Чтение онлайн

–  Если она придет, я услышу, - твердо сказала госпожа Глейс и протянула ему руку.

Поскольку стол в гостиной был занят "камнем душ" и вещицами для заклятия, она провела музыканта в дальнюю комнату и там, на низком столике возле кровати поставила чашки из сармаитского фарфора, вазу с имбирным печеньем и сосуд, наполненный до половины душистым вином.

–  Может, твоя Астра встретила кого? Кого-нибудь из страх друзей. Знаешь же как бывает? Встретила и забыла на эту ночь о тебе, - сказала Верда, устроившись на одной из сброшенных на пол подушек.

–  Не смею думать, но может быть и такое, - Леос вспомнил, что рейнджер Брис тоже держал с Карбоса путь в Иальс и вполне мог быть здесь, если "Кириде" повезло с ветром и ничто не задержало ее на Неарах. Еще он подумал, что если не у Астры, то у магистра Изольды наверняка немало друзей в этом огромном городе.

–  Ведь и к тебе любовник не пришел?
– заметил Леос, слегка развеселившись.

–  А я обманула тебя. Я не ждала никого. Даже очень не хотела никого видеть, - сказала Верда, наклонив кувшин синего стекла и пуская струйку виноградного напитка в чашечки.
– Но встрече с тобой действительно обрадовалась.

–  Это правда?
– он взял чашечку, задерживая ее мягкую руку.

–  Чистая, - она посмотрела в его поблескивающие глаза.
– Я хотела, чтобы ты пришел этой ночью. Пришел, чтобы помочь мне с "камнем душ". А, бард? Не боишься? Ведь будет пострашнее, чем лица, вычерченные на пирамидках.

–  Представь, я не из робких. Могу забавляться не только стихами. Однажды мне довелось сражаться против обезумевшего призрака. Со мной рядом тоже была мэги. И тогда я боялся… За нее, - добавил бард, придвинувшись к госпоже Глейс.

–  Вот как? Расскажи подробнее, - попросила она, повернувшись к музыканту и играя краем его воротника.
– Расскажи больше о своих похождениях. Наверное, в них были не только сражения, но и музыка, и красивые стихи и страстная любовь?

Расслабившись, изредка попивая вино, Верда слушала историю Леоса о знакомстве с мэги Пэй и их недалеком путешествии к дому Керлока. Не упуская случая немного приврать и похвалиться, бард вещал об ужасах подземелья в старом заброшенном доме, о таинственных механизмах и внезапном появлении беспокойного духа эклектика. Говорил о схватке с ним, ударах своего быстрого кинжала, столь же пронзительных, как магия, и последующей славной победе. Когда он, несколько забывшись, сам глубоко погрузившись в рассказ, стал описывать объятья с Астрой на берегу моря, Верда прервала его, подняв бровь:

–  И ты повалил ее, мокрую, прямо на песок?

–  Так получилось, моя госпожа. Мы оступились на скользком камне.

–  Негодяй… - шутливо произнесла она, с усмешкой глядя в его похожие на небо глаза.

–  Тогда голова моя кружилась, как и теперь, - оправдался бард, трогая шелковую розу, скрывавшую застежку ее хитона.

–  Тогда ты был пьян от победы. И от любви к ней, - Верда задержала его руку, медленно заскользившую по ее ноге. Прикосновения барда были приятны, как ласка солнца и теплого игривого ветра. От вина, прикосновений музыканта, становившихся смелыми и все более откровенными, у мэги тоже закружилась голова.

–  Тогда… Но теперь я тоже пьян. От любви к тебе, - прошептал Леос, склонившись и осторожно припав к сочным губам мэги. Поглаживая ее бедро, он дотянулся до пряжки на пояске, расстегнул ее и откинул легкую ткань.

Госпожа Глейс уже не пыталась удержать его, понимая, что эту страсть остановить нельзя. Понимая, что Рая ведет сейчас их двоих и нужно следовать ее волшебной воле.

–  Негодяй… - лишь прошептала она, когда пальцы Леоса спустились ниже живота, путаясь в волосках и рождая теплую волну по всему телу.

–  Ты восхитительна!
– произнес бард, разглядывая обнаженное тело Верды, которое с первой их встречи неудержимо влекло, дразнило и пробуждало безрассудные фантазии.

–  Ты, словно из золота и нежных лепестков роз. Ты пахнешь розами, твое дыхание - любовь, - говорил он, трогая губами грудь с маленькими, выделявшимися резко сосками. Пальцы перебирали волоски между ее ног.

–  Божественный искуситель, - возгоревшись желанием, мэги привлекла Леоса к себе. Перевернула на спину и наклонилась над ним, с нежностью покрывая лицо поцелуями.

–  Как долго я мечтал о тебе, волшебная госпожа Глейс, - произнес бард, скользя подушечками пальцев по ее спине.
– Тогда это были только мечты, которые казались мне недостижимыми, будто заповедные рощи Аалира. Теперь ты передо мной и в моих объятьях. Скажи, что это не сон! Скажи, что я нужен тебе!

–  Да!
– произнесла Верда.

Он сжал ее крепко. В следующий миг Глейс вскрикнула, чувствуя его стремительное проникновение. В ее светлых, широко открытых глазах застыло изумление и восторг, губы задрожали от слов, которые теперь не было сил выговорить. Она привстала, опустилась, отдавая качающиеся груди ласке теплых рук, то запрокидывала голову с шумным вздохом, то роняла ее, накрывая восхитительно любовника волной пшенично-светлых волос.

–  Как смел ты со мной так?… - прошептала она, когда содрогания барда сменились томным расслаблением, - со мной, чистой высокой мэги? Ты хочешь, чтобы я стала рабыней твоей любви? Отвечай!
– призвала она, прижимая голову барда к груди.

–  Я сам хочу быть рабом твоим, - произнес он, приблизив лицо к ее глазам, бедно-голубым с огромными пронзительными зрачками.
– Хочу каждую ночь! Сколько позволишь! Всегда!

–  У тебя есть Астра, бесчестный музыкант!
– госпожа Глейс, отпряла от него, словно вспомнив о чем-то неприятном и возмутительном.

–  Но я хочу тебя, - удерживая ее мягкую руку, Леос лег на подушки, - и ничего не могу с собой поделать!

–  И не надо, если так, - она склонилась над ним, коснувшись губами шеи, целуя жесткие соски на груди барда и с удовольствием поглядывая, как меняется выражение его небесных глаз. Оставляя отрытым ртом влажные следы, мэги спустилась к его животу и ниже, будя в своем пленнике смущение, потом горячую страсть.

Не выдержав такой восхитительной ласки, Леос обнял Верду с неожиданной силой, опрокинул ничком, и она застонала от долгожданной боли ворвавшейся в ее сладкую рану. Мэги вскрикивала, то целуя, то кусая руки мучителя, а он терзал ее пока совсем не лишился сил.

Когда клепсидра на тумбочке отбила час Маро, госпожа Глейс лежала еще несколько минут, облизывая губы, слушая стук сердца поверженного любовника.

–  Леос, - тихо сказала она, - ты мне должен помочь. Одевайся, нам придется сделать кое-что, пока на небе Маро.

–  Да, принцесса волшебства, - он с готовностью встал.
– Нет такой вещи, чтобы я не мог сделать для тебя.

–  Не зарекайся, - она обняла его, провела губами по небритой щеке.
– Но я никогда не потребую от тебя невозможного или слишком опасного. Не бойся, просто исполняй, как я скажу.