Самая рыжая в Академии драконов
Шрифт:
— Катарина? — услышала я знакомый голос, когда ответила на вызов и поздоровалась. — У меня к вам есть вопрос, если вы не против. Вы знаете Симеленту?
Внутри как кипятком ошпарили.
— Мы знакомы, — осторожно призналась я, просто затылком чувствуя грядущие неприятности. — Что-то случилось? Вам звонили в три часа ночи и дышали в трубку, да? А потом представились?
— Госпожа Симелента усыпила охрану, прорвалась в мой кабинет и сказала, что именно вы посоветовали ей устроиться ко мне личной помощницей. И она готова приступать к службе. Немедленно! Не возвращаясь в академию!
Судя по тому, с каким выражением Элайджа цедил по слову, последнее его особенно впечатлило. Торжественно клянусь, что никогда больше ни при каких обстоятельствах не буду давать советов! Никому! Одного довела до провинциальной дыры, другого — до Симеленты.
— Вы ее выставили? — осторожно уточнила я.
— Напротив, — хмыкнул он. — Взял личной помощницей. В моей приемной явно не хватало столь… интересной особы. Но вопрос не в этом. Вы еще кому-нибудь из друзей советовали попроситься ко мне на работу?
— Клянусь! Ни одной Симеленты в вашей приемной больше не появится! — уверила я.
— А кто-нибудь менее уникальный? — уточнил Элайджа.
— Она единственная, — уверила я.
— Благодарю, — с явным облегчением в голосе вымолвил Даррел-старший. — Передавайте привет Рэдвину и приезжайте после выпускного бала в поместье. Я прослежу, чтобы из библиотеки исчезли все поэтические сборники.
Мы попрощались, и он отключил вызов.
— Твой брат приглашает погостить в поместье после выпускного бала, — объявила я Рэдвину.
— А я надеялся, что мы вдвоем съездим к твоим родителям, — заметил Рэдвин.
— Мама будет в восторге, — немедленно согласилась я. — Думала, ты никогда не предложишь познакомить тебя с родителями.
За разговором я не заметила, как мы добрались до доски объявлений. Рэдвин аккуратно сдвинул народ с дороги, чтобы кто-нибудь случайно не толкнул меня локтем. Возле щита с задумчивым видом стоял Николас Блайк. Я слышала, что уже сегодня он отправлялся в Салигард. Еще одна жертва доброго совета!
— Без изменений? — бодренько спросила я, пристраиваясь рядышком, и не увидела своей фамилии на первой строчке. Впрочем, Блайка на ней тоже не было. — Какого хверса?
Не веря собственным глазам, я приблизилась к объявлению и провела по строчкам пальцем, пытаясь отыскать себя в списке студентов. Да лучше бы вообще не находила!
— Николас! — воскликнула я. — Ты тоже это видишь? Мы… мы…
Никогда не заикалась, но вот случилось.
— Наши рейтинги сильно упали, — невозмутимо прокомментировал Блайк.
— Сильно упали? — Я едва не задохнулась от возмущения. — Да мы делим тринадцатую строку!
— Не самая удачная цифра, — философски заметил Ник. — Но будем работать с тем, что есть. Не падай духом, Катарина. Ты все еще одна из лучших.
Я смотрела на позорную строчку и не находила в голове слов, одни непечатные буквы. Да и те вразнобой.
— Вот что такое любовь, — вздохнула я, — это провал во вторую десятку.
— В прямом смысле этого слова, — согласился Ник.
Когда он начал выбираться из толпы, я честно призналась Рэдвину:
— Ненавижу!
— Я на твой рейтинг не влиял, — немедленно отказался он брать на себя ответственность и тоже с любопытством посмотрел в таблицу.
— Падать ненавижу, — вздохнула я. — У меня же на носу собеседование. И даже твоего брата не попросить о помощи, я уже успела натравить на него Симеленту.
— Не сокрушайся, Кат-Кат, — подбодрил меня Даррел и снова указал на списки. — Ты посмотри внимательно.
— Вряд ли там появится что-то новое, — расстроенно буркнула я.
— Еще раз, — настаивал он.
Цыкнув, я снова устремила взгляд в рейтинговую таблицу на позорное тринадцатое место и громко фыркнула. Поглядела еще разок и торжествующе расхохоталась. Фамилия Воттер была написана в тринадцатой строке первой! Я буквально каждой буквой, рукописным хвостиком и загогулиной довлела над Николасом Блайком.
— Рэдвин, удалось! Я его обошла!
Эпилог
Поезд медленно подползал к вокзалу со скромной, но заметной табличкой «Салигард». На перроне толпился народ. В окно я внимательно рассматривала встречающих, но рыжеволосого, высокого дракона, самого привлекательного среди всех известных мне мужчин, взглядом не нашла. Возможно, опаздывал. Я вытащила «дракос», хотела набрать номер Рэдвина, но артефакт не работал. Здесь часто были проблемы со связью из-за магических бурь.
Поезд остановился. Я вытащила с полки чемодан, накинула светлый плащ и вышла из одноместного купе. Воздух пах машинным маслом и влажностью. Рэдвин по-прежнему опаздывал.
— Инспектор Воттер? — раздался за спиной совершенно незнакомый голос.
Удивленная, что меня назвали не по имени, а по должности, я оглянулась. За спиной стоял короткостриженый плечистый боевик с нахальными карими глазами, одетый в защитную амуницию. Взгляд мужчины сначала остановился на моих ботильонах на высоких каблуках, потом переместился на светлый плащ и в завершение огладил ярко-желтый чемодан.
Понятно, что для местной флоры, фауны и дорог я была одета более чем неуместно, но — боги мои! — меня ждала не служба, а свадьба! Я здесь не специалист по погодным аномалиям, а невеста! Пусть скажут спасибо, что фату из чемодана не вытащила и на голову не нацепила. Такая мыслишка, что греха таить, возникала.
— Старший патрульной группы Дамиан Берн, — представился он. — Меня попросили вас встретить и отвезти на место.
— Хорошо, везите, — вздохнула я и передала боевику чемодан, хотя самым тяжелым в багаже была радость от будущей встречи с любимым мужчиной, но ее пока бессмысленно расчехлять.
Три с половиной года мы с Рэдвином были вместе. Он занимался безопасностью на шахтах по добыче магического металла, принадлежащих семье Даррел, я строила карьеру специалиста по погодным аномалиям и успешно дослужилась до инспектора. Даррелу приходилось много кататься по королевству, и четыре месяца назад он укатил в Салигард. Лично сажала его на поезд, потому как телепорты в этом забытом богами месте сбоили.
Со связью тоже были большие проблемы. В последний раз Рэдвин сказал из зеркальца «дракоса»: «Я смертельно устал жить без тебя, Кат-Кат. Давай поженимся. Приезжай». Вызов оборвался вместе с моим сердцем.