Чтение онлайн

Речь Посполитая являлась конституционной сословной монархией во главе с выборным королем. Законодательным органом государства был двухпалатный парламент — коронный «польский» сейм, состоявший из сената (рады) и посольской избы. В высшую палату (сенат) входили наиболее знатные светские и духовные феодалы в количестве 150 человек. Первое место в сенате принадлежало примасу католической церкви, арцибискупу гнезненскому. Затем шли бискупы, кастеляне, воеводы и т. д. Сейм избирал королевскую раду на 2 года. Посольская изба состояла из 200 депутатов от шляхетских местных сеймиков. В 1696 году шляхте ВКЛ, как и польской шляхте, было дано право полного контроля за деятельностью короля и великого князя. Вальные (общие) сеймы рассматривали и принимали постановления на отдельных заседаниях сената и посольской избы. На общих заседаниях в случае совпадения постановлений они принимались, а затем после утверждения королем приобретали силу закона. Обязательным условием принятия всех решений было единогласие, либерум вето (свободное вето) рассматривалось как одна из важнейших «золотых шляхетских вольностей».

Во главе исполнительной власти стоял король, при избрании которого тоже сохранялось право вето. Король возглавлял сенат, «посполитое рушение», созывал сеймы, назначал на высшие должности, осуществлял внешнюю политику государства. Власть короля, однако, была значительно ограничена «золотыми шляхетскими вольностями». Наряду со свободным вето шляхта заключала с претендентом на польский престол «Пакта конвента» — договор, согласно которому король возлагал на себя ряд обязанностей по решению внутренних и внешних проблем. Если король действовал против правил, то шляхта могла выступить против него, созвать конфедерацию (союз вооруженной шляхты). Свободное вето и конфедерации были мощным оружием борьбы различных феодальных группировок за власть в государстве и легальной формой феодальной анархии.

Во второй половине XVI — первой половине XVII века король Речи Посполитой мог занять престол великого князя Литовского лишь с согласия представителей ВКЛ, что подтверждалось особым актом. Король непосредственно участвовал во внешнеполитической деятельности государства, принимал иностранные посольства и направлял посольства Речи Посполитой за границу. Кроме того, он мог воздействовать на внешнюю политику государства косвенно, используя предоставленное ему право на раздачу должностей и источников доходов. Общее руководство дипломатической деятельностью Речи Посполитой в конце XVI и XVII веке осуществляла королевская канцелярия во главе с канцлером. Он занимался формированием посольств и направлением их за рубеж, руководил составлением дипломатических документов и подписывал их, принимал донесения послов (обращения послов к королю были формальностью). В некоторых случаях канцлер мог принимать иностранные посольства от имени короля (в присутствии сенаторов и маршалка посольской избы). Канцлер являлся хранителем государственной печати, которой скреплялись международные договоры. Заместителем канцлера был подканцлер, который в отсутствие канцлера выполнял его обязанности. Подканцлер являлся хранителем «малой» государственной печати. Работниками канцелярии были писари и секретари, которые назначались канцлером либо подканцлером и утверждались государем (круг полномочий этих должностных лиц не был четко определен).

Главную роль в Речи Посполитой играла шляхта. Другие сословия никаких политических прав не имели. ВКЛ после Люблина выступило против польской программы создания унитарного государства, поэтому обе части Речи Посполитой имели относительную самостоятельность, ограниченную лишь деятельностью единого польского короля и сейма Речи Посполитой. Не было общих министров по внутренним и внешним вопросам, единого судебного учреждения. Не была ликвидирована граница между ВКЛ и Польшей, не была введена единая денежная единица. Статут 1588 года запретил иноземцам приобретать земли и поместья в княжестве, а также должности. Однако процесс ополячивания шляхты ВКЛ через приобщение ее к польским шляхетским вольностям шел. В многонациональном Великом княжестве Литовском с течением времени сформировалась новая общность — народ шляхетский, состоящий из шляхты, объединенной едиными правами и привилегиями, единой религией (католицизмом) и польским языком.

Роковую услугу в деле присоединения Великого княжества Литовского к Польше оказали и Ливонская война Московского государства с ВКЛ, начавшаяся из-за Ливонии и Смоленска. В этой войне московское войско опустошило северную часть Беларуси до самой Вильни. Поляки злорадно следили за ходом военных действий и радовались тому, как их союзник истекает кровью. Расчет был прост — чем больше воеводы Великого княжества Литовского потеряют сил в войне, тем менее они будут опасны в деле присоединения их государства к Польше. Поляки стали немного помогать ВКЛ лишь тогда, когда заслышали в московских речах притязания на Киев, Волынь, Подолию и даже Галицию, но помогали плохо, показывая больше задор, чем усердие и умение. Истомленное войною Великое княжество Литовское и Русское предложило Ивану Грозному мир, уступая Москве Полоцк и Смоленск. Но Иван IV отказал послам ВКЛ в присутствии своих бояр словами: «За королем наша вотчина извечная: Киев, Волынская земля, Полоцк, Витебск и многие другие города русские, а Гомель отец его взял у нас во время нашего малолетства: так пригоже ли с королем теперь вечный мир заключать?» Война продолжалась, но желанного результата Ивану Грозному она не принесла. Впоследствии поляки откровенно говорили, что московско-литовская война пригнала Великое княжество Литовское к унии с Польшею, то есть Москва помогла полякам забрать это княжество себе, что в конце концов привело к огромным бедам и в самом Московском государстве, вылившись в длительную и крайне разорительную смуту всех против всех.

В 1572 году в Варшаве умер бездетный польский король Сигизмунд II Август. С его кончиной в Польше прервалась династия Ягеллонов. Выборы нового короля затянулись на четыре года. В 1573 году на польский престол был избран Генрих III Валуа, но правил он номинально, а через год и вовсе сбежал из страны. Безвластие и политическая анархия в Речи Посполитой временно облегчили Москве борьбу за Прибалтику. В этот период московская дипломатия проведет активную работу с целью провести на польский престол московского царя. Кандидатура Ивана Грозного пользовалась определенной популярностью в среде мелкого шляхетства, которое было заинтересовано в нем как правителе, способном покончить с засилием крупной аристократии. Кроме того, литовско-русская знать ВКЛ надеялась с помощью Грозного ослабить польское влияние. Многим в Литве и Польше импонировало сближение с Московским государством для совместной защиты от экспансии Крыма и Турции.

В свою очередь Варшава видела в выборе Ивана Грозного удобную возможность мирного подчинения Московского государства и открытия его границ для польской дворянской колонизации, как это уже случилось с землями Великого княжества Литовского на условиях Люблинской унии. А Иван IV, наоборот, добивался польского престола прежде всего для мирного присоединения к Московскому царству Киева и Ливонии, с чем Варшава категорически не соглашалась. Трудности соединения столь полярных интересов привели в конечном счете к провалу московской кандидатуры. В 1576 году польским королем был избран трансильванский князь Стефан Баторий, человек образованный (закончил Падуанский университет) и решительный. Этот выбор разрушил надежды московской дипломатии на мирное решение ливонского спора. Параллельно правительство Ивана IV вело переговоры с австрийским императором Максимилианом II, стремясь добиться от него поддержки в расторжении Люблинской унии и разъединении Литвы с Польшей. Но Максимилиан отказался признать права России на Прибалтику, и переговоры окончились безрезультатно.

Впрочем, Стефан Баторий тоже не встретил единодушной поддержки в стране. Часть областей, прежде всего Данциг (Гданьск), отказались его безоговорочно признавать. Воспользовавшись вспыхнувшей на этой почве смутой, Иван IV попытался пока не поздно присоединить южную Ливонию. Летом 1577 года войска московского царя и его союзника короля Ливонии Магнуса (датский принц из Ольденбургской династии, был женат на двоюродной племяннице Ивана Грозного Марии Владимировне, княжне Старицкой, вассал Ивана IV с 1570 года) нарушили перемирие с Речью Посполитой и вторглись в подконтрольные ей юго-восточные районы Ливонии. Немногочисленные воинские части ВКЛ гетмана Ходкевича не решились вступать в бой и отошли за Западную Двину. Не встречая сильного сопротивления, войска Ивана Грозного и Магнуса к осени того же года овладели основными крепостями в юго-восточной Ливонии, Таким образом, вся Ливония к северу от Западной Двины (за исключением районов Риги и Ревеля) вновь оказалась под контролем московского царя.

Стефан Баторий (1533–1586).

Замок в Гродно, любимая резиденция Батория.

Но поход 1577 года стал последним крупным военным успехом Ивана Грозного в Ливонской войне, так как надежды царя на длительную смуту в Речи Посполитой не оправдались. Стефан Баторий действовал энергично и решительно. Он осадил Данциг и быстро принудил местных жителей к присяге, а подавив внутреннюю оппозицию, направляет все силы на борьбу с Москвой. Создав хорошо вооруженную профессиональную армию из наемников (немцев, венгров, французов), он также заключил союз с Турцией и Крымом. На сей раз Иван IV не смог разъединить своих противников и оказался один на один перед лицом сильных враждебных держав, границы которых протянулись от донских степей до Карелии. Суммарно эти страны превосходили Московское царство как по населению, так и по военной мощи. Правда, на юге ситуация после грозных 1571–1572 годов несколько разрядилась. В 1577 году скончался непримиримый противник Москвы хан Девлет-Гирей, а его сын был настроен более миролюбиво. Видимо, потому, что главный покровитель и союзник Крымского ханства Турция была в то время занята кровопролитной войной с Ираном.

Походы С. Батория в 1579–1582 гг.

Взятие Полоцка войсками С. Батория (1579).

В 1578 году воеводы Стефана Батория вторглись в юго-восточную Ливонию и сумели отбить у Москвы почти все ее прошлогодние завоевания. На сей раз польско-литовские войска действовали согласованно со шведами, которые почти одновременно атаковали Нарву, причем король Магнус при таком повороте событий счел за лучшее перейти на сторону Речи Посполитой. В октябре московские войска под командованием воевод Ивана Голицына, Василия Тюменского и др. численностью до 18 тысяч человек предприняли контрнаступление и попытались отбить взятый поляками Венден (ныне латвийский город Цесис). Но споря о том, кто из них главнее, упустили время, что позволило польско-литовским войскам под командованием гетмана Сапеги соединиться со шведским отрядом генерала Бое и своевременно прийти на помощь осажденным. 21 октября 1578 года союзники решительно атаковали московское войско Голицына, которое едва успело построиться. Первой дрогнула татарская конница — не выдержав огня, она обратилась в бегство. После этого московское войско отступило к своему укрепленному лагерю и отстреливалось оттуда до темноты. Ночью Голицын с приближенными бежал в Дерпт. Следом устремились и остатки его воинства.

Честь московской армии спасли артиллеристы под командованием окольничего Василия Федоровича Воронцова, которые не бросили свои орудия и остались на поле боя, решив драться до конца. На следующий день оставшиеся в живых герои, к которым присоединились решившие поддержать своих товарищей отряды воевод Василия Сицкого, Данило Салтыкова и Михаила Тюфикина вступили в битву со всей польско-литовско-шведской армией. Расстреляв боезапас и не желая сдаваться в плен, московские артиллеристы частично были перебиты, а частично повесились на своих пушках. По сведениям ливонских летописей, московское войско потеряло убитыми под Венденом 6022 человека и 17 артиллерийских орудий.