Чтение онлайн

Этот отчаянный удар, несмотря ни на что, все-таки смог остановить литовскую конницу и отбросить её. Пусть и очень дорогой ценой, но они продержались до того момента как князья Булгаковы бросили в бой свои полки. После этого войска Острожского снова начали отступать. Казалось, что удача в очередной раз повернулась к русским. Сразу на двух участках им удалось прорвать литовский строй.

И тут вновь сказалось наличие у литовцев пехоты и артиллерии. Двигавшаяся вперед русская конница снова попала под артиллерийский залп, после которого опять начался хаос. Рвущийся вперед Игорь Огненный был тяжело ранен и через несколько минут умер от потери крови. Под самыми опытными воеводами — Челядниным и старшим Булгаковым убило лошадей, вскоре они были схвачены литовцами. И ко всему на поле боя больше не оставалось резервов. В такой ситуации Иван Пронский и Андрей Булгаков независимо друг от друга приняли решение отступить.

Поражение было страшным. Из тринадцати "начальствующих чинов" принимавших участие в битве погибло трое (князь Иван Темка Ростовский и Игорь Огненный погибли в самом бою, а Андрей Оболенский умер от ран сразу после боя), еще трое попали в плен (Дмитрий Китаев, Иван Челяднин и князь Михаил Голица Булгаков).

Отборные части — сотня двора и отряд амазонок были уничтожены полностью. Около трех сотен русских дворян оказалось в плену (два года спустя в плену непосредственно у короля насчитали 159 человек).

Но и литовцы заплатили за эту победу очень высокую цену. Острожский потерял половину войска. На следующий день у него оставалось только шесть тысяч бойцов способных продолжать поход. Гусарские роты действовавшие на самых горячих участках боя потеряли более половины своего состава (только убитыми свыше пятисот).

Тем временем Андрей с Дмитрием Булгаковы, Иван Пронский и Сивиндук-мурза смогли собрать отошедшие части и соединиться с Резервным полком. Русское войско все еще сохраняло численный перевес над литвинами, хоть и меньший чем до начала боя.

Соотношение 17 против 12 (или 14 против 12 если не считать отряды Ромодановского и Ярославского князей, не успевшие подойти) сменилось на 7 против 6 (и тут уже учитывались все русские войска изгонной рати). Но моральное состояние войска было подавленным. В результате ударная группировка Острожского (те самые шесть тысяч клинков) была потеряна и смогла беспрепятственно выйти к Смоленску.

Однако князь Шуйский остававшийся воеводой в городе к этому моменту раскрыл заговор и повесил большую часть его участников. Уцелел только их лидер епископ Варсонофий, которого пощадили как духовное лицо, но сослали в подмосковный монастырь. Гетман Острожский ничего не смог сделать и был вынужден отступить.

А король Сигизмунд тем временем стремился воспользоваться плодами для чего раздувал её значение. Так, в частности в письмах папе и европейским монархам он увеличивал численность войск с обеих сторон, насчитывая у русских восемьдесят тысяч. Тем самым он заявлял, что разгромлена вся московская армия (Василий двинул против Смоленска примерно такие силы). Ему удалось добиться многого. И главным стало то, что Австрийский монарх поверил в это и не решился начать войну против Польско-Литовского государства.

А на востоке война продолжалась.

После поражения под Оршей в Москве начали искать виновных. Возникали опасения, что Сестрорецкий князь потребует наказания виновных в таком исходе боя (смерти сына и наследника). Поэтому (а также потому что Григорий Федорович несмотря ни на что оставался крайне влиятельным человеком) крайними назначили Михаила Голицу Булгакова и Ивана Андреевича Челяднина, обвинив их в том, что они не поддержали друг друга. Также виновными назвали недостаточно влиятельных воевод — Пронского и Оболенского. Обозленный этим князь Иван Пронский сорвался и решил отъехать в Сестрорецк. Он отписал на Великого князя все свои вотчины находившиеся вне Сестрорецкого княжества и публично принял язычество. Препятствовать ему не стали.

Боярин Давыдов Челяднин полностью очистил свое имя и доказал свою полезность государству уже через несколько месяцев. Когда в начале 1515 года тяжело заболел князь Иван Серпуховской, Григорий Федорович добился от него завещания в пользу Василия Московского. Зимой же 1515–1516 годов он "уговорил" трех сыновей Федора Ржевского (умершего в декабре 1515 года) отказаться от удельных прав и стать служилыми князьями. В результате его действий весной 1516 года два удельных княжества прекратили свое существование.

Потеряв за два месяца двух сыновей, Паук от войны устранился. Амазонки были отведены на север (на юге остался только один отряд в четыре сотни клинков); южная конница и пятитысячное войско наемников были полностью подчинены московским воеводам. В результате сестрорецкая армия действовавшая против Литвы на главном направлении уменьшилась до 10–15 тысяч бойцов. Это же войско использовалось и для отражения татарских набегов. Василий Московский в этот момент оказался не в состоянии продолжать активные боевые действия, в первую очередь из-за нехватки средств которые были направлены на экстренное восстановление укреплений Смоленска и Киева. Сигизмунд Польский в результате победы под Оршей также был неспособен перейти в наступление (слишком дорогой ценой она была добыта — потраченные средства и войска оказались невосполнимы). В результате война приняла затяжной характер, так как ни одна из сторон не имела заметного превосходства над другой. Поэтому обе стороны принялись искать себе союзников.

В 1515 году умер старый Крымский хан Менгли-Гирей — надежный союзник Ивана Третьего и менее надежный, но все-таки союзник, Василия Третьего. Ему наследовал его сын — Мухаммед-Гирей, который отказался от союза с Москвой и поддержал Литву.

В результате с 1516 года Московский и Сестрорецкий князья серьезно озаботились укреплением своих южных границ.

В частности московское правительство стало создавать оборонительную линию по Оке (Калуга — Серпухов — Коломна) и активизировало строительство укреплений в Киеве.

Сестрорецкий князь в это время строил засечную линию Белев — Одоев — Рязань — Мещера и линию обороны по Десне и Сейму (Чернигов — Путивль — Рыльск — Курск).

Данные оборонительные линии еще не составляли единого целого и потому их можно было обойти, но все равно сыграли ключевую роль в отражении набегов 1517 и 1518 годов.

В 1517 году хан Мухаммед-Гирей направил на Русь двадцатитысячную группировку, которая была разбита в сражении под Тулой. Основной причиной победы стало взаимодействие московских и сестрорецких войск — своевременный подход от Серпухова и вступление в бой московских полков под командованием князя Воротынского. В том же году язычники "вернули долг" успев на помощь отрядам Андрея Булгакова, которого Сигизмунд осадил в Великих Луках. Менее масштабный набег крымских татар в следующем году принес намного больше вреда. Всего лишь один тумен смог обойти обе оборонительные линии язычников (пройдя восточнее Курска они не доходя до Белевских засек повернули на запад) и разграбить Мценск и Карачев. Московские войска под командованием князя Шуйского не смогли или не захотели помочь сестрорецким отрядам. На обратной дороге татар перехватили Курские и Елецкие дружины, которые отбили большую часть полона, но это послужило слабым утешением. Тем не менее два набега подряд закончились поражениями и несколько лет крымцы не рисковали нападать на Русь. Они сосредоточили свои усилия на Казани в которой в 1518 году скончался хан Мухаммед-Эмин и Мухаммед-Гирей смог возвести на трон своего родственника Сагиб-Гирея. Однако борьба за Казань затянулась на несколько лет, поскольку Василий Московский выдвинул своего кандидата — тринадцатилетнего Муромского князя Шах-Али.

В 1518 году скончался князь Семен Калужский и Можайский. Его удельное княжество было упразднено, тем более что ни жены ни детей у него не было (Василий запрещал ему вступать в брак).

Все это время Игорь Шестой посвятил обучению своего нового наследника — Игоря Ледяного. К этому моменту четвертого сына князя уже свыше десяти лет готовили как помощника своим старшим братьям, а не как будущего князя. И в рамках этой подготовки старательно отучали принимать самостоятельные решения по важным вопросам. Анализировать ситуацию он умел прекрасно, принимать неважные или немасштабные решения — просто великолепно, но брать ответственность на себя… от этого его отучили. Иначе говоря из Ледяного вырастили прекрасного боярина и воеводу, но не князя. Теперь приходилось переделывать девятнадцатилетнего человека. Во многом именно этим объясняется излишне авантюрная политика язычников на западном направлении в последующие годы. Не менее важной причиной стала уверенность в собственных силах и значительный экономический (финансовый) перевес над всеми соседними государствами. После того как в самом начале века началась постоянная торговля с Китаем и Средней Азией и была реквизирована большая часть храмовых сокровищ Сестрорецкое княжество на какое-то время стало одним из богатейших государств Европы.