Чтение онлайн

Князь услышал его одновременно со мной и резко обернулся.

– Я же говорил тебе, чтобы ты не выходила без охраны!

– А я с охраной!
– Ольга вызывающе посмотрела на отца.

Действительно, за ее спиной стояли два растерянных гвардейца, явно желающих остаться незамеченными. Князь одарил их сердитым взглядом, потом опять посмотрел на дочь и неожиданно улыбнулся:

– Ладно, прощайся со своим кавалером.

Вот сейчас мы с Ольгой покраснели на пару. Хорошо еще, что мы оказались в тени, и нас никто не мог видеть.

Впрочем, ни Ольге отца, ни мне друзей обмануть не удалось. Те, усмехаясь, постарались оставить нас одних. А Эльвинг чуть ли не силой затащил недовольного Рона на ладью.

– Ты скоро вернешься?

– Ольга, я не знаю... Я не уверен, что живым-то останусь.

– Тогда не уезжай. Оставайся здесь!

– Я не могу. Спроси у отца. Он тебе расскажет. Мне надо исправить одну свою ошибку. Поверь, это очень важно! От этого многое зависит! Поверь мне!

– Я верю. И все равно. Когда все сделаешь, приезжай. Я тебе же еще не весь город показала.

– Постараюсь.
– Я поднялся на ладью, и за мной немедленно убрали сходни. Ладья бесшумно отошла от берега. Течение быстро подхватило и понесло ее вниз по реке. Но я еще долго стоял у борта, смотря на исчезающий в темноте берег. Мои друзья тактично оставили меня с моими мыслями одного.

Я надеялся, что начался последний этап нашего путешествия.

Глава 9

Через четыре дня плавания мы приблизились к тем местам, где уже можно было встретить разъезды Слава или отряды кочевников. Плыть дальше было уже опасно. Пришло время покинуть разведчиков и ехать дальше уже на свой страх и риск.

Ко мне приблизился Илья Муромец.

– Желаю удачи, Энинг. Думаю, она тебе ой как понадобится. У тебя все будет хорошо. С твоим мастерством тебе нечего опасаться. Я видел, как ты сражаешься.

Мне бы веру этого великана.

– И вот что. Ты ведь здорово помог мне в той битве в степи. Надеюсь, я смогу отплатить тебе за помощь. Хотел бы я иметь такого брата.

В начале я не понял смысл последнего высказывания, посчитав его обычной вежливостью. Но тут же вспомнились уроки Мастера. В этом мире термину брат придавали немного иное значение, чем в моем. Он мог означать не только двух сыновей рожденных от одной матери и одного отца - было еще понятие кровного братства, которое считалось даже важнее, чем родственные связи. Муромец предлагал мне побрататься.

– Э, это большая честь.

Илья достал кинжал и полоснул себя по ладони. Немного поколебавшись, я все же последовал его примеру. Наши руки соединились в крепком рукопожатии. Немного постояв так, он разжал руку, и я сбежал по сходням. Здесь же уже стоял Ураган полностью оседланный.

Буефар задумчиво посмотрел на меня с Муромцем, но сказал совсем о другом:

– В путь. Не стоит нам здесь долго задерживаться.

Здесь он был прав, и вскоре мы уже со всей возможной скоростью удалялись в степь. Наш путь лежал к ближайшей крепости-порту Китижского княжества на побережье Черного моря. Рон делился с нами впечатлениями о посещении Китижа, что вызвало улыбку даже у вечно хмурого Леонора.

Два дня мы путешествовали относительно спокойно, лишь изредка сталкиваясь с небольшими отрядами кочевников, от которых нам всякий раз удавалось вовремя скрыться. Я уже начинал надеяться, что все пройдет благополучно. У всех, кроме Леонора, поднялось настроение. Леонор вообще вел себя странно. С того момента, как мы покинули Китиж, все его разговоры велись только по делу, а если никакого дела не было, то он молчал. Наконец, он, кажется, решил нарушить свое молчание.

– Э-э, Далила... Я это... хотел попросить у вас прощения. Я ведь не знал кто вы...

– Вот как?
– холодно ответила та.
– Значит, если ты не знаешь, кто твой собеседник, то ему можно хамить? И если он ниже тебя по положению, то его можно и за человека не считать? Но вот правда становится известна и тот, кто тебя раньше даже не замечал сейчас просит прощения. Леонор, только честно, у кого вы сейчас просите прощения: у Далилы - воровки с неизвестным происхождением или у Диалины - принцессы Пармы?

Леонор замолчал и через минуту собрался было ответить, но Далила его опередила:

– Не надо. Если бы вы извинялись просто перед Далилой, то вы сейчас не задумались бы. Поймите меня правильно, Леонор, за время своих скитаний, если я чему и научилась, так это не относиться презрительно к людям только потому, что они низкого происхождения. Я видела, как дворяне, раньше кичащиеся своей честью и блестящими предками предавали меня, чтобы выслужиться перед Сверкающим. И видела простых крестьян, которые готовы были умереть, но помочь мне. Так кто из них были более достойными людьми? Кто из них был достоин называться людьми чести? Те, кто этой самой честью кичатся, но забывает о ней в момент опасности или те, кто о ней никогда не думает, а просто живет по ее законам?

– Не все же такие, - возразил Буефар.

– Не все, - согласилась Далила.
– Поэтому я и говорю, что не отношусь презрительно к людям из-за их происхождения. Многие крестьяне также хотели предать меня из-за награды, и многие дворяне погибли, защищая меня, дав тем самым возможность спастись. Теперь я стараюсь узнать человека таким, каков он есть, без шелухи различных титулов. И я не смотрю на то, кто предки моих собеседников и сколько их. Рон вон не может назвать даже отца с матерью, но я без колебания готова доверить ему свою жизнь.

Услышав такую похвалу, Рон надулся от гордости.

– Смотри, не лопни, - шепнул я ему.

Тот поперхнулся и сердито посмотрел на меня.

– То есть я недостойный человек?
– мрачно поинтересовался Леонор.

Далила пожала плечами.

– Каждый человек таков, каким он хочет себя видеть. Я не скажу, что ты такой уж плохой человек. Просто ты немного запутался...

– Внимание!
– Я поднял руку, привлекая к себе внимание и прерывая все споры.
– Восточнее нас движется большой отряд. Как раз нам наперерез.

– Откуда ты знаешь?
– поинтересовался Эльвинг.

– Птицы. Они встревожены и кричат о двуногой опасности на востоке.

Некоторое время эльф непонимающе смотрел на меня, потом вспомнил:

– Ах да, твой дар. И что ты предлагаешь?

– Мы можем опередить их, но придется поспешить.

Это решение одобрили все, и мы пришпорили коней. В Китиже Далила сменила свою смирную лошадку на настоящего боевого коня и справлялась она с ним очень неплохо. А Рон тоже неплохо научился держаться в седле за время наших странствий. Так что теперь ничто нас не задерживало в пути.