Чтение онлайн

Саргуль снова улыбнулся своим ртом-лезвием в ответ на речи Асхара.

— Насчет рабов можешь не радоваться, — вмешался он в разговор. — Я заберу их, чтобы вырастить новых слуг. За шестьсот лет, которые мне пришлось провести в земле, в моей голове родилась уйма идей, как сделать человеческое тело послушнее и неуязвимее. Жаль, что Краяна не дождалась. Она единственная, кто была мне верна до конца. И пророчество ее тоже сбылось. Ведь это она сказала: кто тебя погубит, тот тебя и возродит. Краяна была сильной ведьмой, но осталась у моей могилы до самой смерти. Пожалуй, я ее подниму. Так, что ты решил насчет Кары? Убьем сейчас?

— Заберем с собой, — решительно произнес Асхар. — Когда доберемся до Первого Купола Растерзателя, понадобится особенная жертва. Мне кажется, лучше, чем Кара, на эту роль никого не найти.

— Пожалуй, ты прав, — задумчиво протянул Саргуль. — Растерзатель непременно откликнется на ее кровь. Что ж, пора торопиться. Мне потребуется дней десять, чтобы приготовить новых слуг.

— Время у нас есть, — довольно улыбнулся Асхар. — Через месяц мы будем в Имаргоне. А когда возродится Растерзатель, время перестанет иметь значение.

Услышав про время, Кара вдруг поняла, что оно есть и у нее тоже.

— Я слышала, ты захватил замок Ордена? — спросила она, чуть отползая на коленях в сторону. Асхар был так увлечен своей мнимой победой, что не обратил на нее внимание.

— Да, моя дорогая. Это просто, когда дружишь с нужными людьми. Прасал рыцарей, а вернее, его жажда денег, оказалась нам весьма на руку. Пока ты тут месила грязь, я захватил полсотни маленьких городов и деревень альфаров, замок рыцарей, а также город Бургон, от которого полдня езды до Имаргона. У нас есть с десяток пыяров, но, чтобы обезопасить себя от неприятностей, нам нужен Саргуль. Мы только и ждали его пробуждения. И ты нам здорово помогла.

Асхар явно преувеличил число захваченных деревень, но Кара решила его не перебивать.

— Мы уже выяснили, что Первый Купол Растерзателя находится в Имаргоне. Он ждет меня и… тебя. В этом наши судьбы похожи, мы оба отдадим наши тела Растерзателю. Только результат будет разным. Я получу вечную жизнь и славу, а ты заслуженный урок и наказание. Привыкай стоять на коленях, потому что это будет именно та поза, в которой тебя увидит наш Повелитель. Растерзатель жаждет мести. Можешь не утруждать себя воспоминаниями, у тебя все равно не получится. На тебе стоит заклятие сагуро — это новые человеческие боги, с которыми ты когда-то связалась. Видишь, и даже Саргуля ты успокоить не в состоянии. Чтобы убить нашего Принца Тьмы, нужна жертва, принесенная по всем правилам.

Саргуль бросил обеспокоенный взгляд на разболтавшегося Асхара, но будущий Растерзатель слишком увлекся планами. Может, он и сумел поднять восстание и захватить оплот Ордена Сантаны, но чрезмерная разговорчивость была его слабой стороной.

Кара уже поняла, что по-мортовски вернуть Саргуля в могилу не удастся. Но у нее под ногами валялся мертвый Усай с вонзенным в грудь санкристием. Метод совсем не мортовский, даже вражеский, но другого выбора не было. Ошибку надо исправлять. Признать ее было больно, тем более, что физическая боль бывает сильнее душевной.

Саргуль что-то заподозрил, но Кара успела схватить санкристий и вырвать его из груди Усая до того, как Принц Тьмы вмешался.

Каре показалось, что в ней взорвался вулкан. Санкристий лишь касался ее ладоней, но боль рождалась внутри, выжигая дотла сердце и душу. Крик сорвал глотку, зубы прикусили язык, дыхание сперло, а в легкие больше не проникал воздух. Она думала, что после рабства на Болотах Кальмы сможет стерпеть любую боль, но оказалась наивна в своих размышления. Санкристий был создан кем-то ненавидящим мортов всей душой, ибо таких мук нельзя было представить в теории. Кара потянулась за силой к смертям и страданиям рабов, во имя которых она отправилась к могиле Саргуля, а не сразу в Тардар, но чужая боль не смогла заслонить ее собственную. Промелькнуло другое сильное чувство, в которое она попыталась вцепиться, однако любовь к Лэйну была лишь ростком, который засыхал в одиночестве, без воды и солнца. И когда она уже готова была сдаться, Тьма милостиво протянула к ней руки, и Кара вцепилась в эту нежеланную поддержку, ведь против Тьмы же она и боролась.

Санкристий совершил свое кровавое путешествие, вырвавшись из плоти Усая и вонзившись в грудь Асхара.

— За Ягара! — только и выдохнула она.

Все случилось быстро. Будущий Растерзатель повалился на землю, Кара скорчилась от боли, так как ее ладони были сожжены до кости, а Саргуль растекся грязной лужей, не в силах противостоять воли той, которая его пробудила. То было не жэрэмэ, но настоящее мортовское колдовство с жертвой, потому что под ними покоился настоящий боевой Купол мортов. Рыцарям Сантаны понадобилось с десяток санкристиев, стена и добровольное служение целого народа — болотников, чтобы сдержать Принца Тьмы. Каре понадобились ее боль и собственная Тьма, чтобы покончить с Саргулем навсегда.

— Предате…

Закончить Принц не успел, потеряв челюсть, а вскоре и весь его уродливый лик исчез в болоте, смешавшись с грязью.

— Храни его тлен в себе крепко, — приказала Кара земле, погружая в зыбкую топь сожженные ладони.

Ошибок в тот день было сделано много, но последняя едва не стоила ей жизни. Увлекшись успокоением Саргуля, Кара на миг упустила из внимания Асхара, которого Ягар не сумел утопить в болотах, и которого санкристий тоже не взял.

Боль в обожженных руках была настолько сильной, что Кара не сразу обратила внимание на боль новую. Лишь когда увидела кончик меча, появляющийся и исчезающий из ее груди, поняла, что, кажется, проиграла. Теперь они были квиты. Асхар с санкристием в ребрах и Кара с дырой чуть ниже сердца. Потом до нее дошло, почему проиграть должна была она. Будущего Растерзателя сейчас поддерживали его приспешники, скармливая алтарю бесчисленное количество жертв. От них он получал силу, которая позволила ему преодолеть агонию санкристия и поднять меч, чтобы разобраться с Карой навсегда.

Вот только на ее стороне, действительно, были боги — новые или старые, то было неважно. Важно, что в какой-то момент она встретилась глазами со взглядом Лэйна, с которым успела проститься. А потом Лэйн отсек Асхару голову тем самым огромным рыцарским двуручником, который едва не закончил ее путь на площадке, где они дрались на потеху болотникам.

Дальше все происходило, как во сне. Тело Асхара, потеряв голову, не свалилось на землю, как положено безголовым, а весьма поспешно засеменило к могильным камням, где еще был открыт портал. Секунду Лэйн колебался, не зная кого выбрать — врага или Кару, но в результате подхватил падающую девушку на руки. Последнее, что увидела Кара: слезы в его глазах и губы, шепчущие слова, которые она никогда не услышит. Но ей вдруг стало хорошо. Хорошо умирать в иллюзиях, что он выбрал ее, а не свет.

Кара не умерла и очнулась, когда луна еще не успела исчезнуть с горизонта. Над ней тряслись звезды, самой же Каре было неудобно и холодно. Но боль исчезла — и в груди, и в ладонях. Разве что чесались старые комариные укусы. Лэйн нес ее на руках через болота, погрузившись в грязь по колено, а впереди мелькали знакомые огни. Чудо случилось, но не то.

— Поставь меня, — прошептала она, и Лэйн вздрогнул, явно не ожидая, что так скоро услышит ее голос. Наверное, думал, что принесет в лагерь ее труп.

— Видишь, — сказала Кара, показывая на дыру в рубахе и зажившую кожу — грязную, но даже без шрама. Тьма или жэрэмэ решили все за нее. Если воскрешала Тьма, значит, Кара скоро не будет отличаться от Принца Саргуля, если помогала жизнерушительная магия, то ее жизнь могла оборваться на следующей неделе.

— Я в порядке, да и ты с трофеем, — она указала на мешок с головой Асхара, который болтался на поясе Лэйна. — Есть с чем вернуться к рыцарям, чтобы они тебя приняли, как родного. Мне больше неважно, почему ты предал нас с дедом. Я другая, да и ты тоже. Разойдемся, у каждого своя дорога. Я хотела мстить, но моя месть утонула в трясине. Надеюсь, и твоя тоже.