Чтение онлайн

— вот реконструкция без толкования, бестолковая. Некоторое подобие не все домаможет быть получено (по modus tollens) из пословицы Вся семья вместе, так и душа на местеили Семья вместе, и сердце на месте, душа в горст'u(ПРН, с. 388, и Р. посл, погов ., с. 100) и поговорки душа/сердце не на месте укого «кому страшно, тревожно».

К не все дома. Так-то так, а значит не все дома у его милости— услышал на каторге, записал и подчеркнул Достоевский ( Сибирская тетрадь , 327). Вскоре был начат Дядюшкин сон, где к тому же обыгрывается говорящая фамилия (1): Что же такое Мозгляков? — Но ведь, во-первых, в голове не все дома.Ср. поговорку у него одной клёпки нетили у него чердак без верху: одного стропильца нет(ПРН, с. 436); в Несторе и Кире Казакова: «Февраль, — сказал вчера про него Нестор. — Дня одного не хватает!» (3), про сына-дурачка. Есть варианты с прибавкой ( Прикам ., с. 29) у него не все дома: Васька дома — Ваньки нет, Ванька дома — Васьки нети у него не все дома: девяносто девять не хватает до сотни,во втором варианте перевернуты для усиления (как в б'eз году неделя)отсутствие того же одного, главного, ср. без царя в голове«дурачок», и наличие девяноста девяти — так в полесском дэвяност'o д`эвять«дурак» (из статьи О. Терновской Бзык,с. 118); кроме девятых людей,так и неполныйили несовс'eмый, несовс'eмина«придурковатый, дурачок» (СРНГ 21, с. 117 и 158). «Тюрьма не дурна: пуста / без жильцов не сто'uт» (ПРН, с. 228), отсюда дурной пуст, без жильцов стоит.

Неполнота и сверхполнота в дураке. Идею нехватки, недостатка, лишенности несет в себе и сказочный вредитель в противоположность герою, носителю полноты. Герой волшебной сказки замыкает собою круглое число, он до конца К-тый или даже К + 1-ый, а у вредителя так и остается неполное число К—1 жертв или становится неполное число дочерей. Но дурак не просто ущербен и зол, он прежде всего инойи в силу своей инакости он двойствен (об амбивалентности глупости см. Бахтин, Творч. Рабле , с. 283/286 сл. и 464/470 сл.), в дураке, образцовом ином, сходятся крайности — неполнота и сверхполнота. Вот девяты люди: они таковы, потому что каждый из них для себя только иной, нет самоотстраненности; ср. лишний«сверхполный», но и лишенный, лишенец«неполный», оба от корня лих-/лиш-,обозначающего иное. А в неполном по отношению к сотне названии дурака дэвяносто дэвятьпроглядывает сверхполное 11. И «дня одного не хватает» до круглого числа в 29-дневном, сверхполном феврале с Касьяновым днем.

Семья и душа. «Семья вместе, и душа на месте» — из членов семьи так скажет скорее мать, «матернее сердце в детях--» (ПРН, с. 385), а дурак— матушкин сынок.«Где дуракова семья, тут ему своя земля», и вообще «Русский человек без родни не живет» (с. 326 и 390), сюда же угроза ты у меня своих не узнаешь!:моя душа это моя семья, родня, свои, близкие во мне, начиная с матери. Женившись, матушкин сынок становится мужиком-мужчиной и входит в мир-общество, а мировой человек входит в него; об этом-то состоянии члена общества говорят и вежливое выи название зубы мудрости.

Десятеро. Неполное 9 у девятых людейпредполагает круглое 10, сюда же вероятное звуковое влияние славянского десять: десятыйна девять: девятый.Для своей назидательной насмешки анекдот-притча пользуется победой нового круглого числа 10 над старым круглым 9, давшим слово тридевять.Десятеро — наименьшая община, ср. старинное десятня«десяток в знач. общины» или десятоксо своим десятным, десятником;костромское и нижегородское десятокэто «вся деревня, мир, сходка, община» (СВРЯ, ст. Десять).По еврейскому правилу десятеро (мужчин), не меньше, образуют минян«число», т. е. молитвенное собрание, см. ЕЭ И, стб. 94 сл.; в хасидских преданиях Бубера есть рассказ о цадике Иакове Ицхаке Сила десяти хасидим. «Собрание всей общины как бы подчеркивает, оживляет осознавание человеком в себе своего человечества (Адама), своей универсалии, которая, собственно, и вступает в общение с абсолютом.» — А. Мейер, Заметки о смысле мистерии (Жертва), 2.8 (МФС, с. 128).

Числа 9 и 10. Победа круглого 10 над круглым 9 это в конечном счете, поскольку 9 = 3x3, победа над архаичным круглым 3. Но при геометрическом представлении чисел это отказ от квадратного 3 x 3 в пользу треугольного1+2 + 3 +4; первочисло 3 возвращается.

Люди, «я» и бог.Анекдот про девятых людейэто притча о людях, «я» и боге, то есть не обязательно иудейско-христианском Боге. Десятеро без одного это все другие каждому человеку, сам себе каждый изначально не в счет, иной. А бог тот иной, чьими глазами я открываю, что я сам десятый, что я как другие и без меня они не все. Благодаря богу я вхожу в людей, народ, мир, а мировой человек входит в меня, и так с каждым из нас. Ср. у Ухтомского (ЗС, с. 421): «Бог есть то живое, действенное лицо, которое нас всех объединяет. — Для нас Он — всеобъединяющее лицо человечества —». Сознание собственной другости — «И я такой же человек», «Все мы люди, все человеки» (ПРН, с. 303) — вот косвенное свидетельство и самый убедительный довод, что бог есть. Наш образ бога делает из нас одно тело, мир; отсюда мифологемы первочеловека и бога-творца.

К мифологеме бога-творца. Утверждение «Бог сотворил вселенную» может происходить из «Люди сотворены богом», а это из «Люди делают себя с помощью бога», а это из «Мы сами делаем себя» как ответа на вопрос «Кто нас делает?»

Ржаная, ячневая или гречневая каша, по пословице, сама себя хвалит.«Начальный смысл этого», поясняет Даль (ПРН, с. 732, и СВРЯ, ст. Хвалить;еще см. Крыл. слова С. Максимова, ст. Каша сама себя хвалит), «был прямой: что хорошо, то нечего хвалить; ныне пословица эта говорится к самохвальству.» Если кашу хвалить нечего и никто ее не хвалит, она хвалит сама себя. Так и поговорка сам себе радкто, «т. е. негостеприимен» (Даль), получается из *никому(чужому) не рад.И гоголевская унтер-офицерша сама себя высекла, раз не кто-то другой. Вообще если никто(другой), то(я) сам, а каждый сам для себя есть «не кто другой», никто. — Пословицу не надо понимать буквально; поскольку (гречневая) каша бесспорно, общепризнанно хороша, она в похвалах совсем не нуждается и сама за себя говорит.В этом же смысле хвалят себя хороший товар, доброе дело (ПРН, с. 733 и 525), правда («Правда сама себя хвалит (и величает)» — с. 197 и СВРЯ, ст. Сам),которой каша особенно близка через мать: правде-маткесоответствует Гречневая каша — матушка наша, а хлебец ржаной — отец наш роднойили Щи да каша — мать наша(ПРН, с. 812 сл.). «Прямой смысл» в пояснении Даля как раз непрямой, фигуральный, на самом деле каша не хвалит себя, как не рад себе негостеприимный, нелюдимый человек, ср. пословицы «Сам себе на радость никто не живет», «Моя радость хоть во пне, да не во мне» (ПРН, с. 778) и «Хорошо то, что другие хвалят», «Сам не выхвалишься, коли люди не похвалят» (с. 733 сл., при этом сам поет, сам слушает, сам и хвалит— с. 733 — похоже на сел в овин да играет одинпопа Семена, который книги продал, а карты купил, — Р. поcл, погов ., с. 72).

Сам себе рад. Поговорка Он сам себе рад,«т. е. негостеприимен» (ПРН, с. 790, и СВРЯ, ст. Сам),может быть получена по правилу «Если никто, то сам» из *Он никому(чужому) не рад.И наоборот, поскольку «сам» есть «не кто другой», «никто», из поговорки получается исходная фраза. То, что кто-то рад самому себе, нельзя понимать буквально, принимать за правду, ведь «Сам на себя никто не нарадуется», «Сам себе на радость никто не живет», «Моя радость хоть во пне, да не во мне», «Друг на друга глядючи, улыбнешься; на себя глядючи, только всплачешься» (ПРН, с. 778, у Мельникова-Печерского «Живучи вдвоем, друг на дружку взглянешь да улыбнешься, а живучи в одиночестве, на себя глядя, только всплачешься…» — В лесах , 3.16); так уже в Бриха-дараньяка-упанишаде (1.4.3): «тот, кто одинок, не знает радости» [17] . Так и М. Бахтин в работе об авторе и герое (ЭСТ 1с. 93 и 120): «моя жизнь-пребывание не есть радостное пребывание с самим собою как качественно определенною и любимою личностью», «Другость моя радуется во мне, но не я для себя.» Даже дурак рад не «сам себе», «Рад дурак своей масти» (ПРН, с. 443). Поговорка фигурально и потому усиленно отрицает, что негостеприимный, нелюдимый, одинокий человек хоть кому-нибудь да рад, эта замена никтона сами делает правду, голую речь («Голая речь не пословица» — с. 859 и 972) пословицей, поэзией. Ср. У него гостят четыре угла— «никого», только с богами своими— «с образ'aми» — и знаетсяили У него один замок гостит, да и тот на пробое висит(с. 791).

Гостьэто чужой в доме: «Чужой человек в доме — колокол (на воротах)» (ПРН, с. 791, и Старин, посл ., с. 126) — этим основанным на пословице определением гостя поделился со мной А. Григорян году в 1974. Ср. «Неверная жена — чужой человек в доме» (РПП, с. 181), а еще ирландское прозвище англичан «чужаки в доме». О госте и гостеприимстве см. Э. Бенвенист, Индоевр. установл . 1,1.7; Т. Агапкина и Л. Невская в Слав. др . 1, с. 531—33.

К радости о себе. Пословица Сам на себя никто не нарадуетсяпо остроумному возражению В. Бибихина (5.5.1992) не может не быть двусмысленной, если уж говорит ее двойственный Иван-дурак. Ср. «На чужой горбок не насмеюся, на свой не нагляжуся» (РПП, с. 260) — но виден ли мне мой горбок? И вижу ли я себя, «на себя глядючи» («Друг на друга глядючи, улыбнешься; на себя глядючи, только всплачешься»)? Всяк сам себе загляденье(ПРН, с. 607) недвусмысленно ироничная пословица, Сам на себя никто не нарадуетсятоже. Иронична и поговорка рад другу, да не как себе(СВРЯ, ст. Друг),это сравнение с невозможным образцом, с радостью о себе, делает ее похожей на библейскую заповедь (Левит, 19.18) «Люби ближнего твоего как самого себя»; усилительное сравнение с любовью к себе предполагает что-то вроде «если ты матушкин сынок», а кто бабке не внук?Всё это двуголосыеслова по Бахтину. Сюда же из давней записи самого Бибихина: «Я не тот, который себя сознаю--, а тот странный, которого нет. Я не могу себя видеть, и нравственность так же парадоксальна как евангельские притчи.» — Узнай себя , с. 476.

«Я» — никто. Я сам — безымянный никто, отсюда псевдоним Анненского Ник. Т — о,к нему см. А. Аникин, Псевд. Анн.Часто у Бродского: Нарисуй на бумаге простой кружок.| Это буду я: ничего внутри.( То не Муза воды набирает в рот-- ),

И если кто-нибудь спросит: «кто ты?», ответь: «кто, я?| я — никто», как Улисс некогда Полифему.( Новая жизнь , концовка), — | я, иначе — никто, всечеловек, один| из--( В кафе ), еще ср. Келломяки (13), Посвящение, Вертумн (3).

Переосмысление пословицы про гречневую кашу. Но вот происходит переоценка этой простой пищи («Горе наше — ржаная/гречневая каша, а поел бы и такой, да нет никакой» — ПРН, с. 87; каша, манная каша«простак, простофиля» — СРНГ 13, с. 148, ср. размазня)и буквализация фигуры самохваления, и пословица переиначивается: Овсяная каша сама себя хвалит, а гречневую люди( Мудрое сл ., с. 90) — здесь гречневая каша в противоположность овсяной достойна похвалы, ср. в Записках блокадного человека (1) Лидии Гинзбург: