Чтение онлайн

– «Что, эта штука и в самом деле так опасна?».

– «Все, кто пил ее, впоследствии умерли» – лаконично ответил вождь.

– «Все, кто когда-либо ел хлеб, тоже не слишком хорошо сохранились» – буркнула я, видя, что шутки кончились и напряженно глядящая толпа с нетерпением ожидает развязки этой «кулинарной битвы». Заигравшись, я забыла, что для них я – чужак, и теперь мне предстояло сыграть в последней сцене этой трагикомедии.

– «Раг, не нужно!» – сунулся ко мне Фантсипантс, пытаясь отстранить меня от стола под негодующий клекот грифонов – «Ты же не собираешься и вправду глотать эту отраву?! Мы еще можем позвать за гвардейцами или твоими легионерами! Мы можем…».

– «Дружище, если бы я хотела устроить тут бойню – я явилась бы с парой кентурий, но в данный момент, я хочу лишь одного – пожрать, поэтому будь добр, не порти мне аппетит, ладно?» – ободряюще ухмыльнувшись, я обогнула замершего единорога и, пододвинув к себе горшок, обвела головой уставившуюся на меня толпу – «Никто не хочет составить мне компанию? Ну и ладно, мне же больше достанется!».

– «Раг, я наста…».

– «Я сказала НЕ ЛЕЗЬ!» – свирепо рыкнув на отшатнувшегося Фанстсипантса, к которому уже подходили два недружелюбно щелкавших клювами грифона, я протянула копыта к горшку и приподняв войлочную крышку, сунула мордочку в клубы ароматного пара. Пахло просто одуряюще, и взвыв от чувства внезапно нахлынувшего на меня голода, я принялась накалывать на длинную, двузубую вилку еще горячие куски шашлыка.

– «Мммммммммммм…».

– «Что, не нравится?» – поинтересовалась соперница, пряча ядовитый сарказм под маской фальшивого, приличествующего моменту сочувствия и внимательно наблюдая за сменой эмоций на моей мордочке – «Забыла выполоскать яд, да? Все слышали, что я тебя предупреждала!».

– «Мммммммм….» – закатив глаза, я двинула челюстями раз, затем другой… А затем принялась лихорадочно жевать, захлебываясь от восторга и переполнявшего мой рот сочного мяса. Со свирепым рычанием, я закидывала себе в рот один кусок за другим и уже мало что соображая от восторга, приглушенно рявкала на тех грифонов, что попытались подобраться ко мне поближе, привлеченные моим чавканьем.

– «Ооооох! Охххррренеть как хорошо!» – наконец, выдавила я из себя, отваливаясь от горшка, заметно потерявшего в весе. Таращившиеся на меня грифоны возбужденно переговаривались и видя, что я явно не собираюсь отдавать концы, осторожно, по одному, уже тянулись к горшку длинными, двузубыми вилками – «Охххх, оно того стоило! Эй, а вы куда полезли? Вон, для вас там, в другом горшке, сырое мясо приготовлено!».

– «Необычно» – признался один из пернатых. Щелкая клювами, все больше и больше грифонов заглатывало куски приготовленного мной шашлыка, потешно задирая головы и двигая шеями, словно пропихивая себе в глотку не неприлично маленькие кусочки бедных зверей, а по меньшей мере, пудовые гири – «Вроде как даже не отравлено… Как тебе это удалось?».

– «Вам… Нравится?!» – неверяще воскликнула Имра, видя, как все больше и больше ее соотечественников тычет вилками в мой котелок – «Но ведь яд… Нужно же выполоскать…».

– «Еще не распробовал» – признался другой грифон, с сожалением разглядывая опустевшую миску и с неловкостью отводя свою посудину от протянутого ему грифиной вертела с уже остывшими кусками едва подпаленного мяса – «Кокинера, я это… Пойду, проверю, не отравлена ли та, другая еда. Ты это… Сохрани там на меня порцию, я потом…».

– «Да-да. Он потом» – Широко ухмыльнулась я, беря один из вертелов соперницы. Даааа, вот что бывает, когда начинают готовить в английском стиле – с сукровицей и жижей. Отбитый, выстиранный и несколько раз отжатый кусок, слегка подпаленный на высоком огне, представлял собой жалкое зрелище, и я засомневалась, что из него можно будет сделать хоть что-либо полезное – «Слушай, я даже не буду это пробовать, ты уж извини. Сырое мясо может быть и возбуждает грифонов, словно настой из мухоморов, делая из них супер-крутых воинов или что-то в этом духе, но я бы не рискнула кормить народ подобной штукой. В животных столько паразитов, что каждый прием такой пищи превращается в настоящую рулетку».

– «Отец! Отец, ты слышишь – она ругает наши обычаи!» – похоже, что сгрудившаяся вокруг моего горшка пернатая куча говорила сама за себя. Тяжело дыша, в панике, соперница решила было прибегнуть к единственному оставшемуся решению и обвинить меня хоть в чем-нибудь, чтобы потом, в спокойной обстановке, обвинить меня в нечестной игре и всех смертных грехах – «Отец, ну что ты молчишь!?».

– «Так, унгоны, внимание! Походный Вождь выскажет свое слово!» – поднявшись со своих подушек, Шеллак отставил кубок и неторопливо попрыгал к расходящимся от моего кувшина сородичам, уносивших с собой вилки с наколотыми на них кусочками приготовленной мной снеди. Приблизившись, он склонил голову на бок, а затем, отвесил подзатыльник еще копавшемуся в исходящей паром посудине птицельву, похоже, так и не «распробовавшему» шашлычок. Поперхнувшись, жадина заорал от негодования и испуга, но так и не выпустил из клюва стянутую еду, и даже виновато потупившись под сердитым взглядом своего вождя, продолжал лихорадочно заглатывать ароматные кусочки.

– «Что, так и не понял, нравится тебе или нет?» – поняв, что провинился, выкрашенный в оранжевые цвета своего клана, грифон наконец справился с пищей и вытянулся по стойке смирно перед Шелаком и быстро-быстро затряс головой – «А почему своему вождю не оставил, а?».

– «Ну что ж, думаю, я сочту это за комплимент!» – расплываясь в улыбке, я посмотрела на своих спутников, стоявших позади меня под охраной пары грифонов. Легионеры Четвертой оправились от потрясения быстрее всех, и заметив мой взгляд, встали по стойке смирно, с насмешившим меня превосходством поглядывая на лихорадочно перешептывающихся гвардейцев, глядевших на меня круглыми, словно плошки, глазами – «Никто не желает присоединиться? Вон, видите, как вождь жрет? Глядишь, так и нам ничего не останется».

– «Ох, мисс Раг, я попросил бы вас больше не разыгрывать подобные сцены в моем присутствии!» – дружище Фантси, похоже, тоже пришел в себя и видя мою довольную морду, явно не собирающуюся помирать от неизвестного яда, вновь надел маску пресыщенного сноба – «Я прекрасно понимаю, что на благо своей страны вы можете зайти очень и очень далеко, но это… Я не могу поверить, что вы столь храбро отринули заветы нашей богини, когда того требовало благо всего народа, и если вы захотите отмолить это прегрешение, то моя семейная часовенка всегда в вашем распоряжении».

– «Хм, а я и не знала, что вы столь религиозны, дружище» – вежливо, чтобы не оскорбить ненароком высокие чувства своего знакомого, улыбнулась я. Как говорила одна древняя ведьма, «В религии нет ничего простого!» [176] , и я не собиралась наступать на те же грабли, которые часто лупили по лбу слишком много возомнивших о себе королей, полководцев и императоров древнего, ушедшего мира – «Но увы, даже боясь вас разочаровать, я все же должна признаться, что весь этот шарж был затеян мной лишь из-за простого желания поесть нормально приготовленного шашлычка».

– «Моя семья издавна славилась теми, кто были известны как самые стойкие ревнители древнего благочестия!» – оскорбился единорог, явно вознегодовав как от моего удивления по поводу своей религиозности, так и по поводу оказавшейся столь низменной причины, по которой я нарушила неизвестный мне запрет – «Что ж, наслаждайтесь вашей стряпней и обществом этих дикарей, Раг. Думаю, мое присутствие в этом месте более не представляется мне необходимым. Конечно же, я вам полностью доверяю, и заранее одобряю любые ваши решения по поводу всего этого сборища, о которых вы потрудитесь мне сообщить. Засим, откланиваюсь!».