Чтение онлайн

И под южным солнцем за короткие две недели их знакомство переросло в любовь. Он живописал ей картины Древней Руси, навеянные звуками ее имени и созвучием их имен, а она, учитель истории, затаив дыхание слушала его.

— Ты уже была моей женой. Ты просто забыла. Но и хорошо, что ты забыла, тогда я вел себя не по-джентльменски, потому что много воевал.

— И тогда, и сейчас? — спрашивала она тихо, словно боясь разрушить те сказочные видения, которые вставали у нее перед глазами.

— Да, но с войнами покончено! Слово офицера!

После юга они расстались с трудом. Она уехала в свой Воронеж, он — в Москву к другу-афганцу. С нуля они вдвоем с другом начали свое дело. Владимир снял квартиру и приехал за ней. Дела у друзей-афганцев пошли, и их небольшая строительная фирма через несколько лет стала большой строительной компанией. Сразу по приезде из Воронежа Рогнеда работала заведующей детсадом, который Владимир потом выкупил и подарил ей на день рождения. Она всегда любила детей. А вот своего сына Ярослава, как у их исторических тезок княгини Рогнеды и князя Владимира, они родить не смогли. Так аукнулась ее первая ненастоящая, как оказалось, любовь.

Владимир, конечно, очень хотел ребенка от нее, но ни разу не упрекнул, узнав, что Ярослава у них не будет. Он любил ее искренне, беззаветно.

— Волею судьбы мы с тобой нашли друг друга. Ты нужна мне! Ты — моя Муза, ты — смысл моей жизни! А детей у тебя теперь целый детский сад! — смеялся он.

И она в ответ улыбалась, ибо понимала, что плакать уже поздно.

Вспоминала все это Рогнеда Игоревна, наблюдая в первые дни знакомства за Машей Мироновой. Она видела в ней себя еще молодую и неопытную. Но в Маше было то, чего не было в ней тогда. В Маше был стержень.

— Машенька, если у тебя такой малый срок, может, можно и аборт сделать? — спросила она как-то Машу.

— Рогнеда Игоревна, а ребенок тут при чем? Он должен своей жизнью расплачиваться за мои ошибки? — вопросами на вопрос ответила Маша, глядя прямо в глаза Рогнеде Игоревне.

И ей показалось, что Маша смотрит не в ее глаза, а прямо в ее душу. В душу, где до сих пор живет раскаяние за содеянное когда-то.

«Если бы я была тогда такой твердой, как Маша, у меня уже были бы внуки», — думала она.

Узнав Машу ближе, Рогнеда Игоревна полюбила эту красивую, добрую и умную девочку. Для нее она была именно девочкой, попавшей в беду, девочкой, которой очень хотелось помочь.

Отзывчивая и общительная Маша очень быстро освоилась в детском саду. Как-то вечером, зайдя за чем-то в кабинет к Рогнеде Игоревне, она заметила, как неуверенно директор обращается с компьютером.

— Может, вам помочь? — совершенно искренне предложила она.

— Маша, ну никак не могу сделать эту табличку! — пожаловалась директор.

— Нет проблем! — Маша быстро сделала таблицу и перенесла в нее данные с листа. — В какую папку это пойдет?

— А ты мне еще скажи, как оно пойдет? — рассмеялась Рогнеда Игоревна. — Ну никак у меня не получается наладить с ним дружбу! Я его даже побаиваюсь, — призналась директор, поглядывая на монитор.

— Обращайтесь! Мне это дело очень даже нравится! — чистосердечно предложила Маша.

С тех пор она стала главным компьютерным консультантом Рогнеды Игоревны, ее правой компьютерной рукой.

Так же случайно узнали в саду и о других талантах Маши. Придя однажды в музыкальный зал, в котором уже не должно было быть занятий, она случайно попала на репетицию праздника. Музыкальный руководитель ставила с детьми танец. А так как она сидела за пианино, то ей приходилось оттуда и руководить детьми. Маша, заглянув в зал, присела на скамью, стоящую у дверей, и некоторое время наблюдала за безрезультатным процессом.

Из своего богатого танцевального прошлого Маша прекрасно знала, что в этом возрасте у детей еще слабо развита движенческая память, поэтому дети лучше разучивают танец, если в нем участвует педагог.

— Лилия Викторовна, — попросила Маша молодого музыкального руководителя, — можно, я встану с детьми?

И процесс пошел!

— Машенька, — обращалась Маша к своей любимой Синеглазке, — ножкой можно топнуть просто так, а можно топнуть выразительно. Ты можешь это показать?

Машенька Андреева — талантливая девочка, она могла сделать все.

В следующий раз Маша попала в зал, когда Лилия Викторовна стояла с детьми, показывая им новое движение. Тогда Маша без церемоний села за пианино. Теперь Лилия Викторовна, а с ней и Рогнеда Игоревна знали, что Маша — ценный помощник в постановке танцев. А Маше нравилось заниматься с детьми, приятно было чувствовать себя нужной. Она с радостью спешила на работу, зная, что услышит веселый смех ребятни, обязательно увидит что-то новое.

— Маш, будь другом! Посиди немного в моей группе, — в один из дней, когда она приехала в сад немного раньше, обратилась к Маше воспитательница из группы, в которую ходила Маша Андреева. — Моя няня ушла на больничный, а мне надо срочно сбегать домой. Соседи позвонили и сказали, что я их затопила. Дети сейчас лепят, ты посиди с ними, а я постараюсь вернуться быстрее.

Воспитательница убежала, а Маша впервые осталась один на один с целой группой детей. Она подошла к столу, за которым сидела Синеглазка, и была поражена увиденным: на досточке, предназначенной для лепки, стояла искусно вылепленная яблонька. Перед остальными детьми лежали лишь колбаски и шарики из пластилина.

— Машенька, можно, я покажу твою работу детям? — спросила Маша у своей тезки.

Синеглазка кивнула ей, разрешая.

— Дети, посмотрите на Машину работу! Правда, яблонька у Маши получилась как живая? Машенька, у тебя же золотые ручки! Покажи их детям, пожалуйста! Дети, а когда говорят, что у человека золотые руки?

— Это когда человек все делает замечательно, — ответила за детей Маша, старательно подбирая слова, в которых не было буквы «р».

— Правильно, Маша. Дети, каждый из вас может слепить такую яблоньку, если постарается. Давайте, вы постараетесь, и мы все вместе посмотрим, у кого же из вас золотые ручки. Машенька, а ты, пожалуйста, расскажи нам, как ты лепила яблоньку, что делала вначале, что потом? Из каких частей состоит дерево?

Выслушав девочку, дети приступили к работе.

— Машенька, чтобы ты не скучала, я предлагаю слепить сказку, где будет жить твоя яблонька, — предложила Маша своей тезке.

Пока дети лепили свои яблоньки, они вместе слепили избушку Бабы-Яги и печку.

— А теперь пусть каждый из вас представит нам свою яблоньку, — предложила Маша.

— Моя яблонька из сказки «Гуси-лебеди», она поможет Аленушке, — первой начала Синеглазка.

Такими или почти такими же оказались ответы всех детей. Синеглазка внимательно их выслушала, а потом заявила: