Чтение онлайн

— Здравствуйте! — дрожащим голосом проговорил он. — Мне срочно нужно обслуживание по самому быстрому тарифу.

— Вы не шутите, молодой человек? — отозвался импозантный мужчина — совсем такой, как представлялся Паше в его фантазиях о будущем. — Вы уверены в своем желании получить обслуживание по супертарифу с суперскоростью? В этом случае к сумме оплаты за кредит будет добавлен один процент, но не более двадцати пяти рублей.

— Да! Я согласен! — выдохнул Паша.

— Пожалуйста, пройдите к ячейке. Код доступа на экране. После того как вы сделаете заказ, вас обслужит специалист банка. О времени будет сообщено дополнительно.

Паша подошел к ячейке, вложил в нее записку самому себе. «Павел, маме совсем плохо. Давай ее лечить. Пусть она проживет хотя бы на год или на два больше. Нужно двадцать семь с половиной тысяч. Если ты не дашь денег, я сейчас пойду и с моста прыгну. И у тебя не будет никакого будущего Мне все равно, что у тебя за взрослые соображения! Плати!»

Ячейка пискнула, зашуршала. Табло сообщило, что к электронному столбику нужно будет подойти через пятнадцать минут. Паша вышел на улицу — освежиться. Лоб горел, в ушах стучало. Сейчас все решится… И почему в здешнем автомате только бесплатный кофе? Лучше бы поставили кулер с холодной водой!

Ветер дул порывами, бросал в лицо сухую пыль, гнал по тротуарной плитке коричневые засохшие листья. Паша думал. Вот он — момент истины. Если он в будущем не заплатит денег за лечение матери — значит, нужно и правда прыгнуть с моста. Но если он прыгнет с моста — в будущем наверняка некому будет заплатить за лечение матери! Замкнутый круг.

Допустим, он не заплатит и не прыгнет. С ним ничего не случится. Мама будет продолжать болеть и умрет. Он будет жить дальше, получать социальное пособие. Может быть, даже поступит в университет, как сирота. Но там, в будущем… Когда к нему придет собственная записка. Неужели он сможет отбросить ее в сторону? Неужели он станет такой сволочью? Тогда лучше и впрямь не жить!

Маршрутка промчалась мимо, заискрила на повороте — слетела с троллеи штанга. Рыжая девушка выскочила на дорогу, стала подтягивать штангу к проводу. Паша вспомнил, что видел объявление: можно пойти водителем маршрутного такси с восемнадцати лет. А платят там двести рублей. Плюс премии. Лет за сорок можно погасить кредит… Особенно если начать в восемнадцать лет. Нет, не то! Двести рублей ему не помогут! Надо думать. Думать! И учиться.

Паша достал коммуникатор, начал просматривать объявления о работе. Служба по контракту… Что ж, это выход. Тяжело, опасно, но платят. Нужно хорошее здоровье и быстрая реакция. Еще… Юрист. Вообще отличное предложение. Но нужен опыт, нужно образование… Экономист. Деньги поменьше, вакансий побольше. Инженер-технолог. Есть интересные предложения, но такая работа лучше подойдет Андрею. Хотя тот метит выше…

Из банка вышла Даша Жарова, тронула Пашу за рукав.

— Чего тебе? — грубо бросил Паша.

Даша ему всегда нравилась, но какая сейчас Даша? Не до этого. Можно сказать, что девчонки остались в прошлом. Нужны деньги!

— Ты странный какой-то. Заболел? Может, «Скорую» вызвать?

— Нет. Все в порядке. Спасибо.

— Точно?

— Да точно, точно! Не мешай, пожалуйста!

— А чем ты занят?

— Думаю.

— Ну, думай, — обиделась девочка и пошла прочь. Каблучки красных сапожек сердито застучали по плитке.

Эх, если бы получить кредит! Можно бы Дашу в кино пригласить… Хотя какое кино? Каждая копейка на счету!

Паша едва не заплакал опять. Даже если маму удастся спасти, жизни у него уже не будет. Работать, работать и работать. А если нет — тогда вообще все. Вот и решай…

Через пятнадцать минут электронный столбик сообщил Паше, что за ответом он может прийти завтра, в пятнадцать часов. Совсем как взрослый… И называли его Павлом Олеговичем…

Собственно, он теперь и есть взрослый! Но почему же так долго ждать? Проклятые бюрократы!

Ночью Паша спал плохо. Вставал несколько раз, слушал, как дышит мама. Дышала мама хрипло, временами включала у себя в комнате свет и пила лекарство. Иногда плакала, потом заходила в комнату к Паше, поправляла одеяло. В это время Паша притворялся спящим. А вдруг завтра отказ? Что он тогда скажет матери? Извини, я не захотел тебе помочь? Собственная шкура, собственные удовольствия оказались мне дороже тебя? Я оказался слаб? Не таким его воспитывала мама…

На первом уроке было совсем не до учебы. Как можно учиться, когда нужно работать? Но, если разобраться, лучше все-таки учиться. Пусть Павел Олегович зарабатывает деньги. А Паша должен подготовить Павлу Олеговичу почву для хорошей работы. В тандеме они смогут помочь матери. Сами по себе — вряд ли. Поэтому — вперед! Только вперед!

Паша понимал, что ему нужна помощь взрослого человека. Но что может быть лучше, чем своя собственная помощь? Надо было ждать. Ждать и учиться.

На втором уроке Паша собрался и решил задачу по математике быстрее всех. На перемене выучил параграф по биологии, которой не занимался вчера, и ответил на «отлично». Дима Голубев хохотал и показывал на Пашу пальцем — в «ботаники» решил переквалифицироваться. Паше было все равно. Обращать внимание на насмешки человека, которому в ближайшее время суждено умереть — по-детски. А он уже взрослый. На перемене Паша подошел и сказал Диме несколько добрых слов, отчего тот едва не бросился на него драться. Не поверил, что Паша серьезно.

В разговоре с Андреем Паша невзначай бросил, что в три часа ему идти в банк. Андрей, добрая душа, предложил проводить его. Но Паша только покачал головой. Андрей только помешает. Хорошо, если Павел Олегович из будущего согласится дать денег. А что, если отказ?

Час после окончания занятий Паша бродил по школьному двору. Собирал уже вымазанные, сморщенные каштаны. Загадал — если наберет за десять минут сто — получит кредит из будущего. Набрал сто два. Только под ногти забилось много грязи.

Каштаны Паша спрятал на цветочной клумбе. Если кредит дадут, можно будет пойти в рощу и все их посадить. Хорошее дело…

Звякнул коммуникатор. Без пятнадцати пятнадцать… Паша зашагал в банк.

У электронного столбика толпились серьезные люди, бизнесмены. На мальчишку, зашедшего в банк во внеурочное время, некоторые из них взглянули с интересом, но большинство просто не заметили. Повернули головы в его сторону только тогда, когда электронный диспетчер вызвал мальчика в обход других. Павел Олегович Ложкин, просим к ячейке!

Паша подошел. Медленно, задержав дыхание, открыл ящичек ячейки. Сейчас. Сейчас. Если там пусто — все. Если что-то есть… Только бы что-то было… Только бы…

Есть! Зеленый конверт показал уголок. Паша резким движением едва не вырвал ячейку. Схватил конверт. Отбежал в сторону. Дрожащими руками распечатал.

«Банком одобрен кредит на двадцать семь с половиной тысяч рублей».

Да!

Да!

Да!

Паша вновь заплакал. Он будет человеком! Он отдаст кредит! Он спасет свою мать!