Чтение онлайн

Фланги флота прикрывали:

С правого фланга 1-й крейсерский отряд: “Баян” (Флаг - контр-адмирал Великий князь Александр Михайлович, капитан 1 ранга Иванов), “Олег” (командир капитан 1 ранга Римский-Корсаков), “Богатырь” (капитан 1 ранга Стемман), “Аскольд” (капитан 1 ранга Грамматчиков).

С левого фланга 2-й крейсерский отряд: “Аврора”(Флаг - контр-адмирала Рейценштейна, командир капитан 1 ранга Егорьев), “Диана”(капитан 1 ранга Иванов), “Паллада”(капитан 1 ранга Ливен), “Светлана” (капитан 1 ранга Шеин).

Строем фронта в 7 милях по курсу основных сил следовал разведотряд: “Жемчуг” (капитан 2 ранга Левицкий), “Изумруд” (капитан 2 ранга барон Ферзен), “Алмаз” (капитан 2 ранга Чагин).

Утро судного дня

Наступал рассвет 21 июля. Дул ветер SW силой около 2-3 балов. В Корейском проливе стояла пасмурная погода, шел мелкий моросящий дождь. Низкая облачность ухудшала видимость, которая составляла 2-3 мили. Стоял предрассветный туман. Все что можно было сделать было сделано, все было сказано, все карты розданы. Тихоокеанский флот шел курсом NOtoO, следуя в середину восточного прохода. Скорость составляла 9 узлов. В полночь Чухнин отдал команду по флоту - “броненосныи отрядам поднять пары во всех котлах к 8 ч., крейсерам к 5 ч.”

Неудачливый свидетель

В 4 ч. 35 мин. сигнально-наблюдательная вахта “Баяна” обнаружила по курсу, на удалении 2-3 мили пароход водоизмещением 3-4 тысяч тонн шедший на Ost. Иванов, находившийся на мостике крейсера, немедленно отдал команду, доложить Великому князю, и дать предупредительный выстрел. Несколько минут спустя рявкнула носовая 8”, снаряд лег с недолетом в пару кабельтовых. Около 4 ч. 45 мин. пароход (фактически японский вспомогательный крейсер “Ниппон-Мару”) резко отвернул на NO. Радиотелеграфисты “Суворова” услышали близкую работу рядом беспроволочного телеграфа. Чухнин отдал команду судно уничтожить и перебить работу вражеской станции работой станции флагманского броненосца. Правда, приказание уничтожить судно несколько запоздало. Капитан 1 ранга Иванов, командир “Баяна”, получив доклад о работе вблизи станции верно оценил ситуацию, дал команду увеличить ход до полного и открыть огонь. “Баян” в этот момент находился в 3 милях. Броненосцы продолжали следовать прежним курсом. “Баян” дал ход в 14 узлов. “Олег”, “Богатырь” и “Аскольд” следовали за своим флагманом. “Баян” открыл огонь, но долго не мог пристрелятся, Так как дистанция сокращалась и снаряды падали с перелетами. Пять минут спустя “Баян” лег на параллельный курс на дистанции 12-15 кабельтов и спустя минуту добился попадания в кормовую часть и перешел на беглый огонь. Начавший было пристреливаться по противнику “Олег” вскоре прекратил огонь по сигналу флагмана. “Богатырь” и “Аскольд” имевший цель на острых курсовых углах огня не открывал. Один за другим снаряды ложились с накрытиями. Несколько снарядов попали в цель. Вскоре параход окутался клубами пара и дыма, на корме заполыхал пожар, но продолжал отходить, ведя беспорядочную стрельбу. Еще 15 минут назад командиру японского вспомогательного крейсера стало ясно, что в предрассветной мгле его корабль оказался между русским передовым отрядом (с правого борта японцы также обнаружили трехтрубный крейсер) и главными силами. И отход на северо-восток, в направлении острова Цусима, оказался единственно возможным. Вскоре “Олег” вновь открыл огонь. Стрельба велась даже из противоминных орудий в стремлении побыстрее уничтожить противника. Затем к стрельбе присоединился “Аскольд” и “Богатырь”. Японский вспомогательный крейсер, получая попадание за попаданием, продолжал упорно двигаться на NO. Вскоре японский крейсер охватило пламя, он окутался клубами пара и потерял ход, продолжая огрызаться редкими выстрелами. “Олег” продолжая вести огонь, сблизился и выпустил торпеду из подводного аппарата, но промахнулся. Следующим торпеду выпустил “Богатырь” с дистанции 2 кабельтова. Взрывом “Ниппон-мару” подбросило и выбросив большое облако пара, судно моментально затонуло. “Аскольд” застопорил машины на месте гибели японского парохода подобрал пять человек и пошел вслед за флагманом повернувшим на Ost.

Всего русскими крейсерами было расстреляно несколько сотен снарядов и выпущено две торпеды. В японский вспомогательный крейсер попало 25-30 снарядов и одна торпеда. В “Баян” в свою очередь попало четыре 12-м фунтовых снаряда. Первый снаряд взорвался при ударе о носовую башню. Второй снаряд взрывом исковеркал носовой вентиляционный раструб. Третий снаряд пробил борт под спонсоном носового 75 мм орудия и взорвался в носовой шкиперской кладовой. Четвертый снаряд прошел навылет через верхнюю часть второй дымовой трубы. На корабле 3 человека получили ранения. “Олег” получил попадание 12 фунтового снаряда в кормовой мостик, погибло 2 человека и 3 человека получили ранения. Судьба крейсера стала известной японскому командованию только вечером, когда несколько уцелевших членов экипажа были подобраны вспомогательным крейсером “Дайнан-Мару”.

Сближение флотов

Русские крейсера заняли свою исходную позицию с левого фланга главных сил к 6 ч. 20 мин. На “Суворове” получив доклад об уничтожении соглядатая, запросили сигналом расход боезапаса. Спустя пять минут капитан 1 ранга Иванов доложил великому князю: Командующий поздравляет с почином, но снаряды беречь, зря кидать. В 5 ч. адмирал Того, находившийся на борту “Микасы” стоявшей в полной готовности в корейских шхерах у Мазампо, получил доклад, что телеграмма с “Ниппон-Мару” прервалась из-за работы чужой станции, и больше крейсер на связь не выходил. Получено начало телеграммы, которое гласило, “Вижу вражеский флот”. Спустя 15 минут станция “Микасы” приняла телеграмму от “Синано-мару”, в которой тот сообщал, что слышал грохот артиллерийской канонады к востоку от своей позиции. Того отдал команду передать по флоту: “Они пришли! Флоту выходить в море, каждый должен выполнить свой долг.”

Время скинуть маски

В 6 ч. 30 мин. японские корабли начали сниматься с якорей и выходить в море. Было пасмурно, но в седьмом часу показавшееся солнце ослабило мглу. Дальность горизонта 6-7 миль. Ветер SSW 3-4 балла, зыбь от N. В 8 ч. 40 мин. наблюдатели “Корнилова” обнаружили справа по корме силуэт японского крейсера “Идзуми”, который уже следовал за Русским флотом полчаса, но русские обнаружили его позже из-за дыма стелившегося из дымовых труб и плохой видимости. Работа станции “Идзуми” непрерывно перебивалась работой станций русских кораблей. Так станция на крейсере “Русь” по приказанию флагмана непрерывно работала на передачу с 8 ч. 10 мин. В 8 ч. по сигналу с “Суворова”, предписано главным силам поднять пары и быть в немедленной готовности развить ход 12 узлов. В 9 ч. на мачте “Суворова” взвился сигнал вице-адмирала Чухнина разведочному отряду в составе крейсеров “Жемчуг”, “Изумруд”, “Алмаз” шедшему в авангарде, рассредоточится с целью заблаговременного обнаружения противника. По его обнаружении, отходить и занимать прежнее место в диспозиции. В 9 ч. 30 мин. “Жемчуг” обнаружил корабли отряда контр-адмирала Уриу (“Нанива”, “Такачихо”, “Чийода”, “Идзуми” догнал свой отряд после 11 ч. 30 мин.) шедшие встречным курсом и при уменьшении дистанции до 40 кабельтов повернул на сближение с эскадрой и открыл огонь из кормовых орудий. Вслед за ним на обратный курс повернули “Изумруд” и “Алмаз”. В 9 ч. 40 минут пропал из видимости “Идзуми”. Корабли Уриу обнаружив русские главные силы, разошлись на контркурсах с крейсерами Рейценштейна на дистанции 4-5 миль и поворотом все вдруг легли на параллельный курс, удерживая русские крейсера на правом траверзе. Ввиду работы русских станций “Микаса” принимал отрывки докладов крейсеров дозора. И единственное что точно знали на японском флагмане, примерное место русского флота и его скорость оцененную разведчиками как 8-9 узлов и курс. Японцы шли в рассчитанную точку встречи со скоростью 12 узлов. В 10 ч. 10 мин. сигнально-наблюдательная вахта “Аскольда” обнаружила в 6 милях справа по корме отряд контр-адмирала Дева, который нагонял русских следуя параллельным курсом. На мостике “Баяна”, с некоторым изумлением опознали в головном чилийскую “Эсмеральду” (Офицеры эскадры были не осведомлены какие названия получили бывшие чилийские и аргентинские корабли). После короткой и безрезультатной перестрелки с крейсерами ВКАМа Дэва сочел за лучшее увеличить дистанцию до 6 миль, а затем и вовсе скрылся в тумане. Прошло не более 15 минут и в 11 ч. 30 мин. крейсера Дэвы вновь появились и вновь “Баян” их обстрелял.

Тем временем вице-адмирал Чухнин, стоявший на мостике “Суворова”, получив доклады о действиях Девы преследующего Тихоокеанский флот, обратился к офицерам штаба, - “Ну что ж господа, ждать осталось не много, сражение начнется в течении ближайшего часа”.

К полудню видимость по курсу эскадры ухудшилась. Шла крупная зыбь. В бледной голубизне расплывалось солнце, горизонт по прежнему закрывала мгла. Команды обедали. Ели торопливо и наскоро, не покидая постов, прислуга орудий, например, прямо у орудий.

В виду неприятеля

Японские главные силы обнаружены около полудня сигнальщиками с “Изумруда”, на дистанции около 6-7 миль. Японцы в этот момент пересекали курс Русской эскадры следуя на Ost. На “Наварине”, а вслед за ним и на остальных кораблях эскадры на мачтах взвились боевые стеньговые флаги. С передних броненосцев наблюдали только хвост японской колонны, в то время как с “Баяна” который повернул на Ost, и одновременно открыл огонь с 45 кабельтовых по четвертому с конца кораблю, наблюдали весь японский броненосный флот из 16 вымпелов. Тем временем Дева воспользовался ситуаций и так же открыл огонь по русским крейсерам ставя их в два огня. В течении получаса русские крейсера доблестно сражались с крейсерами Дэва и концевыми броненосными крейсерами нанеся обоим противникам повреждения. Но только начав терпеть ущерб склонились на S по прежнему ведя бой с крейсерами Дева правым бортом. Тем временем Того повернул на NWtN. С передовых крейсеров, которые шли 9 узловым ходом в миле от броненосцев, все еще наблюдали хвост неприятельской колонны которая в 12 ч. 45 минут окончательно пропала в тумане. Приблизившись с левого фланга отряд контр-адмирала Уриу атаковал крейсера контр-адмирала Рейценштейна. Сблизившись на 35 кабельтов японцы открыли огонь по русским. К счастью огонь неприятеля был не столь губителен, как стрельба броненосных отрядов, да и пристрелка заняла не менее 15 минут. И вскоре русский снаряд попал во флагманскую “Нанива”, которая задымила. Тем временем на “Авроре” разглядели как из дымки с правого борта показались силуэты японских броненосцев идущих на пересечку курса, и Рейценштейн решил убраться с пути своих и неприятельских броненосцев. Крейсера описав циркуляцию в сторону кораблей Уриу, ведя по ним беглый огонь повернули на Ost следуя на соединение с крейсрами ВКАМа проскочив за кормой “Корнилова”.

Перестроение в боевой порядок

В 12 ч. 15 минут тянувший до последнего с отдачей распоряжения о развертывании эскадры в боевой порядок, вице-адмирал Чухнин, отдал команду эскадре перестроится. По синалу “Суворова”, 3-й броненосный отряд уменьшил ход до самого малого, 2-й броненосный отряд уменьшил ход на треть, а 1-й броненосный отряд увеличил ход и встал в голове колонны. Перестроение заняло не менее получаса, следующей командой было уменьшить интервалы между отрядами ранее составлявшие 4-5 кабельтов, образовав тем самым единую кильватерную колонну, а затем увеличить эскадренный ход до 12 узлов. Крейсерам разведывательного отряда занять позицию за 3-м крейсерским отрядом. После вступления в бой занять ранее указанные места с нестреляющего борта согласно “Боевой инструкции”. Стрелки хронометров, пройдя никому не ведомую черту, начали отсчитывать последние час перед битвой. Вскоре сигнальщики “Наварина” вновь увидели неожиданно проступившие из мглы силуэты японских броненосных кораблей прямо по курсу. Голова японской колонны, по прежнему терялась во мгле. В действительности колонна из 4-х броненосных отрядов Объединенного флота пересекла курс русского флота в 7 милях от “Наварина” и описав циркуляцию, имея 15 узлов хода, пошла на сближение с русскими броненосцами. Отряд контр-адмирала Того следуя за своими главными силами присоединился к крейсерам Девы. Вскоре хвост японской колонны скрылся в пелене тумана.

Встреча главных сил.

Из свинцовой мглы показались силуэты японских броненосцев. Все внимание на мостиках русских флагманов сосредоточилось на “Микасе”. Потянулись напряженные и томительные минуты предгрозового затишья. С востока доносился грохот выстрелов, так как крейсера ВКАМа и Рейценштейна вступили в перестрелку с японскими крейсерами.

На борту “Наварина”, командир разглядывая в мощный Цейсовский бинокль японцев, перечислял:

– “Микаса”, “Асахи”, “Сикисима”, “Кассуга”, корабли Каммимуры, а за ними крейсера типа “Гарибальди” - прервавшись, барон Фитингоф выругался - все таки ОНИ успели. А вон и “О Хиггинс”.

– “Хватит”, Небогатов поморщился - “Здесь ВСЕ””.

Японцы склонялись к Ost и шли, со скоростью 15-16 узлов. Курс Русской эскадры был прежний, скорость не менее 12 узлов. “Микаса” тем временем закончив поворот довернул вправо на сближение с русской эскадрой. В 14 ч. 45 мин. от дальномерщиков “Наварина” поступил доклад, что дистанция до головного 42 кабельтова. Орудия неприятеля по прежнему молчали. В 14 ч. 48 мин. с расстояния в 38 кабельтовых “Наварин” дал пристрелочный залп левым бортом по “Микасе”.