Чтение онлайн

И так от правобережных жителей и от запорожцев будет нам

происходить всегдашнее беспокойство. Просят поляки уступить

им несколько сел Стародубеком полку: и этого нельзя, оттого что

Стародубский полк делится от польских владений рекою Сожью.

Немалое число ратных людей и казны обещает государь полякам, но какое будет вспоможение с польской стороны? Не чаю я от

поляков добра: и прежде брали они царскую казну, а по договору

не поступали, да еще твердили, будто мир заключил без их воли

сам король, а не Речь Поеполитая. Противно договору они многие

православные церкви обратили в унию и в прошлом году

соборную львовскую церковь отдали унитам. Вызвал король в прошлом

году нашего великого государя на войну под Ругодив (Нарву), а

сам прочь отступил. С поляками дружить опасно. Наши крони-

кары1 пишут: пока свет стоит светом, поляк русину не будет

братом. И доныне так исполняется! Уж коли с ними договор

чинить, так с их первейшими сенаторами, арцыбискупом гнезнен-

ским и великим коронным гетманом Любомирским, которые у

них все дела ведают и за Днепром у них есть вотчины>.

Дьяк Борис Михайлов сказал:

<Великий государь о всяких принадлежностях, что належат2

к малороссийскому краю, без совета своего верного подданного

гетмана и кавалера ничего чинить не изволит, и для того обна-

дежения я, Борис, сюда и прислан нарочно>.

* Хронографы, летописцы.

2 Здесь - относятся.

546

Вскоре после этого свидания гетман получил указ идти на

войну самому. Он выступил и, добравшись до реки Сожи, там

остановился, дожидаясь своих полковников к сбору. Но 26 июня

он получил иной указ - воротиться и послать отряд Козаков.

Гетман выслал пять полков под наказным начальством

миргородского полковника Апостола, приказавши раздать козакам

<чехами>1 на годовую службу и на месячные кормы. Эти

малороссийские козаки участвовали в сражении при Эрестферской мызе, где

был разбит шведский генерал Шлиппенбах. Донося своему

гетману об этой победе, полковники жаловались, что великороссияне

отнимали у малороссиян военную добычу и обращались с ними

с пренебрежением. <Едва ли, - замечали полковники, - кто

вперед из наших, услышавши от товарищей о таком доброхотстве, захочет идти в эту царскую службу, разве с понуждением и

насилием>. Вот уже вторая подобная жалоба, показывавшая, как

неладно было малороссиянам с великороссийскими войсками.

Козаки эти были отпущены в январе следующего 1702 года, но <ко-

зацкое поспольство>, т. е. рядовые козаки, уходило к шведам. По

этому поводу царская грамота к козакам гласила так: <Нам, великому государю, слышать о том прискорбно, однако ж мы вас, атаманов и Козаков, и все поспольство увещаваем, дабы вы, припоминая Бога и крестное наше целование и службы ваших

предков и отечество свое, возвратились в домы свои без всякого

сомнения, а наша великого государя милость никогда от вас

отъемлема не будет. Кто же сию милость презрит и по-прежнему

в дом свой не возвратится, и те лишены будут нашей царской

милости и восприимут смертную казнь, и отчество их и наследие

в вечном проклятии да пребудут>.

Видно, что недовольные дурным обращением великороссиян

малороссияне, бывшие тогда в походе, не сознавали преступления

в том, чтобы идти служить царским врагам. Вернувшись в

Малороссию, козаки кричали: <Что наш гетман? Вон в Москву ездит

да милости получает, кавалерию ему дали, а о нас не радит, что

мы на царской службе разоряемся! Коли так и вперед будет, так

мы лучше пойдем польскому королю служить>.

Сам гетман Мазепа был тогда в большой милости у государя, съездил в Москву и там получил милости как себе, так и тем, за кого ходатайствовал.

В 1702 году в Польше совершились крупные события.

Уничтоживши саксонское войско короля Августа под Ригою, Карл XII вступил в пределы Речи Посполитой. Вскоре Варшава была у него

во власти. Польские паны один за другим стали переходить на его

сторону. В июне, после Клишинской победы над саксонским вой-

* Старинное название монет. Здесь - деньгами русской чеканки.

18* 547

ском, Карл овладел Краковом. Здесь дела несколько перевернулись.

Карл, засевши в Кракове, расположил свое войско в Тарновских

горах: шведы озлобили поляков поборами с жителей и неуважением

к костелам. Сторона короля Августа стала подниматься. Преданные

ему поляки составили в Сендомире конфедерацию и взаимно

присягнули стоять за своего короля. Тем, которые пристанут к врагу, конфедерация угрожала смертною казнью. Польское ква)рщяное

войско было также еще за короля Августа. 29 августа король Август

был снова в Варшаве с 24 000 войска саксонского1, а Карл? с 30

000 своего войска стоял в Кракове. В это время православные люди, бывшие в Польше, сообщали в Малороссию, что у польских панов

сенаторов идет речь о том, как бы примирить короля польского со

шведским и обратить их оружие на Москву с тем, чтобы возвратить

Польше Украину.

Между тем царь 27 июля дал Мазепе указ отправить Козаков к

литовским городам Быхову и Могилеву, чтобы не допускать

шведской партии полякам укрепиться в этих городах. Быхов уже

осаждал верный королю Августу староста мозырский Халецкий, стараясь добыть засевших там поляков партии Сапег, так называемых

сапежинцев, приставших к шведскому королю. По распоряжению

гетмана Мазепы прибыл туда отряд Козаков в 12 000 под наказным

гетманством стародубского полковника Миклашевского.

Дело под Быховом пошло для русской стороны удачно.