Чтение онлайн

Германская опасность смягчила напряженность и в русско-британских отношениях. Была подготовлена почва для урегулирования спорпых вопросов между Англией и Россией. 18 (31) августа 1907 г обе державы подписали соглашение о Персии, Афганистане и Тибете61. Они договорились разделить Персию на три зоны: северную — «сферу влияния» России, юго-восточную — «сферу влияния» Англии и промежуточную, которая объявлялась нейтральной. Афганистан признавался находящимся «вне сферы русского влияния» и обязывался сноситься с Россией только через правительство Великобритании. Стороны согласились также не вмешиваться во внутренние дела Тибета и поддерживать связи с ним только через сюзеренпое правительство Китая. Смысл этих соглашений В. И. Ленин выразил следующими словами: «... Делят Персию, Афганистан, Тибет (готовятся к войне с Германией)» 62.

Принято считать, что соглашениями франко-русским 1893 г., англо-французским 1904 г. и англо-русским 1907 г. была оформлена вторая большая коалиция империалистических держав — Тройственное согласие, или Антанта. На самом деле тогда это пе был еще военно-политический союз трех держав, поскольку конкретных обязательств относительно поддержки Франции и России Англия пока на себя не взяла.

Германия не могла спокойно взирать, как против нее складывалась грозная коалиция, и прилагала огромпые усилия, чтобы расколоть Тройственное согласие. Особые усилия она прилагала к тому, чтобы изолировать Россию от Франции и Англии, привлечь ее на свою сторону63. Так, в октябре 1904 г., когда произошел «Гулльский инцидепт», Вильгельм II пытался склонить русского царя на заключение русско-германского соглашения. Этим он рассчитывал ослабить франко-русский союз. Переговоры велись до декабря. Конкретных результатов они не дали. Новую попытку привлечь Россию на свою сторону Германия предприняла в июле 1905 г. Тогда Николая II, отдыхавшего на яхте у острова Бьерке в финских шхерах, посетил Вильгельм: II64. Он сумел убедить царя подписать договор о союзе с Германией. Николай II полагал, что речь идет о создании против Англии коалиции в составе Германии, Франции и России. Министерство иностранных дел разгадало истиппые намерения Германии, и царю пришлось отказаться от подписанного им соглашения.

В июле 1907 г. на рейде у Свинемюнде Николай II опять встретился с Вильгельмом II. Однако и на этот раз переговоры нс дали практических результатов. Бесплодно закончилась и встреча обоих императоров 22 октября (4 ноября) 1910 г. в Потсдаме. Лишь некоторым прогрессом явилось Потсдамское соглашение 6 (19) августа 1911 г.65 Германия обещала ие настаивать на прокладке ответвления Багдадской железной дороги к Тегерану. Россия, в свою очередь, сняла свои возражения против постройки этой дороги, но добилась согласия соединить Тегеран с ней у Ха-некена (на турецко-персидской границе) своими средствами. Соглашение отнюдь не устранило глубоких разногласий между Россией и Германией по коренным вопросам мировой политики.

Столь же безуспешными были попытки Германии урегулировать свои спорные вопросы с Великобританией. В 1911—1912 гг. обе страны вели переговоры. Англия настаивала на сокращении германского военно-морского строительства. Германия выставила в качестве условия отказ Англии от своих обязательств по отношению к Франции и о нейтралитете в случае войны Германии с Францией. Переговоры не дали результатов.

Более успешными были усилия дипломатов Антанты разложить Тройственный союз, используя противоречия между его членами. В результате удалось постепенно отколоть Италию от Германии и Австро-Венгрии. Так, в 1900 г. Италия втайне от своих союзников подписала с Францией секретное соглашение о разделе сфер влияния на северном побережье Африки, которым признавались «права» Италии па Триполитанию, а Франции — на Марокко. В июне 1902 г. в связи с возобновлением Тройственного союза Италия в секретной декларации, переданной итальянским послом в Париже французскому министру иностранных дел, заявляла, что Италия не взяла на себя какого-либо обязательства, которое могло бы заставить ее принять участие в действиях, угрожающих безопаспости и спокойствию Франции. Выражалось убеждение, что это сообщение «послужит к еще большему укреплению добрых отпошепий, существующих между обеими странами» 66. В ноябре 1902 г. Франция и Италия заключили договор о нейтралитете67. 11 (24) октября 1909 г. в Рако-инджи во время свидания Николая II с итальянским королем было подписано соглашение, по которому Италия обещала не препятствовать русским интересам в вопросе о проливах68. Все это объяснялось тем, что интересы итальянского империализма пе везде совпадали с интересами Германии и в целом ряде пунктов резко сталкивались с устремлениями Австро-Венгрии (Тироль, Адриатическое и Средиземное моря, Балканы).

Обширные задачи в области внешней политики вынуждали русское правительство укреплять вооруженные силы страны. Особую тревогу вызывало то обстоятельство, что война с Японией вскрыла серьезные недостатки в строительстве и подготовке армии. «Военное могущество самодержавной России оказалось мишурным, — отмечал Ленин. — Царизм оказался помехой современной, на высоте новейших требований стоящей, организации военного дела, — того самого дела, которому царизм отдавался всей душой, которым он всего более гордился» 36.

Надо было принимать срочные меры, чтобы поднять боеспособность армии и флота, укрепить военное могущество страны. Выступая 27 мая (9 июня) 1908 г. в Государственной думе, октябрист А. И. Гучков говорил: «Мы больше не можем позволить себе поражений... Как ни важны другие вопросы, которые проходят здесь, в этой зале, мы должны признать, что в этот исторический момент, который мы нерелшваем, вопросы государственной обороны и государственной безопасности должны стоять выше остальных — но важности своей, а главное — но неотложности разрешения» 37.

ОРГАНЫ ВЫСШЕГО ВОЕННОГО РУКОВОДСТВА

1

Верховное управление вооруженными силами страны принадлежало царю. Этот порядок, существовавший с давних пор, не был изменен новой редакцией Основных законов, произведенной в 1906 г. Статья 14 гласила: «Государь император есть державный вождь Российской армии и флота. Ему принадлежит верховпое начальствование над всеми сухопутными и морскими вооруженными силами Российского государства. Он определяет устройство армии и флота и издает указы и повеления относительно: дислокации войск, приведения их на военное положение, обучения их, прохождения слузкбы чинами армии и флота и всего вообще, относящегося до устройства вооруженных сил и обороны Российского государства» зв.

Принцип самодержавия в управлении армией и флотом не был нарушен с учреждением Государственной думы. Однако царизм все же вынужден был пойти на некоторые уступки буржуазии в данном вопросе. Так, были ограничены возможности царя в финансировании мероприятий но развитию вооруженных сил. Отныне он не мог свободно распоряжаться денежными средствами без санкции на то бюджетной комиссии Государственной думы. Что касается комиссии по государственной обороне, образованной в Думе 15 (28) ноября 1907 г. во главе с октябристом А. И. Гучковым, то опа целиком стояла на позициях самодержа- 69 70 вия. Ее устроители поспешили с самого начала заявить: «Лица, предлагающие такую комиссию, отнюдь не имели в виду каким бы то ии было образом касаться верховных прав державного вождя славного нашего воипства: вопрос этот предусмотрен в тех пределах, которые определены в Учреждении Государственной думы» зэ.

Сохранив за собой верховное управление армией и флотом, самодержавие считало, одпако, крайпе необходимым внести изменения в систему военпых учреждений. Существенным недостатком ее считали то, что оба вида вооруженных сил — армия и флот — находились в ведении независимых друг от друга органов: Военпого министерства и Морского министерства. Вопрос о необходимости объединения деятельности этих учреждений был поднят еще до русско-японской войны 1904—1905 гт. Так, в августе 1898 г. генерал Случевский представил царю записку, в которой подверг критике систему управлепия армией и флотом71 72. По его мнению, она чрезвычайно усиливала власть военного и морского министров в ущерб правам даже самого царя. Автор записки считал, что высшее военное управление в России должпо обеспечивать императору возможность фактически управлять сухопутпыми и морскими силами, всегда знать правду об их состоянии. Большим недостатком считалось и то, что ушедшие со службы высшие чины армии и флота (генерал-фельдмаршалы, бывшие военные министры, управляющие Морским министерством, командующие войсками округов) пе принимали почти никакого участия в обсуждении общих вопросов, касающихся государственной обороны, вследствие чего не извлекалось необходимой пользы из приобретенпых ими знаний и опытности.

Ближайшей и неотложной мерой, могущей устранить эти недостатки, являлось, как говорилось в записке, немедленное учреждение Верховного воепного совета под председательством императора или другого лица, его замещающего. В состав совета должпы были входить: военный министр, генерал-адмирал, начальники Главпого и Морского штабов, генерал-инспекторы армии и флота, а также не подчиненные военному министру генерал-фельдмаршалы, главнокомандующие, геперал-фельдцейх-мейстер, геперал-ипспекторы кавалерии и по инженерной части, другие лица по собственному выбору царя. Этот коллегиальный орган должен быть способным дать свое авторитетное заключение по тому или иному важному вопросу военного или морского ведомств. Однако осуществить эту меру в то время не смогли.

Аналогичные предложения исходили и от других лиц. С особой настойчивостью их стали выдвигать во время русско-япоп-ской войпы 1904—1905 гг. В частности, 6 (19) марта 1904 г.

граф Бобриков представил записку, где писал, что война с неумолимой правдой разоблачила фальшь розовой окраски официальных представлений о всеобщем благоденствии и будто бы кипучей деятельности всех и каждого в сложном государственном организме. После того как слетела наружная оболочка благополучия, стали вырисовываться «несимпатичные силуэты неисправимого самомнения, нестерпимой заносчивости и неизвинительной праздности»73. Причипу такого положения автор видел в слишком тесном круге сотрудников императора. Новые люди, праздные и заносчивые, оттеснили людей «государевой заслуги», опыт которых остался втуне и пропадал без всякой пользы. Выход из положения автор видел в привлечении к делу старых сил, в отрешении от власти случайных выскочек. Предлагалось учредить особый совещательный орган — Совет государственной обороны во главе с царем или «лицом государевой заслуги».