Чтение онлайн

Препятствия для использования фотографии в арт-терапевтической практике

Трое из опрошенных отметили, что часто использовать фотографию в арт-терапевтической практике им мешают этические нормы, и что фотографирование готовых произведений или процесса их создания клиентами представляется им вторжением в их личное пространство, способным помешать их работе над образами.

В качестве еще одного препятствия для частого применения фотографии в процессе арт-терапевтических занятий некоторые респонденты (5 человек) видят то, что создание фотографий требует определенной технической сноровки и самоконтроля. В своей работе с клиентами они отдают предпочтение традиционным художественным материалам. По мнению одного арт-терапевта, фотография не обеспечивает достаточной тактильной стимуляции. Еще одна арт-терапевт отметила, что, используя фотоаппарат, не чувствует себя уверенно, и что прежде, чем начать применять его в работе с клиентами, ей следовало бы пройти специальный курс основ художественной съемки. Кроме того, компьютерная обработка фотографий, по мнению одного из опрошенных, также требует владения специальными программами.

Три человека признали, что ограниченность материальных ресурсов учреждений Национальной системы здравоохранения Великобритании, в которых они работают, не позволяет им пока оснастить кабинет арт-терапии необходимыми техническими средствами. Один арт-терапевт написал, что приобретенный на средства учреждения цифровой фотоаппарат был вскоре кем-то похищен, и рассчитывать еще на один он пока не может.

Анализируя ответы на вопросы анкеты, мы обратили внимание на определенное рассогласование между активным применением фотографии в самых разных ее вариантах при занятиях респондентов художественной практикой и относительную ограниченность ее использования при проведении арт-терапевтических занятий (подавляющим числом опрошенных – главным образом с целью документирования процесса и результатов работы). У нас создалось впечатление, что богатые возможности фотографии, осознанно применяемые арт-терапевтами, когда они занимаются самостоятельной творческой деятельностью, почему-то остаются недостаточно реализованными в их работе с клиентами.

Мы обратили внимание на то, что лишь один человек из ответивших на вопросы анкеты предлагает клиентам в ходе занятий фотографирование разных объектов. Никто из опрошенных не использовал в процессе арт-терапии технику фотопортретов, и лишь один человек применял фотографию в сочетании с ролевой игрой и движением. Он написал, что, работая в терапевтическом сообществе с подростками (психотерапевтическая модель, ориентированная на развитие у членов группы личной ответственности за атмосферу и результаты совместной деятельности), давал им задания на основе фотографии для того, чтобы они могли лучше понять самих себя. Он также проецировал сделанные им снимки на стену так, чтобы объекты представлялись в натуральную величину, и затем предлагал подросткам «входить» в пространства снимков и принимать на себя разные роли.

Помимо обозначенных выше причин (этические нормы, недостаточная тактильная стимуляция в процессе занятий фотографией по сравнению с традиционными художественными средствами, недостаточное финансирование), ограниченность вариантов применения фотографии в процессе арт-терапевтической работы может быть связана с тем, что техники, используемые арт-терапевтами в их собственной художественной практике (создание фотоинсталляций и фотомонтажей, компьютерная обработка снимков, фотографирование перформансов, применение фотографических образов для проектирования новых работ и другие), требуют развитого художественного мышления и навыков и могут оказаться для большинства клиентов слишком сложными.

Другой причиной может являться отсутствие достаточной методической базы для применения фотографии в современной арт-терапии, в которой по-прежнему делается акцент на использовании традиционных форм и инструментов художественной практики (графика, живопись, скульптура). Ведь те знания и навыки, которые были приобретены опрошенными нами арт-терапевтами во время получения ими художественного образования и последующей работы в качестве художников или дизайнеров, не могут быть механически перенесены в работу с клиентами. Различные варианты терапевтического применения фотографии требуют соответствующего обоснования с позиций психологии и психотерапии с учетом клинических условий и задач работы, а также возможностей клиентов. А таких обоснований в современной арт-терапевтической литературе и при подготовке будущих арт-терапевтов пока дается явно недостаточно, о чем свидетельствует приведенный в начале книги обзор литературы.

Российское исследование

Летом 2007 г. та же самая анкета, которая была ранее использована для опроса британских арт-терапевтов, была разослана по электронной почте 50 членам Российской арт-терапевтической ассоциации – тем, кто при приеме в ассоциацию указал свой электронный адрес. Заполненные анкеты были получены от 24 человек. В отличие от БААТ, Российская арт-терапевтическая ассоциация допускает членство для лиц с разным уровнем арт-терапевтической подготовки, однако необходимый минимум включает 70–90 часов подготовки в рамках одного из базовых курсов. Поскольку для прохождения курсов арт-терапевтической подготовки в Российской Федерации, в отличие от Великобритании, наличие художественного образования обязательным условием не является, члены ассоциации являются в основном психологами и врачами, и лишь в отдельных случаях имеют художественное образование. Так, из 24 человек, ответивших на вопросы анкеты, лишь три человека имели в качестве первого образования художественно-педагогическое. В дальнейшем они получили в качестве второго психологическое образование. Немаловажным представляется то, что из-за отсутствия у слушателей программ арт-терапевтического образования в России художественной подготовки, эти программы нередко включают специальный курс по развитию художественных навыков.

Среди опрошенных было двое мужчин и 22 женщины; их стаж работы с применением методов арт-терапии варьировался от двух до девяти лет.

Первый опыт приобщения к фотографии

Большинство опрошенных ответили, что стали пользоваться фотоаппаратом в подростковом возрасте или еще позже. Лишь два человека получили некоторый опыт съемки до 10 лет. Одна из респонденток отмечает:

Я начала заниматься фотографией в 14–15 лет. Фотография и киносъемка были семейным хобби. Дома сами проявляли и печатали черно-белые фотографии, поэтому с детства была наблюдателем, а позже помощником и участником «таинственного» процесса проявления изображения на бумаге. В указанном возрасте фотоаппарат был уже моим личным и это позволило начать самостоятельные опыты по съемке людей и событий, чаще в школе и во внешкольной жизни.

Еще одна женщина пишет:

Фотографировать я начала с 10–12 лет. С подругой фотографировали, проявляли и печатали фотографии. Особенно волшебным казалось проявление фотографий, когда на бумаге постепенно появляется какой-то образ. Очень интересно было позировать перед камерой, особенно когда имеются неограниченные возможности для создания образов. В частности, у меня имелся некоторый опыт по позированию для портретов и для работ в стиле «ню».

Как написал один респондент:

Впервые увлечение фотографированием у меня появилось в старшем школьном возрасте (14–15 лет). Было интересно запечатлеть моменты личной жизни, семейные сцены, объекты окружающей среды, особенно во время поездок и перемены обстановки. Помню, что большой популярностью в то время среди сверстников пользовались фотографии зарубежных музыкальных групп, которых практически не было в официальной печати. Неоднократно перепечатываемые, часто очень плохого качества, они обладали большой эмоциональной значимостью для их обладателей, являлись предметом гордости. Часто они обменивались, коллекционировались, что, как я сейчас понимаю, способствовало улучшению и налаживанию социальных контактов в подростковой среде, расширению круга интересов, формированию культурной идентичности, укреплению самооценки. Этот аспект увлечения фотографией обладал определенным психотерапевтическим (развивающим) потенциалом. Помимо содержания изображений объектов привлекателен был сам процесс изготовления фотографий (приготовление растворов, темная комната, красный фонарь, экспериментирование с процедурой печатания, от которой зависел конечный результат, постепенное проявление изображений) Это напоминало своеобразный магический ритуал и создавало особую творческую игровую атмосферу погруженности в процесс и чувство удовлетворения его результатами. В последующие годы это ощущение стало уходить, и фотография интересовала в основном в качестве источника информации, средства запоминания (фиксации) различных более или менее значимых моментов жизни. Особой эмоциональной вовлеченности эти фотографии не вызывали, скорее это было «развлечение на досуге». Временами, вероятно, в связи с определенными переходными периодами личностного развития, пробуждался избирательный интерес к фотографиям определенной тематики, связанной с самопознанием, с осознанием своей родовой принадлежности, различных этапов своего физического и личностного развития (фотографии из семейного архива). Также, в связи с пробуждающейся временами потребностью к самостоятельному художественному творчеству, возобновлялся интерес и к фотографиям. В этом случае они как бы являлись источником визуальной информации типа аналога или заменителя натурных объектов.

Фотография в процессе получения художественного и арт-терапевтического образования и в самостоятельных творческих занятиях

Как уже было отмечено, лишь трое из 24 человек, опрошенных нами, имели художественное образование. Поэтому в рамках программы последипломной переподготовки по арт-терапии в качестве одного из компонентов образовательной программы все они прошли курс художественной подготовки, включавший в том числе обучение основам художественной фотографии. Как оказалось, несмотря на отсутствие художественного образования, фотография, по крайней мере, время от времени является творческим занятием для многих, однако это главным образом связано со сьемкой понравившихся объектов и ситуаций. Более систематически и увлеченно используют фотографию лишь единицы.

Один опрошенный отметил, что увлечение фотографией как инструментом творческого самовыражения и психотерапии для него оказалось тесно связано с прохождением курсов арт-терапии:

Впервые о возможности использования фотографии в психотерапевтической практике я узнал во время прохождения базовой пятиступенчатой программы подготовки по арт-терапии в 2001 г. Эти представления значительно расширились во время обучения на двухгодичной программе постдипломной переподготовки по арт-терапии в 2004–2006 гг. В процессе обучения были получены новые теоретические представления и определенный практический опыт использования фотографий в различных арт-терапевтических техниках, в том числе и при их сочетании с другими подходами (драматерапевтическим, танцедвигательным, телесноориентированным, игровым, нарративным, феминистским). Так, например, мной были освоены техники работы с семейным альбомом, техника «Театр Я», визуально-нарративный подход в форме ведения нелинейного дневника в различных измерениях и типах описаний на основе фотографий и др.). Обучение основам фотоискусства также происходило в рамках курса современного визуального искусства (влияние фотографии на мышление и формирование сознания и образа жизни человека, современные тенденции и технические приемы в развитии фотографии, в частности, акцент на повседневных, обыденных, «сиюминутных», а не «эпохальных» событиях, обращение не к внешним событиям, а внутреннему миру человека, его сознанию, мифопоэтическому мышлению, создание с помощью серий моментов и фрагментов визуальных рядов, высказываний, «личных историй», использование текста, инсталляций и т. д.). В результате этого сложились или значительно расширились мои представления о возможности применения фотографии в арт-терапевтической практике, в рамках восприятия современного искусства и собственного творческого самовыражения. Для собственной художественной практики я использую фотографию в нескольких аспектах. Хотя фотографирование не занимает в ней значительного места, но после прохождения обучения по арт-терапии я стал чаще обращаться к нему, чем раньше, используя при этом полученные знания и опыт. Например, такая «личная история», как свадьба дочери, запечатленная на фотографиях, несколько месяцев в форме инсталляции располагалась в зале нашей квартиры. Когда я обращаюсь к собственному художественному творчеству, то чаще использую фотографию в качестве источника визуальной информации, впечатлений и стимула для создания собственных работ или коллажей, обычно перерабатывая их различными художественными средствами и приемами.

Как пишет другая респондентка, закончившая двухгодичные курсы по арт-терапии при Санкт-Петербургской Академии постдипломного педагогического образования и имеющая художественное образование, во время своего обучения она стала применять фотографию более активно:

Фотографировала разные объекты живой и неживой природы, представила фото-проект «Мое тело», где с помощью метафорических фотообразов (дерево и рыба) исследовала отношение к собственному телу. Также фотография использовалась в качестве фиксирования процесса перформанса. Просила мужа фотографировать свои перформансы.