Чтение онлайн

Остальные, казалось, опасений Жеки не разделяли. Ильяс, пообедав, отошел в сторону и сейчас разговаривал с Наташей:

— Спокойно у нас всё, не накручивай. Матвея встретишь? Хорошо, Милку заберешь и домой сразу, не надо гулять, дома сидите…

Галям устроился на переднем сиденье и задремал, надвинув на лицо кепку. Кузьмич увлеченно резался в какую-то компьютерную стрелялку. Жека не мог расслабиться — рация мешала, думал, что это не лесное дежурство, где парни наладили быт и даже спали по сменам, тут лямку все двадцать четыре часа придется тянуть. Два солдатика из армейских тоже спали, остальные — бдили. Или делали вид, ярко светило солнце, вид отсюда на город был как на открытке: блестело зеркало пруда, на дорогах появились машины, на небе ни облачка…

После трёх наконец прибыл транспорт — два автобуса и маршрутка, с наклейками «Златтранс», на боковом стекле одного из автобусов до сих пор издевательски висела табличка «Златоуст-Челябинск». В каждом автобусе, помимо водителя — четыре вооруженных бойца, от теровцев до ФСИНовцев. Седьмая группа отправилась по уже пробитым адресам помогать, четверо с поста — поехали на верх, забирать мигрантов со стройки.

Этот этап дежурства оказался тяжелей, чем рутина утренней проверки. Вопреки рациональному совету Галяма не пропускать через себя — атмосфера била по нервам. А уж проклятий в свой адрес наслушались… Справились до темна, даже невозмутимый Галям вздохнул с облегчением, попросил Жеку отбить в эфир, что с проверкой и эвакуацией выделенного объекта закончено и спросить, что дальше делать. Жека передал, минут через пять дождался ответа:

— Седьмой, седьмой, возвращайтесь в отдел, тут нарежут задач, как принял?

— Седьмой принял, возвращаемся. — Жека отжал тангенту, посмотрел на Галяма, тот кивнул, что услышал, скомандовал:

— В машину, поехали.

Во дворе отдела стало спокойней, машин меньше и народу поубавилось. Галям прихватил папку, планшет достал из бардачка, бросил:

— Курите, чай пейте, если остался, я не быстро…

Ильяс, едва старший ушел — принялся буквально допрашивать Жеку о том, что и как случилось вчера. Весь день терпел, снедаемый любопытством. Кузьмич тоже не просто грел уши, Жекины действия полностью одобряя и вставляя восторженные комментарии. При этом сожалея, что такие приключения всегда мимо него проходят. Ильяс был более осторожен, поворчал для порядка, что Жека вечно во всякие аферы встрять норовит. Но согласился, что Жека поступил правильно, добавив:

— Чудом по сто пятой не уехал ведь, не было бы счастья… — А Кузьмича пристрожил: — Тебе сегодня мало приключений было? Подожди, насмотримся ещё больше…

Кузьмич притих пристыженно, но не надолго, у Жеки ожила рация и вот уже все трое, затаив дыхание, вслушивались в то, что происходит в городе. Рукой подать, сразу за прудом. Эфир взорвался на разные голоса:

— Четырнадцатый, Черная Речка, Парковая двадцать три, территория «АвтоКолора»! Стрельба!

— Черная речка, блок-пост, из города прорвалась колонна из четырех машин, на предупредительную стрельбу не реагировали, на поражение не стреляли, в машинах гражданские! Двигаются вглубь поселка!

— Четырнадцатый, Черная речка, «АвтоКолор», здесь гражданские и вооруженные, требуют переговоров!

— Четырнадцатому и блок-посту на Черной речке, держать дистанцию, подкрепление едет! При попытках прорыва стрелять на поражение, как приняли?

В эфире затихло, изредка прорывалась уже ставшая рутинной перекличка, но от Черной речки — тишина. Парни вылезли из машины, заскучав, в отличие от Жеки, которого рация нервировала всё больше и больше. Но не настолько, как двенадцатичасовая смена на звонках в «Почте России», воспоминания о ненавистной работе примирили с действительностью…

Начало смеркаться, когда вернулся Галям и с ожиданием уставившихся на него парней успокоил:

— Никаких рейдов на сегодня, тем более в темноте. Здесь патрулируем до утра, по девятой линии и по дворам. Без героизма и превозмогания, устали?

— Да уж, в лесу как на даче отдыхали, — с ностальгией вспомнил Ильяс, — и жрали не в пример лучше…

Кузьмич, вот же неугомонный — принялся рассказывать про подслушанный по рации инцидент на Черной речке, удивляясь, что их туда не отправили. Галям прояснил ситуацию, оказывается — в курсе уже и знает больше:

— Там бизнесмены из не русских и криминал себе с пола статью подняли. Нервы не выдержали, семьи собрали, «АвтоКолор» свой и несколько домов рядом своих же — заняли. Какие переговоры, армия подъехала, РПГ наставили и пятнадцать минут дали, чтоб оружие сложили. Ума хватило сдаться, а вот отсидеться спокойно — нет…

Выехали со двора, спустились на девятую линию, медленно проехали по берегу пруда в сторону Старого города. Здесь, внизу — всего один пост стоял на перекрестке, аккурат между Рос оружием и гостиницей. Галям проехал дальше, свернул на обочину, заглушил двигатель и объявил:

— Смысла нет бензин жечь, раз в час будем туда-сюда проезжать, в разное время и дворы выборочно захватывать. Подремать можно будет по очереди, Жека, я вместо тебя рацию возьму, отдохнешь…

Жека пока спать не хотел, предложение оценил, кивнул с благодарностью. Вспомнил Гришу, негромко (сзади Шама на пару с Кузьмичем глаза прикрыли) спросил у старшего, разрывая дистанцию со служебной до приятельской:

— Ильдус, я кенту позвоню, ну, тому, у которого всё и случилось?

— Точно, девятая линия же, позвони, ну… Беспокоишься? Звони, звони…

Жека выбрался из машины, дверь прикрыл, не закрывая, отошел, набрал Гришу. Тот отозвался сразу:

— Евгений, мы только что тебя вспоминали, лёгок на помине!

— Кто это мы? — Сразу насторожился Жека.

— Помнишь такую ненаписанную картину, «возвращение блудных дщерей»? Ты до скольки дежуришь, сможешь с утра заскочить? И сам полюбуешься, и у Насти дело к тебе есть важное, по телефону стесняется говорить, — Гриша засмеялся, на заднем фоне что-то возмущенно загалдели девичьи голоса.

— Я чо и звоню, — вспомнил Жека, — мы тут рядом всю ночь дежурим, так что если кипешь какой, звони.

— Спасибо, Евгений, — посерьезнел голос Гриши, — я это оценил. Да подождите вы! Сейчас, на балкон выйду, — после недолгой паузы продолжил, — про беженцев же в курсе? Расселять здесь будут, у нас, инфа из первых рук, там чуть ли не полгорода эвакуируют, всей области хватит. Вот, а девчонки вчера охолонули, домой ещё дозвонились, сегодня с утра с повинной явились. Я лучше Ленку пропишу, чем неведомо кого, а Настя к тебе неровно дышит, пустишь пожить?

Жека помолчал, переваривая только что услышанное, вспомнил Настю, коротко ответил:

— Хорошо, с утра зайду, поговорим, на связи… — И нажал отбой, не дожидаясь ответа.

Постоял, закурив, вслушиваясь в такую необычную тишину вечернего города — ни машин, ни музыки, ни праздношатающихся. Из машины выбрался Галям, пошутил:

— Сбежал от рации и куришь, на командира свалил обязанности?

Что-то почувствовал, замолчал, тоже закурил и спросил: