Чтение онлайн

Нежинского и Прилуцкого.

Полковники Мирович и Апостол воротились в ноябре, отговариваясь и холодом и голодом. В царском указе о них 20 декабря

сказано, что хотя оба они достойны казни за распущение Козаков

и за самовольный уход со службы, но царь, по ходатайству

гетмана, простил их вины.

Палей сидел в батуринском замке до первых месяцев 1705

года. Его имущество было описано, и опись послана в Москву.

У него найдено до 2000 червонцев, кроме дукачей, бывших по

украинскому обычаю на женских коралловых монистах; 5274

талера найдено сокрытыми в земле, так как в те времена земля

была обычною сохранною казною, предохранявшею капиталы от

неприятелей и разбойников. Кроме того, сумма 15 000 чехов

числилась розданной в долг разным лицам. Серебряная посуда, со-

556

ставлявшая в то время обычную роскошь козацких старшин, не

представляла у Палея большого изобилия, по крайней мере, если

сравнивать е богатствами этого рода, найденными у Самойловича

после его низложения: всего посудного серебра у Палея было

весом 5 пудов 39 фунтов. Зато у Палея было немало дорогого, богато

оправленного оружия и одежд мужских и женских, бархатных

л’уданных1, златоглавных2 и проч. Его бывший фактор иудей и

его родственник Омельченко (занявший полковническую

должность) показывали, однако, что Палей зарыл еще в земле большой

клад, но не знали где. Гетман без царского указа не смел по

этому поводу подвергать Палея и жену его пыткам, хотя этого

ему хотелось.

В начале 1705 года Мазепа, будучи в Москве, лично

представлял царю, что Палея оставлять в Украине не годится, а

следует отправить его в Великую Россию, но и в столице не держать

долгое время и определить ему место ссылки где-нибудь подальше.

Палей был доставлен вместе с своим пасынком Симашком в

Москву в марте 1705 года. Сначала указом 30 мая велено было

сослать Палея в Енисейск и держать там до кончины живота. Но

по этому указу он почему-то отправлен не был, а 30 июля

состоялся другой указ, которым приказывалось везти Палея до

Верхотурья в три подводы в сопровождении десяти солдат, оттуда

препроводить в Тобольск, а из Тобольска в Томск, где положено

было содержать его постоянно.

Народная память создала о пребывании Палея в Сибири

поэтический образ такого рода: Палей собирается идти молиться

Богу; его верный <чура>^ натягивает на него серую свиту и дает

в руки еловую ветвь. Он идет к часовне и не знает, молиться ли

ему Богу или тосковать. Воротившись из часовни, он берет

<бандуру> и поет песню, в которой выражает и свое горе, и

современную народную философию: <Горе жить в свете: один, запродавши свою душу, вышивает себе золотом одежды; другой, как в

диком лесу, слоняется в Сибири>. Ясно, что здесь судьба Палея

противополагается судьбе Мазепы, погубившего его и

продолжавшего жить в роскоши и изобилии.

1 Разновидность камки.

2 Ткань златотканная.

3 Слуга, раб (татар.).

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Милость царя к гетману.
– Поездка гетмана в Москву.
–

Недоверие к полякам.
– Казнь сотника Мандрики.
–

Дело о размежевании границ Турции.
– Запорожье в

этом вопросе.
– Новый поход Мазепы с войском в

Польшу.
– Новый король в Польше.
– Неудовольствие

польских панов.
– Подчинение Замостья.
–

Возвращение Козаков на Волынь.
– Мазепа в Дубно.
–

Полковник Горленко.
– Оскорбления, наносимые великоросси-

янами малороссиянам.
– Крестины в Белой Кринице.
–

Княгиня Дольская.
– Первое искушение.

Во все предшествовавшие годы ни на волос не нарушались

самые лучшие отношения Мазепы к царю. Между гетманом и

царем происходили частые обмены подарков как между близкими

друзьями; один другому посылали на гостинец произведения, составлявшие для получавшего редкость. Например, Мазепа

отправлял Петру в Москву к царскому столу своей охоты дичь, лосей

и серн, также из малороссийских садов дуль1, яблок, вишен и

щеп разных плодовых деревьев, а царь Мазепе, вместе с разными

гостинцами, присылал произведения северной природы, например, живую рыбу из Невы и Ладожского озера. В начале 1705

года гетман снова был принят в Москве, по собственным его

словам, <с великим уконтентованем>, и описание приема, сделанного

ему в этом году, показывает, как высоко ценили тогда гетмана.

С самого Нового года начали по царскому указу готовить кормы

для лошадей Мазепы, а для его свиты - вина и съестные

припасы. Мазепа въехал в столицу 17 января, вместе с генеральным

асаулом Скоропадским и с пятью знатными войсковыми

товарищами; за ним прибыла многолюдная свита, состоявшая из слуг

и челядников, на двухстах подводах; всем каждодневно

отпускались в изобилии столовые запасы и напитки в размере, соответствующем достоинству гостей. Во время бытности царя в своей

столице гетман был много раз приглашаем к государю на пиры

1 Груш.

558

и вместе с тем на беседы о текущих делах. Тогда предположено

было повторить на весну поход в Польшу на помощь партии

короля Августа. Но Мазепа встретил тогда в Москве вообще

недоверие к Польше, с которою Московское государство находилось

в союзе против шведов. Мазепа не только не уничтожал такого

недоверия, а еще поддерживал. <А что если бы поляки показали

нам вражду, - не сыскался ли бы у них новый Палей, который

был бы нам тогда полезен?> - спрашивал Мазепу Головин, давая