Чтение онлайн

Он сбросил «газ».

– Вот та... Попали мы... с тобой! Я тебе уже завидую... – пробормотал негромко.

Подъехали. Он остановился. Бросил взгляд на неё.

– Молчи. Поняла? – и открыл резко дверь.

Вышел мрачный, кивнул всем невесело. Люся шагнула к нему.

– Чего долго? – хлопала глазами, - Антош? Случилось что?..

– Да так... Не успело... случиться. – Улыбнулся, обходя машину.

Открыл дверь сзади. Протянул руку.

– Ну, выходи... – и сам взялся за её руку, чувствуя что она упирается.

– Давай, давай... – размягчил голос.

Вытащил из машины.

– Что? Антон?.. – испугалась Люся.

– Так... Авария небольшая...

Все подступили ближе.

– Задел? – спросил Дмитрий.

– Чуть не переехал... – усмехнулся сам себе.

– Может, врача? – разглядывала плащ Наталья.

– Да нет... Ничего. Шок просто... Пошли... – сказал негромко девице.

– Люсь... – кивнул жене, - вы извините!.. – обернулся к Наталье с Дмитрием.

– Ладно. Вечерком зайдём... – провожал взглядом тесть.

Люся, подхватив дочку, поспешила вслед за Антоном.

Зашли в дом. Посадил гостью на диван. Она закрыла лицо ладонями и опустила голову.

– Люсь! – поманил он пальцем.

Вышли с Люсей в коридор. Он волновался. Знал, конечно, что сможет объяснить всё и она поймёт. Но всё же... И как с одеждой быть. И вечер... Пропал вечер. А он хотел, обрадовать Люську, и погулять сегодня.

– Люсь... Не так всё было... Я не стал при тесте... Подняла руку, села в машину. Я думал, подвезти. Спросил ещё – далеко? А она как скажет!.. Оборачиваюсь... Смотрю, под плащиком-то, нет ничего... Знаешь, вскипел! Попугать захотелось, проучить! Да перестарался... Хотел бросить, уехать... Да жалко. Она, дура, подзаработать вышла. Долг отдать. Восемь тысяч. Знаешь кому!?

– Кому? – раскрыла Люся губы.

– Мужу!.. Бывшему! Домой хотел, не хочет, документов нет, вещей тоже... В общем, бросить... Ну не собака же... Сказал, устрою, заработаешь – отдашь долг. Не на дороге же... Люсь!.. А хочешь - выгоню нафиг!..

– Нет, что ты...

– Люсь, а я в город, платье тебе купил, вон ещё... в машине... Думаю, сюрприз будет! Давай покормим, пусть, вон, в домике пока... Очухается... Ей, тоже не хорошо, понимает ведь... Деваться некуда, а у нас, Люсь! – усмехнулся он негромко, - вон, прачки нету!.. Работы – во!.. А наши девчонки – с детками. Как ты думаешь? А? – смотрел в глаза Люсе.

– Ну давай, пусть! – зашевелилась она.

Он обнял её мягко.

– Я знал, Люсь, ты поймёшь сразу... Сейчас я принесу из машины!.. Только, Люсь! Как она без одежды, а? Может я погуляю со Светкой, ты придумай чего-нибудь, а?.. Я сейчас приду, при тебе ещё скажу, спрошу! Погоди!.. – побежал к машине.

Зашли с Люсей в дом. Как сидела закрыв лицо, не шевельнулась даже. Антон подошёл.

– Таня, слушай...

– Я не Таня.

– Чего, опять, да?..

– Вера. Правда... – тёрла она глаза.

– Во!.. Даёт!.. – обернулся он к Люсе, стоящей сзади.

– Лучше б ты меня задавил... – всхлипнула она вдруг.

Антон снова обернулся молча. Люся сделала шаг к ней, но Антон произнёс первым.

– Ладно, ладно, ты кончай это... Ну всё!.. Успокойся... Я тебе сказал всё, так и будет!.. Мало ли... Бывает!.. – отступил на шаг к Людмиле, посмотрев на неё внимательно. Подступив ближе, Люся присела, положила ей руку на колено.

– Вера... Сейчас... Уладим всё... Подожди... Антош, погуляй немного со Светкой, я позову. Поужинаем!..

Маленькая Света, бегала по дому за кошкой, хлопала в ладоши. Кошка присев, опять перебегала на новое место.

– Киску!.. – пропищала Света, когда Антон подхватил её на руки.

Когда они вернулись обратно, после часовой прогулки, Вера уже спала в одной из комнат. Антон полушёпотом говорил, сидя за столом.

– Вот, Люсь, как бывает... – усмехнулся, потупив глаза. – А платье примеришь? Посмотреть хочу! А вообще, понравилось?

– Понравилось, что купил!.. – улыбнулась она, - да я не видела ещё...

Он тоже улыбнулся грустно. Вздохнул. Посмотрел в окно. Потом опять стал водить вилкой в тарелке.

– А я боялся... Ревновать будешь... Подумаешь чего!..

Люся сменила позу, изогнув тело в другую сторону, плавно подняла глаза, подёрнулись усмешкой губы.

– Ревнуют, когда не любят...

– Да-а-а? – оживился он, - не знал, интересно!..

– Совсем и нет... – опустила она голову.

Наконец-то стал торопливо есть. Передохнул коротко.

– Люсь, сходи завтра с туристами на «Медвежью гору»? А? Я со Светкой побуду... Всё у бабушки, у бабушки... Погуляем вместе, а? Люсь!

– В новом платье? – облизывала она губы.

– Ну почему?.. А... Как хочешь!

– Ладно, отдыхай! – улыбалась она, вставая из-за стола, - будешь чай?

– Всё буду! – опять оживился он. – Люсь! Может её разбудить, на чай?..

– Потом покормлю... Пусть поспит! – повернулась на ходу она.

Он вздохнул.

– Пусть, пусть...

Явилась осень. И рано похолодало. И посыпалась, посыпалась листва со старых берёз. Молодые деревца отчаянно не хотели на зимний покой. Упрямо не сбрасывали листья. Как всё молодые... Но осень убаюкивала, остужала горячие страсти и зелёное царство замирало и уходило куда-то внутрь, в сочную землю. Природа мудро колдовала и перестраивала свои силы, заботясь о каждой своей клеточке. Чтобы когда придёт время, вновь возбудить буйный рост во всём живом. А земля накормит и напоит эти нежные, живые ткани. А сейчас она собирает и копит могущую силу своими невидимыми превращениями.

Так было всегда и так будет. И будет новая весна, как новый день. И восход солнца никто не отменит. И так радостно осознавать это. И как вечерний закат, осень окрашивает всё в жёлтый и оранжевый. А затем в красный и бурый цвета. Только закат угасает быстро, а осень даёт время налюбоваться всласть. Вот и клёнчик Люсин пожелтел лимонно, вспыхнул апельсиновым цветом, затем рябиновым. Листья, как ладошки улеглись вокруг ствола, прикрывая на зиму свои корни.

Антон затих. Стал меньше говорить. И юмор, как-то потускнел. Нет, это не печаль. В душе что-то бродило и росло, перетекало из одного в другое. Что-то огромное и завораживающее. Поднималось из глубин и приводило в зыбкий трепет. Он ещё не осознавал, что это. Но что-то менялось в нём. Растёт, и будто ему не хватает места. Стал угасать интерес к туристам. Появилось нечто новое, но очень волнующее и очень важное. Он прочитал это в глазах людей, в их блеске, когда говорил с приезжающими, со своими, с кем общался в Нижней деревне. Да и ребята из бригады смотрели по-другому. Нет, не на него. На то, что происходит. Что-то невидимое коснулось всех сразу, почти одновременно. Но все смотрели друг на друга и не понимали – что?.. Осознавать было приятно и боязно. Боязно, потому, что ощущение было необъятным, казалось не вместимым в сознание. Похоже на возвращение домой, после долгого расставания.

Да... Возвращение! Но дом пустой... Забыт и неухожен. Когда-то было хорошо и звонко радостно, как в детстве. А дом-то ждал, храня забытое тепло. Огромный дом и старый сад огромный, скучал и чах от забытья... Но ждал, надежду потеряв почти. Рассеивался дым столетий, стихала судорожная пляска кутерьмы... И рисовалось что-то вечное, надёжное и основное, чему пока определенья нет... Манило, звало, обволакивало душу таким теплом, заботой, тихой радостью. Но что это?.. А вдруг, мираж? Тогда страшила мысль, что это пропадёт. Хотелось этим чувством наслаждаться и вглядываться в его картину. И замирало время, будто поджидая мысли. Но осознание приходило медленно, не сразу...