Чтение онлайн

Тогда псковичи обращаются к великому князю Московскому. Его ответ был совершенно иным: «Князь великии Василии раз-верже миръ со княземъ литовъскимъ Витовтомъ, с тестемъ своимъ, пъсковъския ради обиды, зане же неверникъ онъ отступникъ правыя в?ры христовы повоева Пъсковскую область, и град Коложо взя на крестномъ целовании». Вслед за этим псковичи испросили себе в князья брата великого князя, Константина, который прибыл в Псков в марте 1407 г. Под руководством князя Константина Дмитриевича псковичи в июне 1407 г. совершили удачный поход в Ливонию за Нарву, к городу Порху, куда они не ходили со времен князей Довмонта и Давида[114]. По сообщению новгородских и некоторых московских летописей, псковичи во время похода взяли город Порх[115].

Между тем, когда Москва помогала Пскову, Новгород не только не думал предпринять какие-либо шаги в деле оказания помощи, но пошел даже на сближение с врагами Пскова. Новгородцы приняли к себе из рук Витовта в качестве служебного князя литовского князя Лугвеня. «А все то псковичемъ на перечину, — с негодованием пишет псковский летописец, — и вложи имъ дияволъ злыя мысли въ сердца их, держаху бо любовь с Литвою и с Н?мцы, а псковичемъ не помагаше ни словомъ ни д?ломъ». Охарактеризовав позицию Новгорода, летописец добавляет: «И псковичи положиша оупование на бога, на святую троицу и на князя великаго Василия Димитреевича»[116]. В этих словах ярко выразилось осознание роли Москвы, как той политической силы, которая явилась носительницей национальных интересов русского народа и которая готова была оборонять от внешних врагов все русские земли, в том числе и еще не находившиеся под ее властью.

В июне 1407 г. князь Константин Дмитриевич уехал из Пскова по причинам, о которых летописец умалчивает. В августе 1407 г., возможно в связи с отъездом брата великого князя, имел место новый большой поход ливонских сил на Псковскую землю. На этот раз Орден целью своего удара избрал Псков. Наступил самый критический момент войны, ибо судьба Пскова решала в известной мере судьбу всей Псковской земли, которая, согласно Салинскому договору, должна была стать достоянием Ордена. Подойдя к Пскову, враги расположились станом в его предместье Туховитичах. Сюда же подошли псковичи. В течение четырех дней, как рассказывает летописец, шла борьба за броды через реку Великую в Туховитичах. Ливонские рати не сумели овладеть переправой и отошли «прочь, не оучинивше ничто же».

Псковичи двинулись вслед уходящему противнику. Битва произошла 21 августа «за Камном на Лозговичьскомъ поли», расположенном на пути к Изборску. По-видимому, здесь руководство ливонских войск решило дать сражение псковичам, так как, судя по словам летописца, вражеские рати стояли в боевой готовности: «А они погании бяхутъ ополъчилися». Псковичи ударили по противнику, но сражение для них оказалось неудачным («показаша псковичи плещи своя и побегоша»); псковичи потеряли трех посадников, многих бояр и сельских людей, всего около 700 человек. С ливонской стороны также были большие потери: «А немецьких князей и боляръ избиша много, не толко колко псковичъ пало, но и боле». Об ожесточенности битвы дают представление слова летописца: «Сие бысть побоище силно, яко же бысть Ледовое побоище, оу Раковора».

Очевидно, поход Ордена в Псковскую землю в августе 1407 г. имел в виду Руссов, когда писал: ливонский магистр Конрад фон Фитингоф «вел ожесточенную войну против русских и предпринял поход в Псковскую область, где имел сражение с русскими при водах Модды (р. Великая, — Н. К.), убил из них 7000 человек и отбросил множество их в воду, так что они должны были потонуть. После такой победы магистр хотел далее преследовать своих врагов, но должен был воротиться ради пруссаков, на которых сильно нападали Ягелло, король польский, и Витольд, великий князь литовский, чтобы подать помощь и освобождение пруссакам»[117]. Руссов, верный своей тенденции, преувеличивает потери русских. Думается, что он дает и неверное объяснение причин ухода ливонского войска из Псковской земли в 1407 г.: военные действия между Тевтонским орденом и Польшей — Литвой начались из-за Жмуди позже. Причиной возвращения Конрада фон Фитингофа в Ливонию после одержанной им победы были, вероятно, потери, понесенные немцами в сражении на Лозговичском поле: победа далась им дорогой ценой.

В то время, когда псковичи вели тяжелые сражения с рыцарями на территории Псковской земли, другая псковская рать совершила поход за Нарову. Этот поход для псковичей также оказался неудачным: встретив, по-видимому, превосходящие силы противника, псковичи, «видяще безсилие свое», покинули ушкуи и возвратились пешком.

В следующем, 1408 г. псковичам пришлось отражать новые вражеские вторжения. На этот раз враги действовали согласованно. Литовские и ливонские рати осадили город Велье, намереваясь взять его. Из критического положения вельян выручили жители другого псковского пригорода — Воронача, которые, ударив против литовцев, убили 100 человек. В то же время орденские отряды опустошали другие псковские волости: «А местеръ в то время ходилъ по Демяничи и по Залесию, и много пакости оучиниша». Разоряя Псковскую землю, ливонские отряды зашли и в пределы Новгородской земли и там «много повоеаваша», «и до Кошькина городка гонячися, изс?коша мужей и женъ много, а ин?х во свою землю поведоша». Война, участия в которой Новгород так старательно избегал, вторглась теперь в пределы Новгородской земли, но позиция Новгорода оставалась неизменной. «А новогородцы о всемъ том нерадиша», — пишет псковский летописец[118].

Вскоре после этих событий из Пскова выехал княживший там князь Константин Белозерский, очевидно, потому, что псковичи сочли его неспособным организовать отпор врагу; летописец замечает, что он выехал из Пскова, «не оучинив помощи никакоеяже». Псковичи вновь приняли к себе князя Даниила Александровича, которого в свое время прислал великий князь. В мае небольшие ливонские отряды опять совершили набег на Велье, отбитый и па этот раз с помощью вороначан[119].

Военные действия, продолжавшиеся более двух лет, не принесли Ордену желаемых результатов — нанести сокрушительный удар по Пскову Ордену не удалось. Вероятно, это обстоятельство, а также необходимость привести в порядок военные силы побудили Орден заключить перемирие осенью 1408 г. до сретения (до февраля 1409 г.). По истечении перемирия магистр с крупными силами — «со всею силою немецькою и с Литвою» — снова вторгся в Псковскую землю. Однако и теперь рыцарям, несмотря на совместный с Литвою поход, не удалось добиться сколько-нибудь эффективных результатов. Пограбив и опустошив псковские волости, зайдя при этом и в новгородские волости, орденские рати удалились[120].

Война продолжалась три года. В ходе ее руководство Ордена имело все основания убедиться в нереальности поставленной цели — подчинения Пскова своей власти. Несмотря на отдельные поражения, псковичи стойко защищали собственные рубежи, и Ордену не удалось захватить ни пяди Псковской земли. А между тем затянувшиеся военные действия истощали силы Ордена. Изменилась также политическая ситуация в Восточной Европе и Прибалтике. В 1409 г. на р. Угре был заключен мир между Витовтом и великим князем Московским Василием Дмитриевичем;[121] заключение мира делало проблематичным дальнейшее участие Литвы в войне против Пскова. В то же время обострились отношения между Орденом и Литвой: назревало столкновение из-за Жмуди. Все эти обстоятельства побуждали Орден искать мира с Псковом.

Мир был заключен летом 1409 г. на съезде в Кирьемпе между Псковом, с одной стороны, и магистром, дерптским епископом и «всею землею немецкой» — с другой. Новгород к участию в мире привлечен не был, очевидно, из-за той позиции, которую он занимал во время войны. Грамота о мире, заключенном в Кирьемпе, не сохранилась. Летописец также не излагает условий мира, ограничиваясь замечанием, что псковичи взяли мир «по своей воле»[122]. Но частично условия мира нам известны: в проекте договора Пскова с Орденом 1417 г. при перечислении некоторых статей имеется указание — «как докончали мир при Кирьенпе». Статьи эти гарантировали послам, гостям и купцам «чистый путь», а гостям и купцам, кроме того, свободу торговли во владениях каждой из договаривающихся сторон. Очевидно, эти статьи имелись и в тексте договора, заключенного при Кирьемпе. Надо думать, что в его состав входили также статьи, гарантирующие соблюдение мира и неприкосновенность пограничных рубежей.

В 1410 г., по сообщению составителя Псковской второй летописи, псковичи заключили мир и с Витовтом «опроче Новогорода»[123].

Война 1406–1409 гг, закончилась крушением экспансионистских планов орденских рыцарей и литовских феодалов. Ход военных действий показал, что у Ордена, несмотря на деятельную помощь Литвы, нет реальных возможностей для завоевания русских земель. В то же время эта война еще раз доказала, что существование Ордена в Восточной Прибалтике таит в себе опасность для соседних государств. А между тем, хотя псковичи героически защищали свой родной край, нанести мощный контрудар по Ордену они были не в состоянии. Что касается Новгорода, то он предпочитал уклоняться от участия в борьбе против Ордена, так как в политике нейтралитета и лавирования усматривал средство сохранения своей самостоятельности. Москва, охотно откликавшаяся на просьбы Пскова и помогавшая ему дипломатическим путем и присылкой князей, оказать помощь крупными военными силами не могла, потому что процесс объединения Руси под властью великих князей московских еще не был завершен.

Стабилизация отношений Новгорода и Пскова с Ливонией после Грюнвальдской битвы

В 1410 г. между Литвой и Польшей, с одной стороны, и Тевтонским орденом — с другой, началась война из-за Жмуди, переросшая в решительное столкновение славянского мира с силами Тевтонского ордена. Оно произошло в июле 1410 г. в битве у Грюнвальда. Здесь соединенные силы Польши и Литвы при участии русских смоленских полков нанесли Тевтонскому ордену такой удар, после которого он уже никогда не смог оправиться. Хотя Ливонский орден в войне с Польшей и Литвой 1410–1411 гг. активного участия не принимал, тем не менее разгром Тевтонского ордена сопровождался ослаблением внешнеполитического положения Ливонии.