Чтение онлайн

– Но милорд, это не мой уровень. Я не имею права арестовывать Человека занимающего такой пост.

– Вы сами ввязались в это дело, - жестко сказал я.
– Извольте исправлять то, что натворили. И еще, - я приблизил к нему лицо.
– Это дело ССВ, считайте, что вы получили разрешение.

Весторий, кажется, опять приготовился упасть в обморок. ССВ, или Святая Служба Веры, не та организация, с которой можно шутить в Парадизии. Инквизицию люди боялись всегда и везде.

– Будет исполнено, милорд, - прошептал префект. Доказательств, что я действительно принадлежу ССВ, он уже не потребовал.

– Очень хорошо, а теперь я забираю с собой вот этих солдат. Они были свидетелями разговора и теперь невольно могут предупредить самозванца. Сами понимаете, они еще не окрепли в вере. Возле границы я их отпущу, и когда они вернутся, то самозванец уже будет схвачен. По крайне мере я на это надеюсь, - я угрожающе посмотрел на Вестория.

– Конечно-конечно. Миглоу, ты и твои солдаты поступаете в полное распоряжение милорда рыцаря. Выполняйте все его распоряжения.
– Префекту пришлось дважды повторить приказ, прежде чем Миглоу расслышал его сквозь заткнутые ладонями уши. Он поклонился и отдал короткое распоряжение.

– Еще Весторий.

– Что, милорд? Я не понимаю?

Я плотоядно улыбнулся.

– Верните наше оружие и вещи.

Префект сглотнул.

– Да-да, как я не подумал. Миглоу, верните все вещи.

То, с какой скоростью было выполнено это повеление, говорило насколько нас боятся стражники.

– До свидания, Весторий. И помните, никому не сообщайте об аресте, я сам сообщу кому надо и за пленником придут. А до тех пор держите его в тюрьме и лучше, если о нем будете знать только вы и ваши доверенные люди.

Весторий кивнул.

Я махнул друзьям и вскочил в седло. В галопе мы, в сопровождении эскорта из пятнадцати всадников, покинули город Его Имени, и взяли направление на границу Парадизии.

Понимая, что не стоит разговаривать в присутствии стражников, никто из моих друзей заговорить не решился, но их взгляды, бросаемые на меня, были красноречивее всяких слов. Буефар был явно ошеломлен всем происходящим и испытывал одновременно облегчение и тревогу. Кажется он с трудом мог дождаться того момента, когда сможет поговорить со мной без всяких помех. Рона же буквально распирала гордость, и он посматривал на меня с видом собственника, как бы говоря: "Вот он мой друг. Вот он какой. А он еще и не то может". Но больше всего мне доставило удовольствие то уважение, которое я увидел в глазах Далилы. Почему-то оно для меня было важнее, чем открытое одобрение Эльвинга или восхищение Рона.

Деррон же свое отношение к происходящему выразил в трех фразах:

– С каждым разом ты удивляешь меня все больше и больше. Интересно, что ты отколешь в следующий раз? Ради того, чтобы посмотреть на это действительно стоит жить.

Чтобы он сказал, если бы знал, каких сил мне все это стоило? Это событие не для ежедневных повторений.

– Первый раз вижу, чтобы чужеземец, грешник, как они называют, повелевал святыми стражниками и распоряжался в префектуре Парадизии как в собственной квартире, - добавил Мастер.

Через полтора часа мы покинули пределы Парадизии и расстались со своим эскортом, который сильно упростил оставшийся маршрут.

– Миглоу, - попросил я на прощание.
– Когда вы встретитесь с самозванцем, передайте ему от меня одну фразу. Это поучение для врагов веры. Вы ведь не знаете амстерский язык?

– Нет, милорд.

– Тогда запомните: Не стоит копать яму другому, в нее можно и самому угодить. Повторите.

Миглоу повторил. Я исправил ошибки произношения и заставил его повторить снова. Так продолжалось до тех пор, пока я не убедился в правильности произношения.

– Прощайте, Миглоу и не забудьте передать мое послание - оно будет для него полезно.

– Энинг, может сейчас ты объяснишь нам, что происходит?
– сердито спросил Буефар, когда мы пересекли границу и расстались со стражниками.
– Откуда у тебя документы с такими полномочиями? Да еще в Парадизии?

– Какие документы?
– невинно спросил я.
– Вы об этих бумажках?

– Что это?
– Буефар развернул протянутые ему бумаги.
– Но это пропуск в Парадизию и какая-то дурацкая бумага о проверке душ, - удивленно заметил он.

– Вот именно.
– Я с некоторым самодовольством потер ногти правой руки о лацкан куртки.

Далила подъехала вплотную к рыцарю и заглянула в бумаги, рассмотрела подписи.

– Ты что, хочешь сказать, что дурачил тех людей с помощью вот этих вот бумажонок?

– Почему бумажонок?
– обиделся я.
– Они нас из-за них даже с почетным эскортом проводили до границы.

Далила оглушительно захохотала.

– Надо быть сумасшедшим маньяком с потребностью в самоубийстве, чтобы с помощью этих писулек убеждать власти Парадизии в том, что ты являешься доверенным лицом Окружного Святителя с неограниченными полномочиями, - сквозь смех выдавила она.
– И надо быть гением, чтобы заставить их в это поверить. Интересно, кто ты, маньяк или гений?

– Ну вот, уже и в маньяки записали, - мрачно буркнул я.
– Нет, чтобы спасибо сказать.

– Между прочим, - обращаясь словно в никуда, заметил Буефар, - за незаконное присвоение чинов в Парадизии сажают на кол.

– Я этого не знал, - запоздало испугался я.

– Зато я знал, - сообщил рыцарь.
– Представляешь, что я испытывал, слушая твои байки? И как только в них поверили? Это же надо такую чушь придумать: заменяют настоящих людей с помощью магии на искусственных!

– Но ведь поверили. Просто их с детства учили считать власти непогрешимыми. А увидев у меня бумагу с подписью и печатью Окружного Святителя, они все поверили, что я представляю власть.

– Но в бумагах об этом ни слова не было сказано?
– не поверил рыцарь моему объяснению.

– Думаете они читали бумагу? Солдаты читать не умеют, зато знают, как выглядит печать, а Весторию было совсем не до чтения. Он как только увидел печать с подписью, был озабочен только тем, как бы не навлечь на себя гнев Святителя. Но о чем я действительно жалею, так это о том, что я не могу увидеть лица Нора, когда тот поймет, что угодил в собственную западню.

– Я тоже жалею, - неожиданно усмехнулся рыцарь.

В этот момент к нам подскакал Леонор, оттолкнув в сторону Эльвинга, который старался его удержать. Пылая праведным гневом, он подъехал ко мне.

– Милорд, эта женщина ударила меня по голове. Я решительно требую справедливости! Она не имела права так делать!

– Ах да, про вас-то я и забыл, господин маг, так обрадовался, что мы, наконец, выбрались из Парадизии.
– Мой тон явно не понравился Леонору. Далила, в следующий раз, если этот господин вылезет со своими глупыми протестами, разрешаю бить его сильнее.