Чтение онлайн

– Хочу! И как ты это сделаешь?

– Запросто. Только ты дай самое честное слово, что никому ни о чём не расскажешь. Ну?

– Даю слово.

Мальчишка искренне заинтересовал Теверу. С ним она вновь почувствовала юной девушкой, а не частью механизмов империи. Она наблюдала, как он, вскочив со скамьи, выглянул из беседки, внимательно всё оглядел, а потом с заговорщическим видом соединил руки вместе. С видимым усилием Шаках начал разводить руки в стороны, а между ними разгоралось магическое пламя. Оно всё росло и становилось ярче, затем медленно вытянулось. Судя по наморщенному лбу мальчика, ему непросто давалась эта затея, но он не отступал. Наконец, в его руках возникла роза – точно такая же, как росли на кусте под окнами покоев Теверы.

– Это тебе, чтобы ты не грустила, - тяжело дыша, но всё же улыбаясь, протянул Шаках цветок. – Где бы ты ни была, помни, ты не одна. Весь мир, наполненный силой, всегда рядом.

Тевера с молчаливым удивлением приняла подарок. Сама она ни за что не решилась бы хоть кому-то продемонстрировать то, чему успела научиться от Рантира. Впрочем, и умела-то она не так много. Подобного цветка ей точно не создать – ни навыков, ни терпения не хватит.

Шаках убежал, а девушка всё ещё смотрела ему в след. Неожиданно роза сама уколола её в ладонь. Вздрогнув, Тевера перевела взгляд на цветок и с ещё большим недоумением увидела, как лепестки цветка превращаются в тонкие-тонкие листы бумаги, заполненные словами. Взгляд её вновь метнулся в ту сторону, куда убежал Шаках, но повторный укол магии заставил приступить к чтению.

«Ваше величество!

Простите старого садовника, что столь бесцеремонно обращаюсь к Вам. Однако дело не терпит отлагательства, а встречаться с Вами было бы небезопасно.

Мой помощник-соглядатай Консо связан с патриархом Тсинаром. Я сумел узнать это точно, а значит, служители Нерождённого вплотную подобрались к императорской семье. Будьте осторожны!

Мы не знаем, что задумали жрецы – не хочется рисковать мальчиком, он слишком талантлив. Но испокон веков храмовникам закрыт был путь к трону. Теперь же есть только Вы, Ваш брат и наследники шести герцогов.

Имперцы предпочтут видеть жреца на троне, лишь бы не развязывать гражданской войны. Но Вас короновали пред ликом Нерождённого, и оспорить Ваше право сейчас не рискнут даже самые ярые мятежники.

Никто не знает, как погиб император Таубер. Никому доподлинно не известно, что произошло на охоте с Канбером. И уж точно никто не предполагал, что Вы взвалите на свои плечи столь тяжкую ношу.

Против вас уже затеяли интриги – и обиженные герцоги, и жрецы. Бойтесь мести аристократов, но больше того опасайтесь коварства храма. Повторюсь, война не нужна никому, но обвини Вас в еретичестве – и не вступится даже тот, кто вчера клялся в вечной любви. И его высочество второй принц не поможет.

Не ищите встречи со мной или с тем, кто передал вам послание. Дожидайтесь возвращения вашего жениха и бегите туда, где вы сможете быть самой собой. Империя простояла века под властью Нерождённого, и эту веру так просто не сломить».

Стоило Тевере дочитать последние строки, как цветок искрами рассыпался в её ладонях. Она наклонилась, чтобы получше рассмотреть это волшебство, и почувствовала, что по щекам текут слёзы. На душе было тепло от послания учителя, но в то же время что-то сжималось тугим ледяным узлом от понимания истинности прочитанных слов. Можно сколько угодно закрывать глаза на происходящее, но всё так и есть. Герцоги плетут интриги, храм затаился, как хищник, и выжидает её малейшей ошибки, Дантор никак не приедет. Ведь она предпочтёт стать беглой императрицей, а не мёртвой.

Прогнав прочь все посторонние мысли, Тевера сделала правильный вывод. Ей нельзя больше искать встречи с Рантиром. Нельзя в одиночестве приходить в императорский сад. А ещё ни в коем случае нельзя хоть кому-то показать, что она догадалась о чужих намерениях.

Но поверить в то, что Наргид, возможно, переметнулся к предателям, всё равно было невозможно. Она всё сидела и смотрела в одну точку, словно всё ещё видела перед собой чудесную волшебную розу. И когда в её руках оказался усталый почтовый голубь, это появление воспринялось как нечто совершенно естественное. Лишь спустя несколько достаточно чувствительных клевков девушка поняла, что дождалась очередного послания от своего супруга.

Между тёплыми по-мужски короткими строками сквозило беспокойство за юную императрицу. Дантор вновь сетовал на отца, задерживающего княжича от скорейшего отправления в путь и туманно намекал, что в крайнем случае он найдёт способ оказаться рядом.

«В мире неспокойно. Правители разных стран чувствуют, что основы империи стали неустойчивы, и беспокоятся. Я прошу вас быть предельно осторожной и не доверять никому, кроме Наргида», - писал Дантор Берийский.

– Ах, ваша светлость, - грустно улыбнулась, прочитав эти слова, Тевера, - но ведь и Наргиду я доверять тоже больше не могу.

* * *

Новый малый совет был набран и приступил к работе. Беспечные гуляки выдворены из дворца, а старые герцоги отправлены по своим владениям. Достаточно молодые дворяне получили герцогские регалии и полномочия и изо всех сил старались доказать свою полезность. Начали они с того, что предложили для издания десяток новых законов, на что императрица умудрённо улыбнулась и покачала головой.

– Ваши светлости, законов в Манзокее хватает. Нам же нужно следит за тем, чтобы их не стало слишком много, чтобы они соблюдались и чтобы никто не вздумал трактовать существующие законы себе в угоду. Мне поначалу тоже пришлось непросто, но вы быстро разберётесь, что к чему.

Юная Тевера чувствовала себя по крайней матерью мужчин, каждый из которых был старше её в два раза, а то и больше. А новоназначенные герцоги внимательно слушали её и были готовы исполнить любой приказ.

После этого заседания к императрице подошёл обычно незаметный господин Гилрам – серый мужчина, увидев которого один раз, во второй нипочём не признаешь. Секретарь начинал работать ещё при императоре Таубере, и Тевера не сомневалась как в его знаниях, так и в его преданности империи.

– Ваше величество, - тихо проговорил секретарь, - вы очень хорошо окоротили рвение юных герцогов, но этого недостаточно. Малый совет обязан принести вам как правительнице клятву верности, тогда вы в полной мере сможете им доверять.

Тевера удивлённо посмотрела на господина Гилрама:

– Впервые слышу об этом!

– Вообще сказать вам это должен был патриарх, но я бы посоветовал воспользоваться благодатью его высочества Наргида. Ведь при новом правителе и патриарх должен быть новым.

Тевера согласно кивнула и на следующий же день назначила новое заседание, пригласив на него и Наргида. Как знать, не являлся ли взбрык стариков следствием того, что клялись в верности они императору Тауберу, а творчество нового совета – желанием старых герцогов хоть так отомстить юной императрице за смещение? Но господин Гилрам был прав – поклявшись, малый совет уже не сможет вредить ни империи, ни императрице.

Наргид начинание сестры поддержал и на совет явился. Молодые герцоги попытались было возмутиться: какие клятвы, когда они и без того верные подданные короны.