Чтение онлайн

— Ах, да. Я хорошо это помню. Этап ужинов и обедов, когда ты всё ещё пытаешься произвести на неё впечатление. Наслаждайся этим, Ксан. Не успеешь оглянуться, как будешь есть холодную еду на вынос, одновременно пересаживая своего кузена, потому что тетя оскорблена тем, куда ты посадил его на свадьбе.

— Господи. Ты не очень хорошо справляешься с рекламой супружеской жизни.

— О, супружеская жизнь будет лёгким ветерком по сравнению с этой свадьбой. Скоро увидимся.

— Обязательно, — Ксандер завершил звонок и переключился на поисковик телефона.

Он нашёл страничку ресторана в Рокфеллер-центре и позвонил.

Потребовалось назвать несколько имен — например, самого крупного клиента, который был у них, но через несколько минут он получил столик у окна с видом на каток и рождественскую ёлку на этот вечер.

Из всех мест, куда он мог бы пригласить Мерри на ужин, — мест с лучшей кухней, более эксклюзивных, более дорогих, менее людных, менее туристических — у него было ощущение, что это место сделает её самой счастливой.

Вид со стороны катка на одно из самых знаковых рождественских событий Манхэттена — ей это понравится!

— Так ты не скажешь мне, куда мы едем? — спросила Мерри, когда они шли по тротуару.

— Это сюрприз. Разве ты не любишь сюрпризы?

— Обычно, — она просто не была уверена, что хотела получать их от Ксандера.

— Мы почти пришли, — он посмотрел на неё. — По крайней мере, я не настаиваю на том, чтобы завязать тебе глаза.

Она покачала головой.

— Этого не будет.

— Трусишка, — он усмехнулся, и она снова подумала о том, что редко видела его улыбающимся в офисе. Может быть, он не был ворчливым. А просто был ворчуном на работе.

— Не трусишка. Я предусмотрительная, — сказала она в ответ на его поддразнивание.

— Ну, в любом случае, это не имеет значения. Мы на месте.

Они добрались до Рокфеллер-центра, где каждый декабрь массивная свежесрезанная вечнозеленая ель стояла на страже, а статуя Прометея бдительно следила за катком и туристами внизу.

Это место с богатой историей было квинтэссенцией рождественского Нью-Йорка, и она почувствовала, что её пульс участился от волнения.

Даже сейчас, когда она формально жила здесь, город вызывал в ней такое же волнение, как в детстве, когда вся семья приезжала из Куперстауна и проводила выходные, а иногда и неделю, в квартире в «Дакоте», занимаясь всем тем, что делало Нью-Йорк таким особенным в это время года.

Её глаза расширились, и она повернулась к нему, схватив его за руку.

— Мы пойдем кататься на коньках?

Он нахмурился, услышав энтузиазм в её вопросе.

— Нет. У нас заказан столик на ужин. Ты хочешь покататься на коньках? — спросил он с опаской.

— Честно говоря, я предпочитаю каток «Wollman Rink». Но да, мне нравится кататься на коньках. Только не говори, что тебе тоже нравится.

— Почему ты так сказала?

— Ты не похож на того, кому это может нравиться.

Его брови поднялись.

— К твоему сведению, я отлично катаюсь на коньках. Когда-нибудь я отведу тебя на каток «Wollman Rink» и докажу это. Когда-то давно я играл в хоккей.

— Вот этого я действительно не могу представить.

— Ты многого обо мне не знаешь, мисс Мерри Ли.

Она не обратила внимания на то, что он произнес имя, которое использовал её надоедливый брат, и решила сменить тему.

— В каком ресторане? — спросила она, имея в виду ужин, о котором он говорил.

Она определенно могла поесть. Благодаря походу за подарками мы нагуляли аппетит, а с момента обеда прошло уже много времени.

— Юпитер, — у нас столик с видом на каток. — Он открыл дверь ресторана.

Проскочив мимо него и войдя внутрь, она почувствовала тепло, по сравнению с холодным воздухом на улице.

— Правда? Ура! Я так хотела там поесть.

Он ухмыльнулся.

— Ещё одно «ура». Похоже, я удачно выбрал. И ужин за мой счет. В благодарность за то, что ты помогла мне выбрать подарки.

— Пфф. Не стоит благодарности. Мне понравилась каждая минута.

— Тебе понравилось, правда?

— Понравилось ли мне ходить по магазинам? Конечно. А что может не понравиться?

На это он рассмеялся.

— С чего бы мне начать?

Манящие ароматы щекотали нос и заставляли пустой желудок урчать. Чеснок смешивался с ароматом жареного стейка. От чеснока у обоих наверняка будет неприятный запах изо рта, не для поцелуев.

Эта мысль улетучилась, когда официантка пронесла мимо корзинку с, как она надеялась, теплой фокаччей — теплый хлеб был её слабостью. Её доставили на соседний столик, и у неё потекли слюни изо рта.

Сглотнув, она смотрела, как Ксандер подошёл к стойке. Из-за шума обедающих было плохо слышно, но она предположила, что он назвал своё имя хозяйке, которая в ответ окинула его оценивающим взглядом с ног до головы.

Мерри заметила, что несколько женщин, сидевших неподалеку, тоже следили за Ксандером, пока он двигался к ней.

В этом не было ничего неожиданного. Александр Баррингтон выглядел очень эффектно. Он был похож на современного мистера Дарси. Замкнутый. Самодовольный. Но не менее соблазнительный.

— Следуйте за мной, — сказала хозяйка, бросив заинтересованный взгляд на Мерри, когда поняла, что она спутница Ксандера.

Женщина словно пыталась понять, что у них общего. Он — весь в черном, в длинном шерстяном пальто поверх кашемирового свитера. Она — в красном пуховике поверх рождественского свитера с разноцветными украшениями.

— Готова? — он прижал руку к её спине, пока они шли на расстоянии за ведущей их хозяйкой. — Она обещала нам лучший столик. С видом на каток.

Мерри подняла бровь.

— Потому что она считает тебя сексуальным.

— Правда? — его взгляд оставался прикованным к Мерри, когда он сказал. — Жаль её, потому что я не заинтересован в фальшивых свиданиях с кем-то ещё, кроме тебя.

Он улыбнулся, обнял её за плечи, притянул к себе и неожиданно поцеловал в макушку.

Может быть, он не такой уж и отстранённый?

Её сердце выстукивало стаккато, пока они пробирались между столиками до своего, где он взял её пальто и выдвинул для неё стул.