Чтение онлайн

Как он мог вернуться к своей прежней жизни, если уже с трудом узнавал себя?

Он посмотрел на Рейн, и, должно быть, что-то из его эмоций отразилось на его лице. Она на мгновение опустила очки, и её бирюзовые глаза встретились с его глазами. Она ничего не сказала, но выражение её лица само по себе было извинением.

Она больше ничего не могла для него сделать.

Он почувствовал, как сжимается, как будто сдувается воздух. Он отвел взгляд от её глаз, чувствуя стыд в животе и отчаяние, подступающее к горлу. Он не знал, что будет делать, но не собирался сдаваться.

Не здесь, перед ней. Не здесь, перед зеркалом.

Если бы он это сделал, то только доказал бы, что их сомнения на его счет справедливы.

Рейн встала и попрощалась, прежде чем уйти, но Гримсби едва ли услышал это. Он просто смотрел в стол и старался быть сильным.

Он знал, что потерпел неудачу.

Мэйфлауэр пристально посмотрел сквозь стекло, его губы искривились от гнева.

— Этот парень заслуживает лучшего, чем это, Гривз.

Дэмиен Гривз стоял рядом с ним, профессионально сложив руки за спиной.

— Уберечь его от тюрьмы, это все, что я могу сделать в таких обстоятельствах, Лес.

Мышцы Мэйфлауэра напряглись, и его рука, висевшая на перевязи у него на шее, немедленно заныла от боли.

— Мы с тобой оба знаем, что это чушь собачья.

— Я всего лишь помощник Директора, у меня связаны руки.

— И кто, черт возьми, станет Директором, когда они заменят Питерса?

Он поправил свой стильный пиджак и повел бровями.

— Я бы не осмелился предположить

— Ты. Мы оба знаем, что это будешь ты.

— Лес, я и не знал, что ты так в меня веришь.

Мэйфлауэр почувствовал желание ударить Гривза по лицу, но сумела сдержаться. Гримсби это не пошло бы на пользу. Как и его собственным многочисленным швам. Хотя это могло бы сотворить чудеса с характером Охотника.

Он подавил желание.

— Ты думаешь, я идиот?

— Ну, Лес, конечно, нет.

— Ты знал о Питерсе. Все это чертово время, ты знал.

Впервые Гривз посмотрел ему в глаза, и выражение его лица было таким спокойным, как будто инженер нарисовал это на схеме.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Зачем еще понадобилось привлекать меня? Рассказывать мне о Мансграф вопреки прямому приказу Питерса?

— С моей стороны был информационный надзор.

— Чушь собачья. Ты знал, что Питерс замешан в этом деле. Возможно, не знал всех грязных подробностей, но знал достаточно. Достаточно, чтобы понимать, что мое участие повысит шансы на то, что Питерса найдут и раскроют. С его уходом ты стал бы очевидным преемником.

Лицо Гривза было такой же маской, как и у его слушателей. Он обвел взглядом комнату, убедившись, что, кроме него и Мэйфлауэра, в ней никого нет.

— Я только рад, что человек, который злоупотреблял своим служебным положением, был освобожден от него, и если будет решено, что я являюсь подходящим кандидатом на его замену, то я буду рад и этому.

Мэйфлауэр почувствовал что-то неприятное на языке и подавил желание сплюнуть.

— Ты проклятая змея, Гривз. Если ты не собираешься признавать, что использовал меня, прекрасно. Но ты тупица, если выбрасываешь такого ценного человека, как этот парень, на улицу — Он указал на Гримсби по другую сторону стекла. Тот сидел в своем кресле без подушки, опустив голову и уставившись на стол, к которому был прикован наручниками.

— Я прочитал отчет Мансграф о нем. "Заурядный колдун. Порядочный человек. Не подходит к департаменту". Коротко и по существу, как ей нравилось.

— Она была неправа.

— А сейчас права?

Мэйфлауэр взглянул на Гримсби, затем решительно кивнул.

— В основном.

Гривз покачал головой.

— Я не могу нанимать таких опасных агентов, как Гримсби. Что подумают люди?

— То что ты им скажешь — мрачно ответил Мэйфлауэр.

— Даже не думай об этом — сказал Гривз. Затем он впервые улыбнулся.

— Ты у меня в долгу — сказал Мэйфлауэр.

— А я у тебя в долгу?

— Без меня, черт возьми, без Гримсби, Питерс все еще был бы жив. И ты по-прежнему был бы его слугой.

Улыбка Гривза исчезла так же быстро, как и появилась.

— Я что-то не припомню такого соглашения.

— Ты настоящий сукин сын, Гривз.

Он прищелкнул языком.

— Какие постыдные правила приличия. Несмотря на это, я все равно хотел бы нанять тебя, как и раньше.

— Я же сказал нет — сказал Мэйфлауэр. Он старался говорить ровным голосом, хотя чувствовал, как в горле у него клокочет рычание, а рука слегка подрагивает. Если бы не вмешательство Гримсби, Мэйфлауэр убил бы Хейвза, а Питерсу сошло бы с рук убийство Мансграф. Его старая интуиция проржавела так сильно как он и боялся, когда все это началось, и было чудом, что из-за него не убили никого, кто этого не заслуживал.

— Нет — подумал он, решительно покачав головой — я не могу вернуться к этой жизни.

Как бы сильно он этого ни хотел.

— Ты уверен в этом? — Спросил Гривз с едва заметным намеком на самодовольство на лице.

— Ты думаешь, я из тех, кто легко меняет свое мнение? — Мэйфлауэр начал выходить из себя, отвлекаясь от своих собственных мыслей.

Гривз бросил взгляд на Гримсби, и его улыбка вернулась.

— О, я думаю, мы можем договориться.

Мэйфлауэр понял, что имел в виду Директор, и почувствовал, как в животе у него словно появился раскаленный уголь.

— Ты настоящий сукин сын, Гривз.

Гримсби сидел на своем продавленном диване, уставившись в старый телевизор. Шел какой-то старый черно-белый вестерн, но он не обратил на это особого внимания. Однако рядом с ним на краешке дивана с нетерпением сидел Вудж, жуя кусочек рамена.

— Вудж любит, когда они стреляют друг в друга — сказал он, слегка подпрыгивая на подушке.

— Вот и все, Вудж — сказал он отстраненно.

Вудж хмыкнул в знак согласия.

Гримсби перевел взгляд на дыру в потолке, где раньше был вентилятор.

Сотрудники департамента забрали его прошлой ночью, не сказав ни слова. С тех пор он не спал, и не только потому, что Вудж не вставал со своего спального места.

Он позвонил Карле в ККМВД, но получил только автоматическое сообщение. Очевидно, что в обозримом будущем "Королевство еды" будет закрыто для "развития", что бы это ни значило. Как бы то ни было, это оставило его официально безработным.