Чтение онлайн

— Собственно, я вас совсем не ждала, — сказала госпожа Штерн и закурила сигарету.

— Я должна извиниться, что приехала без предупреждения, — поспешно ответила Юлия.

— Ну, что вы, не в этом дело. Просто совсем недавно здесь был ваш молодой коллега.

Юлия удивилась.

— Этот молодой человек, который помогал вам в Мюнхене, — объяснила госпожа Штерн.

Этого Юлия никак не ожидала.

— Господин Нойнер? — переспросила она.

— Да, кажется, так его зовут.

Чтобы выиграть время, Юлия переложила ногу на ногу и спросила:

— Он сказал вам, что является моим сотрудником?

— А разве это не так? — Госпожа Штерн сделала глубокую затяжку сигаретой. — Если я правильно запомнила, он сказал, что приехал от фирмы «Про Фобис».

— Да, это так. Он тоже работает на фирме.

— Ну, тогда все в порядке. А то я уже подумала, что сделала что-то не так. Потому что я дала ему несколько дополнительных заказов. У нас отлично идут эти удлиненные расклешенные юбки в «дачном» стиле.

Госпожа Штерн погасила сигарету и Юлия поняла, что их беседа закончена. Собственно, больше говорить было не о чем. Еще пара любезностей на прощание, вопрос о вывихнутой руке Юлии, о чем она совершенно забыла и все…

Она была настолько вне себя от злости, что, сев в машину, не решилась сразу же поехать. Сердце готово было выскочить из груди, руки дрожали. Больше всего ей хотелось сейчас громко закричать. Она не могла сосредоточиться, в голове вертелись обрывки слов.

«Нойнер! Этот подлец! За моей спиной! На моем участке! Наверняка Элвира все знала. Она его послала? В этом она никогда не признается».

Прошло несколько минут, прежде чем Юлия смогла взять себя в руки. Она раздумывала, следует ли позвонить в Ратинген на фирму и потребовать от Элвиры объяснений. Однако потом решила не звонить, поскольку это было бы неразумно и даже преждевременно. Ведь у нее не было никаких доказательств. А то, что Нойнер заезжал в магазин «Штерн», могло ведь быть просто совпадением. Как бы неправдоподобно это ни звучало для нее самой, нельзя было такое исключить.

Юлия поехала дальше в Бад Виззее в магазин, в который тоже поставляла свои модели фирма «Про Фобис». Она уже могла предположить, что ее ждут любые сюрпризы и поэтому постаралась заранее соответственно настроить себя. В магазине ей пришлось подождать, пока руководительница отдела женской верхней одежды обслужит клиентку.

— Я ненадолго, госпожа Хофмайстер, не хочу вам мешать. Только один вопрос: как у вас сложились дела с господином Нойнером?

Госпожа Хофмайстер понимающе кивнула:

— Вы имеете в виду этого молодого человека? Все прошло хорошо, госпожа Пальмер. Хотя он, по правде говоря, несколько… — она пожала плечами, — я даже не знаю, как это выразить.

Юлия улыбнулась ей.

— Не трудитесь, я прекрасно вас поняла.

После этого разговора Юлия почувствовала себя немного лучше. В этот раз она ничем себя не выдала. Затем она отправилась на почту и позвонила к себе в бюро в Мюнхен. Очень кратко и по-деловому она сообщила Хайди, что ей удалось выяснить.

— Неслыханно! Невероятно! Как он посмел? — возмутилась Хайди.

— Меня это взбесило так же, как и тебя. Но мы должны сохранять ясную голову. Если он едет по моему маршруту, а это именно так и выглядит, то он должен сначала проехать по южной Германии, а затем по Швейцарии. Ты должна навести справки, но только крайне осторожно. Нельзя дать понять, что ты осуждаешь его поведение. Веди себя так, как будто все в порядке.

— Мне это будет чертовски тяжело.

— Ну, ты сможешь это сделать, моя дорогая. И позвони мне потом в санаторий до того, как пойдешь домой.

— Так быстро может не получиться.

— Но ты не должна обзванивать всех. Достаточно нескольких звонков на выбор. И, пожалуйста, без факса. Не надо никаких документов.

Роберт совершенно спокойно воспринял все рассказанное Юлией.

— Я конечно, понимаю, что ты чувствуешь себя обманутой. Вполне возможно, что Элвира хотела просто разгрузить тебя и поэтому послала Нойнера. Сам, по собственной инициативе, он, конечно, не сделал бы этого.

Они под руку прогуливались по парку. На могучих старых деревьях уже появилась первая весенняя зелень, а на тщательно ухоженных клумбах цвели нарциссы и крокусы.

— Я так рада, что ты у меня есть, — неожиданно сказала Юлия.

— Что это ты вдруг?

— Просто так. Ведь могло быть все по-другому. Но ты здесь, и я могу говорить с тобой обо всем. Ведь это же самое главное, правда? Какое значение могут иметь неприятности по работе по сравнению с этим.

Он нежно сжал ее руку. — Очень точно замечено, дорогая госпожа Пальмер. Но неприятности некоторым даже к лицу.

— Что они себе вообразили! Я просто не понимаю этого!

— Ты сказала им, что вывихнула руку, да?

— Да, мне показалось это вполне разумным объяснением.

— Так и есть. Но они ведь не знали, когда ты вернешься к работе. Ведь они не только беспокоились о тебе, они опасались, что ты не сможешь соблюдать последующие договоренности, и таким образом все планы будут нарушены.

— Ты считаешь меня способной на это?

— Я-то нет, а Элвира — возможно, да.

— Но она же меня так хорошо знает! Столько лет совместной работы!

— Вероятно, этот молодой наглец тоже наседал на Элвиру, чтобы она разрешила ему сделать этот тур. Мне кажется, скорее всего так и было.

— Но она же должна была спросить, или по крайней мере, предупредить меня.

— Вспомни-ка! Ведь тебя нельзя было застать дома.

— Но у меня есть бюро и секретарь.

— Может быть, Хайди знала обо всем.

— Нет, это невозможно. Тогда бы она иначе среагировала. Ну, хорошо, если ты допускаешь такой вариант, я поговорю с ней еще раз.

Юлия оказалась права. Руководство фирмы «Про Фобис» ничего не сообщило ее секретарю о деловых поездках Нойнера. Дополнительно Хайди сумела выяснить, что Нойнер успел доехать по маршруту до Тессина. Обо всем этом она по телефону сказала Юлии.

— Что же теперь делать? — спросила Юлия Роберта, рассказав ему все.

— Ты могла бы начать поездку с другого конца, из Австрии, — предложил Роберт, — из Зальцбурга.

— Тогда я где-то могу встретиться с Нойнером, а мне этого очень бы не хотелось, — возразила Юлия.

— Это пусть он избегает встречи с тобой, а не ты должна от него прятаться. — Ответил Роберт.

Юлия не стала объяснять своему мужу, какую неприязнь вызывает у нее Нойнер и какой неуверенной чувствует она себя сейчас. — Хорошо, я так и сделаю, — вздохнула она. — Поеду завтра утром.