Чтение онлайн

Пиппа занималась сексом с Заком каждый раз, как они встречались, и это было неплохо. С каждым разом все лучше. Но все остальное ее доставало. Он высмеивал ее за то, что она боится его питона, ставил только ту музыку, которой она никогда не слышала, и говорил о ее боссах и соседках не иначе, как с презрением. Он раздавал деньги на улице направо и налево и каждый раз поворачивался к ней.

– Я всегда говорю: «Бери, и Бог с тобой», – объяснял он ей, как маленькому ребенку.

На улице было холодно.

– Так ты веришь в Бога?

– Что за вопрос! Выходные на носу, расслабься! – Зак остановился перед очередным человеком с чашкой для подаяний, дал ему банкноту в пять долларов и напутствовал: – Поешь досыта, парень.

Ей хотелось в кино, но у Зака не осталось денег, ситуация показалась ей абсурдной. Хотя, конечно, Зак помогал бездомным, а она – нет. Поэтому она заплатила за кино и за ужин. Они посмотрели «Мужчину, который любил женщин», и более интересного фильма она еще не видела. По дороге домой Зак десять минут кряду рассуждал, насколько фильм никудышный, а еще десять – расписывал короткую и полную страданий жизнь теленка, которого потом зарезали, чтобы ее дегенераты-хозяева могли полакомиться телятиной в «Марсале».

– Хватит! – крикнула она и дала ему жетон. – Они едят мясо, и я тоже.

– Пожалуйста, – безразлично бросил он, протискиваясь в турникет. В вагоне они увидели человека, который обходил пассажиров с газетой «Стрит ньюз». Зак дал ему доллар и выжидательно посмотрел на нее. – Если бы ты отдала часть денег своих принцев тем, кому они действительно нужны…

– Они нужны мне. – Откуда взялся этот доллар?

– Да ты становишься настоящим консерватором, деточка.

– Послушай, я чертовски устала постоянно оправдывать свои поступки. – Она старалась перекричать шум и грохот в вагоне. – Тебе нужна вегетарианка, которая захотела бы выслушивать твои проповеди.

– Какие проповеди? – раздраженно спросил он.

Они вышли на 110-й, и им в лицо ударил порыв ветра, пахнущий чьими-то грязными ногами. Они молча дошли до ее дома. Он спросил, можно ли ему подняться. Пиппа сказала «нет».

– Чудесно, – Зак пошел прочь, слегка поскальзываясь на льду.

В ту ночь она прядями высветлила волосы перекисью. И никак не могла решить, был это самый замечательный поступок в ее жизни или ужасная ошибка, на исправление которой уйдут многие годы.

Была первая неделя февраля. Джастин сидела в кабинете Митча и обсуждала с ним страховые пособия служащих, оговоренные в контракте, который они составляли для новой сети франшиз Ноя Клермана по производству замороженного йогурта. Вдруг зазвонил телефон.

– Тебя, – сказал Митч, – передавая ей трубку.

– Элма говорит, ты выглядишь, как черт знает что, и этот человек звонит тебе, а ты ему не перезваниваешь.

– Хватит. – Джастин повесила трубку и, прихрамывая, добралась до кабинета Харриет. – Меняю Элму на Боба.

Харриет сложила ладони в безмолвной молитве.

– Точно? – Харриет терпеть не могла Боба, потому что, во-первых и в главных, он был скульптор, а за секретаря мог сойти только с большими оговорками.

– Абсолютно, – сказала Джастин. – Прямо сейчас, пожалуйста.

Они позвонили офис-менеджеру. Через десять минут Элма сложила свои вещи на красный пластиковый поднос из кафетерия и ушла, розовофиолетовый платок Кэрол развевался за ее спиной, как флаг. Боб, который в свои двадцать уже был местами седоват, явился с потрепанным номером «Войс» и грязными руками. Он объявил, что болен, и взял полдня отгула.

И потому Джастин сама взяла трубку, когда зазвонил телефон.

– Я слышала, Харриет беременна! – взволнованно сообщила мама.

– Что?

– Кто такой Барри?

– Не звони сюда больше, – сказала Джастин и повесила трубку.

Когда она складывала Бобу на стол свои табели, появился Фарло и отозвал ее в сторону.

– Я не сплетник, – тихо сказал он. – Но ты слышала, что миссис Лазарус ждет ребенка?

– Все уже знают? Она мне ничего не говорила. Он пожал плечами: это его не касается, женские штучки, офисные интриги.

– Я полагаю, она захочет проводить время с отпрыском, – с удовольствием констатировал он. Фарло считал Харриет балластом.

– Вы меня спрашиваете? Насколько я понимаю, она даже не сообщает мне последних известий о себе.

Быстро позвонив «Файнман Дингл О'Шонесси», чтобы обеспечить себе поддержку относительно условий расторжения, указанных в контракте Ноя Клермана, Джастин взяла банку «Таб» и отправилась навестить Харриет. Той не было в кабинете, она сидела в маленькой комнатке отдыха перед женским туалетом, где секретари и практиканты регулярно обедали и сплетничали.

– Ты на удивление спокойна для женщины, у которой кто-то есть внутри, – заметила Джастин.

Харриет улыбнулась, будто не произошло ничего необычного.

– Мы как раз обсуждали ретин-А. – Она сидела, положив ноги на диванчик, и ела салат с макаронами.

Элма сидела на другом диванчике.

– Ой, только не говори мне о ретине-А! – Она встрепенулась, как старая взъерошенная птица. – Я его десять лет использую.

– Элма, – Харриет была заинтригована, – тебе сколько лет?

– Сорок один.

– Сорок один! – воскликнула Харриет. Они с Джастин переглянулись. – Тебе и двадцати семи не дашь. – И это была правда.

– Спасибо. Но мне сорок один. – Ее это, кажется, почти расстроило.

– А насколько ты беременна? – поинтересовалась Джастин.

– Пять месяцев, – ответила Харриет как ни в чем не бывало.

Джастин ушла с чувством неловкости, они остались болтать дальше. Харриет ест с низшим персоналом в туалете?

Год назад Джастин показалось, что она забеременела. С тревогой ожидая месячных и окончательного подписания сложной сделки по перекупке активов, она играла в тетрис, сначала время от времени, потом почти постоянно, почти две недели подряд, и заработала себе кистевой синдром. На следующий день после перевода выплат по контракту у нее начались месячные, ее включили в основную команду и она отправилась в кабинет к Харриет, поболтать.

– Ты боялась, что забеременела? – недоверчиво переспросила Харриет. – ТЫ?

Джастин положила пострадавшую руку на стол Харриет.

– Мне не нравится, как ты это произносишь. Что значит «ТЫ»?

– Ну, то есть… – Харриет рассмеялась. – Хорошо. Ты не беременна. Кофейный столик нам должны были привезти уже две недели назад – даже не знаю, что делать.

Джастин работала в субботу почти весь день и встретилась с Барри в «Баронете». Он величественно шутил с людьми в очереди. Когда он увидел ее, то закричал: