Чтение онлайн

– Все ясно, – перекрывая радостный шум, прокричала Карина. – Давайте возвращать Васильева, и ходу отсюда!

Но сколько ребята ни пыжились, Васильев не появлялся. Может, они не очень хотели, чтобы он вернулся?

– Пока мы во всем не разберемся, никто никуда не пойдет, – сухо произнес Паганель. – Всадники не дадут нам отсюда выбраться целыми и невредимыми.

– А как же Новый год? – пискнула Настя.

– Понадобится, так и Новый год здесь встретим, – отрезал учитель.

Спорить с ним никто не стал.

– Смотрите, смотрите! – Настя первая заметила лыжника.

Невысокий сухонький старичок в легком спортивном костюме, на голове шапочка-петушок. Бежал он легко, словно скользил не по снегу, а прямо по воздуху.

Ребята молча следили за его передвижениями.

– Эй, – позвал Сашка. – Не ездите тут лучше. – И замялся, не зная, как лучше сказать – «вас здесь затопчут» или «вас здесь убьют».

Лыжник выпрямился.

– А что происходит? – весело крикнул он. – Соревнования?

– Здесь лошади! – брякнул Антон.

– Это ничего! – просто ответил старичок. – Я им не помешаю!

– Тут одна бешеная лошадь людей топчет, – с трудом выдавил из себя Верещагин.

– Да? Постараюсь ее объехать, – махнул палкой старичок и покатил дальше.

– Может, все закончилось? – с надеждой спросил Вовка Сидоров.

– Где тогда Васильев? – возразил Паганель, с трудом отводя глаза от исчезающей невысокой фигуры.

– Все правильно! – воскликнул Рыжий. – Этот лыжник их не боится! Говорит, что он им не мешает! Они ему тоже не мешают…

– А мы, значит, мешаем? – буркнул Саша, расстроенный тем, что старичок его не послушал и поехал-таки дальше. А ведь он может уже и не вернуться.

– Что-то я запуталась, – потерла лоб Лиза. – Сложно все получается. Бояться – не бояться… Кто это все определяет? Как они решают, на кого надо напрыгивать, а на кого нет?

Но ответов на эти вопросы ни у кого не было.

В лагере царила тишина и скука. Олег Павлович в задумчивости перебирал струны гитары, девчонки молчаливо сидели в палатке, мальчишки, не говоря ни слова, топтались около костра. Что делать дальше, не знал никто.

– А не поставить ли нам чайку? – потянулся Паганель. Да так и замер.

Из-за елок показалась лошадь. Это был белый Вердер. Оборванная уздечка волочилась по снегу, седло съехало на бок, морда коня была в царапинах. Конь дожевал еловую ветку и вопросительно посмотрел на людей.

– Вот это да! – ахнул Рыбкин, вскакивая. – Откуда ты?

В ответ Вердер фыркнул и мотнул головой.

– Они там что, с ума все посходили? – нахмурился Антон. – Зачем они лошадь отпустили?

– Иди сюда, маленький! – Миша протянул руку с куском черного хлеба. Конь принюхался и пошел на угощение.

– Ничего себе маленький! Не веди его сюда! – вскочил Вовка. – За ним же сейчас все всадники леса прискачут!

– Не прискачут. – Рыба скормил зверю хлеб, подхватил поводья, потрепал коня по шее. – Он от них убежал. Теперь он наша добыча!

Карина высунула голову из палатки.

– Чем ты будешь эту добычу кормить? – поинтересовалась она.

– Надо на нем покататься, пока хозяева не пришли, – нашелся Сашка.

– И куда вы собрались ехать? – усмехнулся Олег Павлович. – Вокруг костра?

По лесу прокатилось протяжное ржание. Вердер вздрогнул, задрал голову и тоже заржал.

– Они уже идут! – взвизгнула Карина, исчезая в палатке.

Рыбкин скептически посмотрел на коня, бросил повод и слегка толкнул Вердера в белый бок.

– Иди отсюда, – попросил он.

Вердер развернулся, носом подлез под Мишкину руку.

– Хлеба просит, – догадался Сашка.

Вердер еще раз мотнул головой и начал копать ногой снег.

– Еще чего он просит? – мрачно спросил Антон. – Может, ему икру на подносе принести?

На икру конь не согласился. Он вздрогнул, переступил на месте и лег в снег, что вызвало бурный восторг среди ребят. Навалявшись вволю, конь встал, встряхнулся и снова шагнул к Мишке.

– Гони его! – подскочил Антон. – Нечего его приваживать! Еще понравится, он от нас вообще никогда не уйдет!

Верещагин плечом навалился на круглый бок лошади. Вердер покосился на него и сделал шаг в сторону. Не удержавшись на ногах, Рыжий плюхнулся на снег. Вокруг засмеялись, зафырчал и конь.

– Издеваетесь? – рассердился Верещагин. – Вот увидите, за ним сюда придут!

И за ним пришли. Ломая кусты, к палаткам выбрался невысокий рыжий конь Гравёр. Увидев Вердера, он замотал головой, принюхался, вытянул морду и заржал. Вердер равнодушно покосился на него и снова ткнулся в плечо Рыбкина, требуя угощения.

– Сейчас у нас здесь целая конюшня соберется, – мрачно предрек Рыжий, отходя подальше.

Тихий день переходил в тоскливый вечер. В верхушках деревьев поднялся ветер. Он протяжно гудел, рождая в душе ребят тревогу. Лошади прядали ушами, косясь по сторонам. Даже костер перестал трещать. Ребята вертели головами, ожидая очередного визита. Поляна замерла, готовясь принять нового гостя.

Первым учуял чужака Гравёр. Конь задергался, пытаясь сорваться с привязи, затанцевал на месте, заржал.

К черте подъехал всадник. Черный конь тяжело дышал, глаза его блестели. Уткнувшись в невидимую преграду, лошадь и всадник дрогнули и пропали.

Лес предупреждающе ухнул. И тут же на тропинке показалась Вика, Офис под ней шел широкой рысью. Увидев столпившихся ребят, она остановилась.

– Он здесь! – нехотя крикнул Токаев. – Призрак на черной лошади.

Вика кивнула.

– Лошади у вас? – спросила она.

– У нас! – Сашка встал, готовый защищать коней, к которым успел привязаться.