Чтение онлайн

14.

'Очень скоро

Мы исчезнем с экранов цветных мониторов

Из подъезда увозят кого-то на «скорой»

Остаёмся рисковать

Остаёмся рисковать, остаёмся рисковать

Вода замерзла — перебьёмся

Зимовать, зимовать, зимовать

Не спать, не спать

Не спать, не спать…'

Сплин

Жека, рассчитывавший, что до восьми сегодня работают, был неприятно удивлен задержкой со сдачей смены. Нет, отметились-то и броники сдали быстро, но потом всю их группу Галям повел к Карасю в кабинет.

— Обозначил личному составу перспективу? — Подполковник уставился своим фирменным немигающим взглядом на старшего сержанта.

— В общих чертах, — обтекаемо ответил Галям, — как группа мы сработались, парни молодцы, ловят на лету. Не без тупняка пока, но есть куда расти…

— Присаживайтесь, — Карасёв показал головой на ряд стульев у стены, — разговор долгий предстоит…

Вопреки только что обещанному долгому разговору — подполковник в лоб огорошил тем, что тероборона расформировывается, а личный состав переходит в полицию:

— В армии демобилизация большая, первую и вторую волну менять будут, следовательно тут — четвертая волна мобилизации. Думайте, перейти в МВД или в армию попасть, грести всех подряд будут. График работы остается прежним, сутки через трое, полное вещевое довольствие, оклад от пятидесяти тысяч. Плюс весь соцпакет…

— А подумать можно? — Ильяс, ну ему-то можно подумать, бронь от завода есть.

— Можно, но не долго, и не всем, — Карась со значением покосился на Жеку, пощелкал мышкой, высматривая что-то на экране монитора, — следующая смена у вас в среду десятого, тогда и присягу примите, и зимнюю форму одежды получите, и корочки. Или оружие сдадите, новые правила лицензирования на хранение спустили. Свободны, Галямов, задержись…

В коридоре встали недалеко от двери в кабинет, дожидаясь Галяма. Только что услышанное не обсуждали, прислушиваясь к тому, что там в кабинете происходит. А там монотонное «бу-бу-бу», не разобрать, Галяма — сменялись отрывистыми репликами Карася, более внятными:

— В печенках уже твои наркоманы… Разберемся, наверху пока власть делят и виноватых назначают… На ходу переобуться пытаются… Сейчас с фронта приедут, охуеют, увидев что здесь… У нас тут пенсионеры на грани выживания, нормирование со дня на день введут…

Галям вышел довольный, напевая что-то совсем древнее:

— «Я буду жить теперь по-новому, мы будем жить теперь по-новому, а любо, любо…» — Резко оборвал куплет, обратился к Жеке: — Без пятнадцати восемь в среду там же. А вы думайте…

— А чего думать, — Ильяс поправил ружьё на плече. — я не хочу оружие сдавать… Да и ты, старший, правильно сказал про группу, сработались. Жека опять же, — кивнул на друга, — я с вами.

— Грузчиком соракет, тут полтинник, — загибал пальцы Кузьмич, расплываясь в улыбке, — боевой пропуск на месяц куплю и пару героев легендарных!

— Я в вас не сомневался, — Галям тоже скупо улыбнулся, — и Алинка моя объявилась, живая-здоровая, в лагере беженцев пока, хз, как и когда домой доберется, главное что нашлась…

У дежурки старший сержант оставил Кузьмича, попросив дежурного отправить его на машзавод с ближайшей попуткой и подсластил пилюлю от их перехода в полицию:

— С корочками проезд бесплатный будет по городу, на всём транспорте!

Вышли на крыльцо отдела, синхронно поежившись: небо, хмурившееся весь день тучами — разразилось дождем, редкими пока, но крупными каплями. А в свете фонарей кружились и снежинки, Жека поглядел на затянутое небо, вздохнул, накидывая капюшон:

— У нас на Урале зима не простая…

— Послезавтра бушлаты выдадут и остальное, — обнадежил Галям, — от ушанок до зимних ботинок, поехали…

Квартира встретила такими одуряющими запахами, что в животе сразу заурчало. А вот его никто не встречал, даже Марыся, предательница. Из кухни выглянула Настя:

— Женя, ты чего так поздно? Я яичницу приготовила, с помидорами, луком и салом, остыло уже всё, раньше ждала. — Настя опять в платочке, фартук надела, на кухне парит и что-то булькает, а она продолжает монолог: — Хлеба не купил? Сходи, пока не разделся, а я греть поставлю. Опята мариную, за сегодня управлюсь, а на завтра отгул взяла, отдохнем вместе. — Загремела банками, ойкнула, обжегшись и притворно-сердито замахала рукой: — Иди-иди, сходи! Я на себя взяла уже булку, от ценников в шоке…

Жека скинул рюкзак, тут же в коридоре поставил две коробки сухпая. Карабин начал снимать, спохватился — оставил. Пообещал, что быстро обернется.

В магазине присвистнул — яйца почти по триста за десяток, а ведь в холодильнике их не было. Настя купила, значит. Взять бы чего-нибудь, на полках ассортимент вообще скудный, но на карте почти ничего не осталось. А впереди коммуналка и кредит, почти сороковник надо выложить. Наличка есть, но уже пятерку на счет завел, аккуратней надо дальше. Впервые порадовался переходу из теры в МВД, с десятого, получается, начнется служба и зарплата капать, если логически рассуждать…

Достал мобильник, зашел в Сбер — две тысячи почти, без нескольких рублей. На кассе, стоя в очереди, не удержался, взял шоколадку, которая подороже, прищурился, вчитываясь в мелкий шрифт: 64 грамма, до чего же довели когда-то стограммовую плитку эффективные менеджеры. Двести семьдесят девять рублей, девяносто девять копеек, ладно, переживет. Настя обрадуется зато…

Обрадовалась, чмокнула в щеку, отправила с тарелкой с кухни:

— Спасибо! Завтра вместе съедим, иди у себя в зале поешь, не мешайся. Два-три часа и закончу, здорово получается, с гвоздикой и лаврушкой, чувствуешь запах?

Жека в основном запах уксуса чувствовал, который перебивал даже яичницу, но спорить с женщиной на кухне, в спецодежде, с кипятком в кастрюле под рукой — себе дороже. Отправился в зал, подмел яичницу и даже хлебом подчистил тарелку, воровато оглядываясь в сторону кухни. Полазил по интернету, через пень-колоду авторизовавшись: новостные порталы подгружались очень медленно, рутуб лежал пластом. С горькой усмешкой вспомнил бравурные реляции чиновников, обещавших создать свой, посконный интернет и сервисы, которые убьют всех западных конкурентов. Формально — ни в чем не соврали, роскомнадзор убил всех, в том числе и сам интернет…

Суета Насти на кухне сподвигла Жеку на то, чтоб оторвать жопу от дивана и заняться наконец последним, третьим системником. Из его комплектующих, на этом денежная полноводная река от Гриши грозила превратиться в пересыхающий ручеек, так что полученными сейчас деньгами следовало распорядиться разумно, не профукав бездарно…

Руки споро занимались привычной и любимой работой, с кухни несколько раз забегала Марыся. Встанет на задние лапы, передними обопрется на край журнального столика, и мордочкой любопытной водит — чем это хозяин тут занимается. Впрочем — бегала она так не долго, убедилась что Жека никуда не денется, чихнула от запахов и окончательно на кухне прописалась. «Настя её небось вкусняшками подкармливает, вот тебе и причина вероломства и непостоянства скотины мохнатой…» — прозорливо догадался Жека.