Чтение онлайн

Тевере стало невероятно страшно от ожидания того, что должно было обязательно последовать за совершённым обрядом, и она задрожала. Крепкая рука уже мужа – интересно, а он сам знал об том? – успокаивающе подержала, помогая встать с колен. Медальон постепенно остывал, но буря в душе не утихала.

– Нерушимо слово моё. Воля Нерождённого в нём, - завершил Наргид ритуал и устало отступил в тень алтаря.

– Ваше святейшество! – бросилась было за ним принцесса, понимая, что сейчас перед ней не брат.

– Отпустите его, ваше высочество, - удержал жену Дантор Берийский. – Я смог на себе прочувствовать, насколько непросто дался юноше обряд. Кажется, он и сам от себя не ожидал, что сможет призвать истинную силу. Нам остаётся только благодарить тех людей, что собрались вокруг часовни и поддержали его своей магией.

Тевера молча повиновалась. В душе у неё царил раздрай. С одной стороны она понимала, что все чудеса Нерождённого – это обычная магия, об этом когда-то говорил Рантир. С другой – как простой садовник мог узнать о том, что помолвка будет именно здесь и именно сегодня? Чего она ещё не знала о своей семье и своём учителе? И как много успел выяснить человек, с которым она отныне связана навеки?

Додумать, как и высказать свои сомнения, принцесса не успела. Дверь в часовню с треском распахнулась, на пороге, сияя великолепием своего облачения, возник патриарх Тсинар.

– Что тут происходит? – стараясь подавить присутствующих своей аурой, спросил он.

Дантор непреклонно задвинул Теверу себе за спину и ответил:

– Ваше святейшество, сожалеем, что вы опоздали и не смогли присутствовать на нашей помолвке.

– Опоздал? Помолвка? – растерялся патриарх, его душная, давящая сила схлынула прочь. – Но кто бы стал?..

– Ваше святейшество, - из тени алтаря вышел Наргид и встал рядом с сестрой, - я выполнил волю моего императора.

Тевера только сейчас смогла рассмотреть, насколько бледен был её брат. Ей хотелось как-то утешить и поддержать его, но в присутствии главного жреца Нерождённого привычный ужас и страх перед разоблачением сковывал её.

– Вот как, - патриарх Тсинар холодно сощурился, рассматривая ученика. – Значит, император приказал. Что ж, да будет так. Но мы даже и не подозревали, что вы, дочь моя, совершаете сегодня столь великий шаг, - взор жреца обратился к принцессе, вынужденной взять себя в руки и выйти вперёд. – Меня привели воины Нерождённого, ощутившие противных ему магов.

Тевере больших усилий стоило удержать невозмутимое выражение на лице, но всё же она сказала:

– Ваше святейшество, неужели был кто-то, кто мог бы помешать священному обряду?

– Нет, ведь сила Нерождённого неоспорима, дитя моё, - патриарх неприятно улыбнулся.
– Однако у инквизиции всегда найдётся несколько вопросов к тем, в чьей благости есть сомнения.

На этих словах в часовню шагнули несколько воинов в серых балахонах, скрывающих тяжёлую броню. Их руки в железных перчатках держали тех, кого патриарх пожелал объявить еретиками.

Стоило Тевере увидеть явившихся, как она вскрикнула и спрятала лицо на груди своего мужа. Те места, где латы воинов Нерождённого касались мнимых магов, сочились кровью, словно истинны были те слухи, которые утверждали, что железные перчатки могут выпускать длинные шипы, мешающие вырваться из рук воинов. Принцесса и не подозревала, что совершающийся сегодня обряд может привести к таким последствиям, как не знала и того, что во дворец вхоже так много магов.

– Не знаю, как насчёт Нерождённого, но мою невесту кровь ваших пленников оскорбила, - вступил в беседу Дантор.

– Княжич Берийский, Нерождённого не пугает вражеская кровь и боль, ведь и сам он претерпел немало страданий, ведя к истинному свету свою паству, - с насмешливой патетикой заявил патриарх Тсинар. – Но женщины столь чувствительны! Пожалуй, её высочеству стоит немного передохнуть. А ты, ученик…

– Мне стоит убедиться, что с сестрой всё в порядке. Нерождённого моё краткое отсутствие не оскорбит, а вот император может выразить своё недовольство.

Патриарху пришлось принять это, поэтому он резче, чем обычно, приказал воинам:

– В темницу еретиков. Сейчас они нам всё расскажут.

Тевера побледнела ещё больше. Малой радостью для неё могло стать лишь отсутствие Рантира среди схваченных. Однако даже от попытки предположить, что ждёт тех, кто помог ей и её брату, становилось дурно. А ещё она вдруг разом ощутила осквернённым тот единственный уголок, где раньше не боялась быть самой собой. Ей всегда казалось, что путь в Теазарион открыт лишь избранным, а сейчас здесь толпится по крайней мере десяток инквизиторов – карающей руки храма. И, едва они отошли на достаточное расстояние от часовни, принцесса схватила брата за руку:

– Наргид! Как спасти…

– Никак, - не дав договорить, отрезал жрец. –Не высовывайся, не то его святейшество не посмотрит даже на твой статус. – Наргид высвободил руку и повернулся к княжичу. – Я уеду из Дармата немедленно – отговорюсь волей императора – и буду двигаться на юго-восток. Патриарх побесится и отпустит меня. В конце концов, я не мальчишка из нищего квартала, а императорский сын. Вы же должны завершить то, что начал я.

Мужчины помолчали, глядя друг другу в глаза. Пока Дантор Берийский соображал, что значат слова жреца, тот вновь заговорил с сестрой:

– Я не прошу о прощении, но однажды ты поймёшь, что я поступил правильно. Не с одним патриархом Тсинаром говорят духи, наставляя его на путь истинный. Конечно, отец хотел от меня иного, но небольшое превышение полномочий однажды может оказаться на пользу. Покорись, если дорожишь своей жизнью, но никому и никогда не рассказывай о том, что произошло и ещё произойдёт сегодня. Нерождённый учит нас, что все люди – сёстры и братья, но моя самая любима сестричка – ты.

Наргид крепко прижал девушку к себе, затем словно оттолкнул её к Дантору и стремительно зашагал прочь.

– Ваше высочество, вы поняли, о чём говорил ваш брат? – осторожно спросил княжич.

– Да, - тихо ответила девушка.

– И вы полагаете?..

– Наргид никогда не лгал мне и не давал дурных советов. Если он утверждает, что ритуал не завершён, значит, так и есть, - принцесса гулко сглотнула и продолжила. – Я… буду покорна его словам и тому, что ещё должно свершиться. У вас не будет проблем.

Дантор Берийский осторожно коснулся пальцами щеки своей жены, заставил посмотреть ему в глаза и не сказал того, что собирался. Явления патриарха в часовню хватило, чтобы он понял, чем может грозить принцессе поступок её брата. Магия незавершённого ритуала продолжит изливаться в мир и однажды привлечёт внимание к этой храброй девушке. Мужчина просто взял её за руку и повёл за собой вглубь сада, куда вела едва заметная тропинка. Внутри всё заледенело от злости на происходящее, от неправильности собственного поведения. Такой же жгучий холод шёл к нему и от следовавшей за ним девушки.