Чтение онлайн

А до тех пор русскому народу надо ждать и надеяться на помощь Запада, а чтобы не терять времени даром, выявлять и разоблачать сторонников реакционных, черносотенных сил, мешающих стране приобщиться к «мировой цивилизации».

Выход книги Янова стал новым этапом антирусской пропаганды. Солидарные с ней журналы вроде «Нового мира» и «Октября» начали открыто говорить о том, о чем прежде побаивались, распространять подленькие идейки профессионального хулителя России.

Книга Янова вызвала волну возмущений в патриотических кругах. По прибытии в Москву по приглашению еврейских кругов Янова постоянно сопровождали скандалы и пикеты. Даже в таком «еврейском местечке», как Институт востоковедения АН СССР Янова встретили пикетом, а во время обсуждения его взглядов подвергли критике, так что он вынужден был постепенно ретироваться. Самодовольный и беспардонный, нахальный Янов с легкостью объяснил организованные им скандалы происками черносотенцев. Самое интересное, что эта довольно бесцветная и малоинтересная личность играла довольно большую роль в раскладках ЦРУ о «реформировании власти» в России. Янов рассматривался как один из вероятных претендентов на пост главы правительства в новой России [60] .

Осведомленные люди рассказывали мне уже тогда, что с давних пор Янов был связан с Колумбийским университетом – центром подготовки кадров ЦРУ для работы в России, читал лекции для будущих шпионов и работников государственного департамента США. Ярлык человека, близкого Колумбийскому университету, стал общим для целого ряда государственных изменников – деятелей «перестройки» – и прежде всего членов Политбюро А. Яковлева, Э. Шеварднадзе, секретаря писателей СССР В. Коротича, генерала КГБ О. Калугина. Во время стажировки в Колумбийском университете в конце 50-х – начале 60-х годов А. Яковлев и О. Калугин были завербованы американской разведкой [61] .

Особо хочу рассказать о Коротиче, с которым мне несколько раз приходилось сталкиваться и о котором мне много рассказывали хорошо знавшие его писатели. По общему мнению, это был образец законченного негодяя, бесчестного, беспринципного типа, сделавшего себе карьеру крупного литературного чиновника в Союзе писателей (при полном отсутствии литературного таланта и сочинений, достойных упоминания) как мастер интриг и доносчик в органы КГБ. Выдавал он себя за «украинца», хотя был чистокровным евреем. В свое время, кое-как закончив медицинский институт, Коротич недолго проработал в одной из районных больниц, где устроил что-то вроде подпольного цеха для обрезания еврейских мальчиков, за что заслужил репутацию «храброго еврея».

Мраком тайны покрыт его переход в литературу, но уже в 1965 году Коротич проводит полгода в Канаде, где, по данным ФСБ, был завербован ЦРУ. Человек, давший мне эту информацию, познакомил меня и с формулой вербовки подобных изменников: «Мы от вас не будем требовать расписок и отчетов, от вас не потребуется закладывать тайники, по которым вас легко могут вычислить. От вас потребуется только устная информация по интересующим нас вопросам, за которую вы будете получать деньги на номерные счета, известные только вам и только в известном вам банке».

Позднее Коротич стал официальным стипендиантом Колумбийского университета. Высокооплачиваемая синекура одна из форм оплаты предателей.

В 1986 Коротич был назначен Яковлевым на пост главного редактора самого массового иллюстрированного журнала «Огонек». В короткий срок он превратил журнал в орган пропаганды русофобии и сионизма. Дух талмудической идеологии, растление и разврат, которые нес с собой этот журнал, точно отражали «духовный» мир его нового главного редактора. В патриотических кругах слово «Коротич» произносили с чувством омерзения.

В 1989 году Коротич сделал попытку выдвинуться депутатом Верховного Совета СССР от Москвы. Я присутствовал на церемонии этого выдвижения в Доме культуры газеты «Правда». Коротич шел, самодовольно осклабившись, он считал, что выдвижение пройдет автоматически и единогласно, так как за его спиной стояли Горбачев и Яковлев. Однако произошло то, чего он не ожидал. На него посыпались неприятные вопросы, например, «почему он, посредственный писатель, стал одним из руководителей Союза писателей СССР?», «почему он, написавший антиамериканскую публицистическую книгу «Лицо ненависти», сегодня занял диаметрально противоположную позицию?». Или еще вопрос, который вызвал хохот в зале, – «почему он, еврей, называет себя украинским писателем?»

В общем выдвижение провалилось, зал был настроен против предателя. Начался шум. Крики: «Долой!», «Убирайся вон!» Коротич убегал с перекошенным лицом. За ним семенил какой-то уродец, пытавшийся его утешить, а рядом толкались несколько иностранных журналистов, предвкушавших сенсационные репортажи о «гонениях на евреев в СССР» [62] .

Одним из идеологов коротического «Огонька» был воинствующий сионист и масон Натан Эйдельман. Он практически открыто пропагандировал сионистские и масонские идеи, во многих своих статьях занимался открытой пропагандой ненависти к русским. Еще в середине 80-х по всей Москве широко распространялось его нахальное открытое письмо писателю В. П. Астафьеву, в котором он обвинял в бедах евреев рабский русский народ. По его словам, рабство и подавление личности государством – постоянное состояние России. «В рабской стране, – заявлял он, – после революции (так он именовал «перестройку») будет хуже. Чтобы взять под контроль положение дел в стране, нужно активизировать «прогрессивное меньшинство» (под которым он имел в виду евреев и масонов). Активное меньшинство, объединенное идеей личного благосостояния, и владение собственностью позволит в корне изменить Россию». Хорошую отповедь сионисткой демагогии дал писатель Астафьев. Он дал ясно понять всем сионистам, что Россия в их услугах не нуждается, русские сами найдут лидеров в своей среде и обеспечат развитие России. Что же касается «вины» русских перед евреями, Астафьев напоминает Эйдельману, что его соплеменники находились в лагерях и страдали за свои преступления против России, что евреи пытались решать судьбу русских, не спрашивая их самих, хотят ли они этого.

С самых первых лет деятели «перестройки», блудливо распинаясь о демократии и свободе, по примеру своих предшественников – еврейских большевиков одни из первых заявили о необходимости закрыть все патриотические органы печати и прежде всего журналы «Молодая гвардия», «Наш современник» и «Москва». Дальше всех пошел еврейский родственник Хрущева Аджубей. Он предлагал закрыть журналы «Наше наследие», «Родина», «Ветеран», «Трезвость и культура». По примеру большевиков Аджубей предлагал централизовать печать, закрыть районные и отраслевые газеты, а всю бумагу кинуть на развитие «демократических» центральных и областных газет [63] . Аджубея горячо поддерживал В. Познер, другой потомок видных еврейских большевиков, любивший заявлять, что «беда России в Православии». В 1986–1988 годы многие органы советской печати из еврейско-коммунистических превращаются в сионистские («Московские новости», «Огонек», «Известия», «Московский комсомолец», «Вечерняя Москва» и др.) и телевидение. Состав редакций, темы, которые они поднимают, интерпретация событий с сионистских позиций, разжигание национальной розни превращают их в организации борьбы за интересы еврейских националистов и фашистского государства Израиль.

Среди антирусских, погромных органов печати одно из ведущих мест заняла «Еврейская газета» (бывший «Вестник еврейской советской культуры»), главный редактор которой, член КПСС, сионист и русофоб Т. Голенпольский не постеснялся, например, печатно заявить, что Достоевский для евреев – прежде всего антисемит, а затем уже писатель.

В 1988 году в Москву приезжает один из самых одиозных писателей даже среди сионистов некто Яков Кедми (Я. Казаков), организовавший подрывную антирусскую организацию «Натива», во главе которой он мечтал войти в Москву «командиром оккупационных войск и комендантом Кремля», своего рода новым Янкелем Свердловым, в новой еврейской революции.

В Шереметьеве «великого еврейского героя» Кедми встречали Коротич, Г. Попов, Е. Яковлев и потомок Л. Троцкого Ю. А. Афанасьев. «Героя» на следующий день принял А. Н. Яковлев.

Глава подрывной организации установил тесные связи со многими крупными деятелями. «Натива» и другие сионистские организации взяли на себя роль «ускорителей перестройки», посредников между космополитическим режимом Горбачева и антирусской коалицией Запада.

Через год в СССР создается сионистский центр под вывеской «Общество дружбы и культурных связей с государством Израиль», одним из руководителей которого стал все тот же глава «Нативы» Я. Кедми. В 1988–1989 годах по договоренности между председателем Всемирного еврейского конгресса Э. Бронфманом и Э. Шеварднадзе в Москве возникла еще одна сионистская организация – Еврейский культурный центр им. Михоэлса (еврейского большевика, казненного Сталиным за государственную измену).

Антирусские, сионистские организации растут, как на дрожжах. На съезде сионистских организаций в Москве участвовали представители 108 местных сионистских организаций (т. е. не скрывавшие, как многие другие еврейские националистические организации, своих сионистских целей), объединявшие, по данным их представителей, около 20 тыс. членов в 53 городах. Съезд декларировал свое намерение бороться за власть, выдвигал своих кандидатов на выборах в органы власти.

За 1989–1990 годы в СССР возникает целый ряд крупнейших сионистских организаций, ставящих своей целью подрывную работу против России и русского народа. Вслед за Союзом сионистов СССР (1989) легализуется международная сионистско-масонская организация «Бнай Брит», образуется влиятельное сионистской общество «Иргун Цийони» (1989). Во многих областях России создается фашистская военно-террористическая сионистская организация «Бейтар», ориентированная на воспитание молодежи в погромном националистичсеком духе ненависти ко всем неевреям (гоям). Лекции, которые читаются юным погромщикам, внушают мысль о необходимости физического уничтожения всех тех, кто не признает превосходства «великой еврейской нации» над другими народами. В октябре 1993 эти юные еврейские бандиты принимали участие в массовых убийствах русских людей.