Чтение онлайн

– Конечно отправил, но почти все его разведчики сейчас ловят вас, а те, что остались... Как ты думаешь, зачем князь отправил впереди своей армии мой отряд, отряд Всеслава и еще несколько таких же?

– То есть вы использовали нас для отвлечения основных дозоров Слава?! рассердился я.
– Очень хорошо! Просто замечательно!

Ладигор развернулся в седле ко мне.

– На вашем месте, молодой человек, я бы на это не сердился. Князь отговаривал вас от этой поездки. Но если вы на ней настояли, то почему бы не воспользоваться вашей авантюрой? И где бы вы были сейчас, если бы не мы? К тому же, хочу заметить, ваша поимка Славом никак не в интересах Китижа. Используя вас, Слав может добиться союза со Сверкающим, а этого мы допустить никак не можем. И нам вовсе не нужна ваша смерть на радость Сверкающему. Лично я, на месте князя, запер бы вас в какой-нибудь крепости с сильным гарнизоном и держал бы там, пока не разобрались бы со Славом.

– Огромное спасибо!
– едко отозвался я.

– Энинг, хватит злиться. Ты прекрасно понимаешь, что Ладигор прав: твое решение отправиться в путь сейчас явно было ошибкой.

– Тогда почему ты раньше об этом молчал! И хватит мне нравоучений!
– не выдержав, вскричал я.

Все ошарашено посмотрели в мою сторону.

– Очень мило, Энинг, - сухо заметил Мастер.
– Теперь объясняйся. Кажется, я говорил по поводу того, что общаться со мной вслух не стоит на людях.

– Мне кажется, я раньше ни о чем не предупреждал тебя. И о каких нравоучениях ты говоришь?
– заметил Ладигор, подозрительно посматривая на меня. Интересно, что он подумал? Хотя, догадаться не сложно.

– Это я не вам, Ладигор, - неуклюже объяснил я.

– Да??

– Это я... э-э... с помощью магии общался с другим человеком

Буефар сообразил.

– С кем? С Мастером или Дерроном?
– с интересом поинтересовался он.

– С Мастером. В основном нравоучениями занимается только он.

– Ясно, - усмехнулся рыцарь.

Ладигор переводил взгляд с меня на рыцаря, пытаясь сообразить, что происходит.

– Вскоре приедем, - сказал он, наконец, оставляя прежнюю тему.

Действительно скоро появилось облако пыли, хотя никаких звуков движения армии не было. Это мне показалось странным. Вряд ли большая армия могла передвигаться столь бесшумно. Наконец я сообразил - магия. Маги Китижа глушат звук.

Армия появилась как-то сразу. Вдруг выросла метрах в шестистах. Скорее всего, подобное появление тоже было следствием применения магии.

Мы остановились на небольшом холмике, оглядывая стройные ряды солдат. Четкими колоннами маршировали отряды пехотинцев закрытые высокими щитами. Хищно поблескивали наконечники копий. На флангах ехали отряды конницы. Вдаль строя разъезжали офицеры. За пехотой шла тяжелая конница - люди и кони закованные в латы. Каждый из этих всадников был вооружен копьем, тяжелым мечом, щитом и палицей. За конницей везли артиллерию - легкие "скорпионы"- баллисты и аркабаллисты. Здесь же были и стрелометы способные за раз выпускать сразу несколько стрел. Тяжелых машин видно не было. Обоза тоже. Очевидно князь решил максимально облегчить армию, чтобы она была способна двигаться с большой скоростью. Самого князя мы увидели чуть в стороне от армии. Он, так же как и мы, стоял на небольшом возвышении и смотрел на проходящую мимо армию. Увидев нас, он тронул своего коня и подъехал к нам.

– Как там, Ладигор?
– был его первый вопрос.

– Все в порядке, Ваше Величество. До самых лагерей Слава нет ни одного дозорного. А остальные ушли в погоню по ложным следам за нашими друзьями.

– Замечательно! Значит, наше появление будет для Слава сюрпризом.

В это время к князю подскакал посыльный за каким-то распоряжением. Князь коротко отдал приказ и посыльный умчался. Ратобор снова повернулся к нам.

– Ну, а ваше путешествие как прошло?

– Просто замечательно, если не считать того, что нас кто-то постоянно преследовал,- буркнул Леонор.

– Ну, теперь-то, - засмеялся князь, махнув в сторону движущейся армии, вас никто преследовать не будет. Вот разгромим Слава, и вы с комфортом отправитесь на купеческих кораблях прямо в Константинополь. А теперь прошу следовать за мной.

Дальнейшее наше путешествие было уже вместе с армией. Мы двигались уже около трех часов, но, несмотря на это, еще не было сделано ни одного привала. Оставалось только поражаться выносливости пехотинцев, двигающихся в полном вооружении и готовые в любой момент вступить в бой.

В этот момент был отдан приказ о привале, и пехотинцы немедленно опустились на землю, всадники спешились. Однако высшие офицеры армии вместе с князем не останавливались ни на минуту, продолжая объезжать полки.

– Больше остановок не будет. Впереди бой, - пояснил происходящее Ладигор.

Зазвучал походный колокол, и все солдаты и офицеры опустились на колени. Священники подняли над головами иконы и запели молитвы. Молиться стали даже наемники - тяжелые кавалеристы - последовавшие примеру остальных солдат армии. Чтобы не выделяться, мы тоже последовали этому примеру

Молитвы закончились, и в тот же миг армия снова приняла походный порядок. Приближалась встреча с противником.

Эта встреча произошла через полчаса, когда авангард армии встретился с ближними дозорами Слава. Произошла короткая схватка и, потеряв по несколько человек, отряды разъехались.

Появление китижан для противника было явным сюрпризом. Не зная сил наступающих, Слав и его офицеры растерялись, упуская возможность предпринять что-либо для отражения атаки. Их противоречивые приказы еще больше запутали ситуацию. Где-то полки выходили из укрепленных лагерей и строились для боя, где-то наоборот, закрывали ворота, готовясь отражать атаки за частоколом. Отряды же тяжелой и легкой кавалерии Китижа врывались в не успевшие закрыться ворота укрепленных лагерей, размахивая горящими факелами. Палатки и деревянный частокол вспыхивали и быстро разгорались - пламя стремительно распространялось по лагерю. К стенам закрывшихся лагерей подкатили аркобалисты и стали глиняными горшками с нефтью обстреливать их. Сразу же был дан залп горящими стрелами. Палисад вспыхнул.

Паника помешала обороняющимся сразу потушить все пожары, в результате огнем оказалось охвачено около половины укрепленных лагерей. Это сразу лишило мятежников возможности укрыться за частоколом и вынуждало их принять бой в открытом поле.

Однако вскоре паника улеглась, и офицеры Слава восстановили порядок, и повели контратаку, отбросившую кавалерию китижан. Артиллеристы тоже вынуждены были отходить под прикрытием конницы к главным силам.

Теперь, когда в битве наступила небольшая передышка, можно было оценить результаты атаки. Для мятежников она была если и не катастрофичной, то очень близка к этому. Были уничтожены шесть из шестнадцати укрепленных лагерей, еще четыре были так повреждены, что оборонять их было практически невозможно, да и не имело смысла. Еще удалось уничтожить два полка, опрометчиво пытавшихся атаковать основные силы княжеской армии. Не получив поддержки, они были быстро смяты и рассеяны. Но главное, что в первые же минуты боя дух армии мятежников был основательно подорван.

Не давая опомниться, главные силы Китижа разворачивались в атакующие колонны. Фланги занимала конница, а тяжелая кавалерия в любой момент готова была ринуться в промежутки между полками и расширить любую щель во вражеской обороне.

Протрубил рог, и вся армия мерным шагом двинулась вперед. Через голову атакующих ударили стрелометы и баллисты, а через небольшие промежутки времени из строя вылетало большое количество стрел. Мятежники отвечали. Но уцелевшие укрепленные лагеря задержали наступление надолго, и армия Слава смогла построиться для битвы. Его лучшие полки встали в центре, опираясь флангами на лагеря. Однако река за спиной существенно сковывала их возможность маневрирования. Но позиция мятежников была хорошо укреплена, и они вполне могли рассчитывать на успех обороны.

– Не повезло, что не удалось атаковать их, пока они не успели построиться для боя, - заметил Буефар.

– Не повезло, но я и не рассчитывал на такую удачу, - ответил князь.
– Это было бы слишком хорошо.

В этот момент из одного укрепленного лагеря выскочило около тысячи тяжелых кавалеристов-наемников. На полном скаку они ударили во фланг наступающей пехоты Китижа.

– Сейчас сомнут, - прошептал Буефар.

Князь усмехнулся одними губами и ничего не ответил.

Впрочем, ответа и не надо было. Пехотинцы Китижа подались назад под натиском, но строй не сломали. Задние ряды опустили копья на плечи впередистоящих товарищей, которые, закрывшись щитами, опустились на колени и уперли древки своих копий в землю. Из глубины же строя во всадников полетели копья и стрелы. Лошади налетали на плотную стену копий вставали на дыбы, сбрасывая седоков. И вдруг передняя шеренга разом поднялась с колен, и стена копий устремились вперед, так же четко ударила вторая шеренга. Еще один шаг. Эта стальная стена пехоты казалась несокрушимой. И не в силах пробить эту стену, кавалеристы начали пятиться.