Чтение онлайн

— А, это тот самый, что к Корнееву в диван забрался. А потом начал Модеста стращать. Это ж надо додуматься, стращать Модеста. Особенно когда он при исполнении. Ну, что ж. Если Наины Киевны нет дома, то можно достать у Васьки запасные ключи. По-другому в запасник не попадешь. Замки никакой отмычкой не откроешь. Я это хорошо знаю. Сам в свое время там чуть не остался. Но вот открыть бутыль… Она же опечатана личной подписью Модеста, а это похлеще подписи царя Соломона.

— А кто это?

— Был в древности такой царь иудейский. Его именем заговаривали джиннов и опечатывали кувшины с ними. Но ту печать мог снять любой человек. А эту…

Он задумался. Внезапно его лицо посветлело.

— Пойдемте.

Они прошли мимо чайной и свернули за угол. Войдя во двор, они остановились, и Привалов показал на детскую песочницу, в которой сидело трое мужчин. Перед ними на песке валялось несколько бутылок, стояли наполненные стаканы, а на расстеленной газетке лежала немудреная закуска. В одном из них Клара узнала Хлебовводова — одного из членов того ужасного ТПРУНЯ, о котором она до сих пор не могла вспоминать без содрогания.

— Узнаете? — кивнул на Хлебовводова Привалов. — Прибыл почти две недели назад для проверки слухов о деятельности ТПРУНЯ и о причастности к ним Фарфуркиса. Вот так уже вторую неделю проверяет. Помните, как он лихо тогда печать Модеста выбил вместе с пробкой? Пойдемте быстро в запасник. Достанем бутыль, да сюда принесем.

— А он не уйдет? А то потом где его искать.

— Не беспокойтесь. До закрытия магазина еще шесть часов. Так что никуда не денется. Разве что в магазин да обратно, познавать истину дальше.

— Простите, не поняла.

— У нас с древних времен бытует такая поговорка «Истина в вине».

— Я смотрю, истина у него крепковата. Да, на мелочи вроде пива он не разменивается. Ладно, пошли.

Купив в магазине две банки сметаны и большой темный пакет, они прошли по проспекту Мира и свернули в знакомый Кларе переулок. Вскоре они остановились перед тяжелыми воротами, на левой воротине которых блестела покрытая стеклом синяя вывеска с серебряными буквами:

«НИИЧАВО

Изба на куриных ногах

Памятник соловецкой старины»

Привалов тихо сказал:

— Кис-кис.

Через некоторое время ворота дрогнули от тяжелого удара и на верху показались две здоровые лапищи, вцепившиеся в дерево когтями. Потом показалась кошачья голова, и вскоре Василий уже умащивался наверху. Устроившись, он лениво поглядел вниз, и растянул губы в улыбке.

— А Саша, здравствуй. А я думал, детишки опять пришли. Вот повадились сказки слушать. Я прямо как «Спокойной ночи малыши» стал. Чего не заходишь?

— Бабка дома?

— Не. Ушла с козлом. Видать опять на шабаш подалась. Так что до завтрева не жди.

Привалов навалился на калитку и, побагровев, с натугой отворил ее.

— Заходите, — сказал он, придерживая калитку.

Войдя последним он затворил калитку и спросил кота, уже спрыгнувшего с ворот:

— Васька, ты знаешь, где ключи от запасника?

— Знаю, только…

Кот задумчиво почесал задней лапой за ухом.

— Знаю. Вот тебе две крынки сметаны.

— За сметану спасибо, да тебе, Саша, я и так помогу. Просто они в бабкиной комнате, а она заперта. И ключ эта сквалыга старая с собой таскает. Как будто мне нужны ее сметана, сыр да колбаса. Ведь все же мыши съедают, а на меня говорит.

— А можно на замок поглядеть, — вмешалась Тави.

— Чего ж не поглядеть. Можно конечно. Только что толку. Хитрый он очень. Я уж и так его, и этак. А все ни в какую. Пойдемте. Только придется через окно. Входная дверь-то тоже заперта, а окно оставила открытым, чтобы проветривалось.

Они обошли избу. Васька легко впрыгнул в окно и, обернувшись, протянул лапу. Один за другим они влезли в знакомую Кларе комнату с диваном и мутным зеркалом в углу и вышли в прихожую. Осмотрев замок, Тави хмыкнула и обернулась к коту.

— Покажите, пожалуйста, ваши когти.

Василий выпустил когти и осторожно поднял лапу.

— Видите эту дырочку? — Тави показала на небольшую дырочку на боку замка. — Просуньте туда коготь. А другой лапой придержите замок. Теперь нащупайте когтем пластинку и нажмите на нее.

Раздался щелчок, и замок открылся. Василий ошеломленно уставился на него.

— А чтобы закрыть замок, достаточно вставить дужку и нажать на нее, — сказала коту Тави.

— Это я знаю. Сколько раз видел. Но что бы открыть… Когтем…, - ошеломленно бормотал он. Глаза его загорелись. — Так это что же получается. Это ж теперь будет моя вся сме… — он воровато поглядел на стоящих перед ним и смущенно кашлянул. — Я, это, говорю, значит, что теперя я всех мышей разгоню. Неча им жировать да бабкины харчи проедать. Ну, Саша, да за таких дорогих гостей я тебе, что хошь. Счас я ключи принесу.

Он притащил связку ключей, и Тави, быстро разобравшись с ними, отомкнула замки на двери запасника. Открыв дверь Клара увидела бутыль с грустно сидящим в ней Игнациусом.

— Вот она, — показала она на бутыль.

Спрятав бутыль в пакет они вылезли в окно и подошли к калитке.

— Василий, ты присмотри тут. Я бутыль скоро обратно принесу. А уж потом все запрем.

— Саш, а как же бутыль будет пустая стоять. Модест же заметит.

— Я дубля сделаю и туда посажу. Модест же проверку делает поштучно, а вскрывать бутыль не будет.

Пройдя по улице они свернули во двор, где Хлебовводов сосредоточенно продолжал докапываться до истины.

— Постойте здесь, — сказал Привалов. — Подойдя к песочнице, он солидно кашлянул и казенным голосом сказал: — Здравствуйте, товарищ Хлебовводов.

Хлебовводов обернулся и с трудом сфокусировал на нем взгляд.

— А, здравствуйте, товарищ Привалов. Не хотите ли присоединиться к нашей дискуссии?

— Увы. Есть срочное дело. И требуется ваше содействие. В соответствии с распоряжением Лавра Федотовича.

При упоминании грозного начальника Хлебовводов мгновенно протрезвел и поднялся. С сожалением посмотрев на оставшийся на песке стакан, он вздохнул и сказал:

— Я в вашем распоряжении.

— Минутное дело, товарищ Хлебовводов. Нужно вскрыть бутыль для изучения вещественных доказательств.

Лицо Хлебовводова посветлело.

— Это мы мигом. Куда идти?

— Можно прямо здесь.

Он достал из пакета бутыль и передал ее Хлебовводову. Тот, привычно взял за горлышко левой рукой и впечатал ладонь правой в донышко. Пробка со свистом вылетела из горлышка. Тави, высоко подпрыгнув, поймала пробку на лету. Хлебовводов поднес горлышко к носу, понюхал и разочарованно передал бутыль Привалову.

— Благодарю за содействие, товарищ Хлебовводов. Я лично доложу Лавру Федотовичу о вашем вкладе. Продолжайте выполнять свое служебное задание.

— Всегда готов вам помочь, — пробормотал Хлебовводов, усаживаясь на край песочницы и беря наполненный стакан. — А Фарфуркис, оказывается, самая настоящая вражина. Мне про него тут такое рассказывают…

Привалов подошел к Кларе.

— Вот, пожалуйста. Что дальше?

— Дальше все просто.

Взяв у Тави пробку с болтающейся на ней биркой, Клара помедлила, а потом негромко прочитала: