Не пытайся бороться с ними там, где они сильны. Мы отправляемся к НАШЕЙ сестре, ведь она может подсказать НАМ, как действовать дальше. МЫ больше не позволим ни одному живому существу терзать НАШЕ дитя!» – оправившись от пережитого, Луна вновь вернула себе царственный голос и наверное, даже вид – «И Стар… Графит… МЫ сожалеем о том, что было сказано. Позаботься о ней. МЫ… Я дарую вам свое благословление».

– «Спасибо вам, Госпожа! Вы даже не представляете, как это для меня важно!».