Чтение онлайн

— И какие же?

— В первую очередь — нужно ли бронирование? Я могу изготовить композитную броню из разных видов металлом и неметаллов, сравнительно лёгкую и тонкую, которая способна будет выдержать стандартную цельнолитую пулю калибра тринадцать миллиметров с расстояния около пятидесяти метров, с гарантией. Или даже с тридцати, и это под прямым углом. Но…

— Дорого?

— И это тоже. И изготовление займёт много именно моего времени, которого и так ни на что не хватает. Плюс вес — какая бы она лёгкая ни была… А, самое главное — есть ли в ней смысл? С одной стороны, с людьми я воевать не собираюсь, вообще. С другой — изнаночные монстры редко когда пользуются метательным оружием, оно действует намного слабее, чем тот же коготь — «оружие в руке» действует на всех, в том числе и на неразумных. При этом серьёзная тварь порвёт эту броню, как ребёнок фантик из фольги на конфете. С третьей — откуда у нас на изнанке серьёзные твари? Хотя, тот же медведь — на лице живёт, а при случае может устроить похохотать, в том числе и легкобронированной технике. С четвёртой — есть ещё летучие твари. В общем, не могу решить — надо или нет.

— Есть ещё, если позволите, как минимум в-пятых и в-шестых.

— Вот видите — уже польза от разговора со специалистом!

— В-пятых — это банды, которые рано или поздно возникают на всех частных добывающих изнанках и на многих казённых. Это пока к вам, по везению или каким ещё причинам, приходят только честные работяги, но лишь вопрос времени, как скоро придут те, кому проще ограбить другого добытчика вне зоны видимости со стены. И с ними придётся бороться.

— Не хотелось бы такого развития событий.

— Не то слово. А в-шестых — сопровождение ценных грузов, как наших — вы, я слышал, отправляете в Скандинавию грузы, которые стоят десятки тысяч рублей под охраной одного отставного казака? Пусть даже краденое придётся продавать на порядок дешевле — найдутся те, для кого это огромный куш. Да и зарабатывать на сопровождении можно.

— Вот видите — только начали разговор, а уже польза есть. Значит, бронированным версиям быть. Но мы это с вами ещё обсудим, например, на зимних каникулах. Всё равно пока на этих автомобилях ездить некому, зимой будет некуда, вот к весне как раз и соберём штук так несколько. И ещё — этот наш разговор можно понимать как ваше согласие?

— Да, ваша милость.

Пусть и отдан был приказ «без чинов», да и по телефону допускается упрощённый этикет, но в некоторых случаях без должного титулования никак.

— Тогда поступим с вами следующим образом…

— Я в ближайшие дней десять добраться до Дубового Лога не смогу, дела не позволят. Вам сидеть без назначения и без дела тоже не слишком весело, тем более, что с развлечениями в деревне туго, разве что вдумчиво дегустировать весь выпускаемый ассортимент, но это занятие пагубное.

— Всецело с вами согласен. Видал я спившихся от безделья, тягостное зрелище. Мы в гарнизоне в свободное от занятий время чтением и музыкой развлекались, хорошую библиотеку собрали, вместе с унтер-офицерами, да и прочие нижние чины участвовали с удовольствием. Простите, что перебил.

— Ничего страшного. Все нужные бумаги Беляковы должны уже приготовить, приедете ко мне, здесь и завершим все формальности. Хорошо было бы вам по дороге заехать в Викентьевку — осмотреть тамошние оборонительные сооружения, арсенал, может быть — проинспектировать ополченцев, но последнее терпит. Из Дубового Лога туда и обратно регулярно ходят грузовики, что осуществляют внутренние перевозки, пристроить вас на один из них будет проще и быстрее, чем добираться с пересадками по железной дороге. От Викентьевки до Могилёва — или опять же попутным грузовиком, одним из тех, что из Шклова особые бутылки возят, или Владислав Тимофеевич вас довезёт до Осипович, а оттуда — поездом. Прогонные, суточные и командировочные получите у Архипа Сергеевича.

И дед, и я не любили привычку некоторых оставлять денежные вопросы «на потом», а то и вовсе ждать, пока человек сам спросит. Ставить кого-то в положение, когда приходится вроде как выпрашивать положенное — оно, может, и позволяет как-то повысить собственную значимость в своих глазах, но выставляет жлобом в глазах окружающих.

— Но, ваша милость, я же ещё не ваш сотрудник?

— Без чинов, говорил же. Договор будет составлен и подписан завтрашним днём, а уж когда я его заверил, а также когда и как мы принесём и примем должные клятвы — внутреннее дело рода, и никого не касается. Да, в Викентьевке я рекомендую всё же дождаться попутку, надо будет, чтобы вы прихватили с собой гостинец для моего хорошего знакомого, можно сказать — старшего товарища. А профессора уважают, так что груз будет немалый.

— Понял, запишу себе, чтобы не забыть.

— Думаю, вам напомнят. А на обратном пути будет вам первое серьёзное поручение по вашей должности, но это мы обсудим уже здесь.

Я решил отправить именно его получать подарок Императора в Борисове: и люди там более-менее ему знакомые, и кому, как не ему забираться отбором оружия? Вряд ли, конечно, найдётся кто-то настолько поверивший в своё бессмертие, чтобы от имени Государя Императора дарить откровенный хлам, но, как говорит дед: «дураков, каких мало — вокруг на удивление много». И пример Жабицкого с лже-Нутричиевским тому порукой. Да и «не откровенный» хлам тоже получить не хотелось бы, так что человек, разбирающийся и в оружии, и во внутренней армейской кухне будет при получении подарка необходим.

Ещё такой момент, что прислать туда просто приказчика на грузовике было недопустимым со стороны светского этикета. В идеале принимать подарок следовало лично, но для случая с оружием кандидатура командира гвардии выглядела приемлемой со всех сторон заменой, особенно с учётом его, пусть недолгой, службы в качестве офицера этого же гарнизона.

Ещё одной тонкостью было время обращения за подарком. Приедь я туда прямо с приёма, по пути из Питера, это расценили бы как неуместную торопливость и жадность. Более того — мог получиться обидный и оскорбительный конфуз, если бы Канцелярия не успела подготовить и прислать необходимые документы. Но и долго тянуть с получением тоже нельзя — тут уже светит обвинение в неуважении к дарящему, что, с учётом того, КТО сделал подарок — такое обвинение хуже многих подозрений в откровенной даже уголовщине.

— Ещё, пока не забыл и пока мы не заключили договор. Как вы относитесь к Отдельному Корпусу жандармов и его служащим?

— Да, собственно, никак. Да и не сталкивался с ними — разве что добрая треть каторжан, что через нас проходили, были туда отправлены именно усилиями жандармов. А что, намечаются какие-то проблемы с ними?

— Наоборот. Я сам являюсь внештатным экспертом-криминалистом в минской лаборатории, в каком-то смысле — жандарм. И если бы у вас было предубеждение…

— Нет, предубеждений нет. А, простите за интерес, в какой именно области вы эксперт?

— Химический анализ сложных, в первую очередь — органических составов и смесей. Качественный и количественный. И я не единственный, кто связан с Корпусом. А именно, мой тесть — служит в Могилёвском управлении Корпуса не на последних ролях.

— Нет, с этим проблем не будет.

— Замечательно! Сразу предупрежу, что я использую свои знакомства в жандармерии для проверки кандидатов в дружину на отсутствие проблем с законом и лояльностью в прошлом.

— Разумная мера. Пусть для кого-то неприятная, а кое-кто и вовсе может счесть оскорбительной, но — разумно.

— А если кто-то вдруг начнёт оскорбляться — это, на мой взгляд, повод присмотреться к нему внимательнее: что это он так напрягается, может, ему есть, что скрывать?

— Я сразу так не могу ответить, но мысль кажется… обоснованной.

— Тогда жду вас в Могилёве где-то в начале следующей недели.

Второй звонок, возможность которого я допускал с высокой вероятностью был из Борисова. Телекинетическую перчатку ожидаемо отобрали в пользу начальника гарнизона, полковник хотел замену и через моих знакомых предварительно проверял почву вопросом, не могу ли я отловить и поставить для нужд гарнизона ещё три-четыре панцирных сома покрупнее? Запрос я ждал, потому и ответ был готов — нет, у меня не имеется ни людей, ни других ресурсов, ни времени, ни желания. Раз уж этот вопрос возник — то, скорее всего, через какое-то время последует другое предложение, насчёт того, что «мы сами добудем». Причём не исключено, что полковник для начала попытается выдвинуть идею с весьма неравновесным разделением обязанностей и прибыли — в свою, разумеется, пользу.