Чтение онлайн

– Тоже вариант, – кивнул Мишка, незаметно для себя ковыряясь мыском ботинка в темной черте.

– Вот интересно, – с жаром начала Настя, – если какая-то Вика смогла захотеть, чтобы эти всадники появились, то я могу захотеть, чтобы все пропавшие люди вернулись обратно?

– Начинай, – разрешил Сашка.

Его не интересовали идеи одноклассницы. Ему вдруг представилось, что если он доберется до ближайшего сугроба и раскопает его, то обнаружит там как минимум череп. Точно такой же, какой был нарисован в книжке со стихами о Вещем Олеге. Из глаза черепа вылезет змея и прошипит: «Сюды незя…»

Желание было настолько сильным, что он лег на живот и, подтягиваясь на руках, прополз несколько метров вперед. Под ближайшим кустом был наметен приличный сугроб. Сашка сунул руку в пушистый снег. Ему показалось, что пальцы коснулись чего-то твердого. Он неуверенно смахнул вершинку сугроба.

Сейчас… Еще чуть-чуть… Немного… Змея уже шевелится…

Не было там никакой змеи. И черепа тоже. И всадника.

Под кустом лежало несколько смерзшихся палок.

– Ты чего, клад ищешь? – зашептал Миша. – Это лучше днем делать.

До следующего сугроба было далековато, но в Токаеве проснулся азарт первооткрывателя. Он чувствовал, что заветный череп скрывается где-то рядом. Причем не просто скрывается, а тихо-незаметно перебирается из одного сугроба в другой.

– Выходи давай! – под нос себе бормотал Сашка, вкапываясь в очередной снежный холм. – Все равно ты от меня далеко не уйдешь. Догоню, найду и…

Руки снова во что-то уперлись. Это был обломок лыжи.

– Тьфу ты, черт! – в сердцах выругался Сашка. – Вечно какая-нибудь ерунда попадается!

– Вот я, например, хочу, чтобы все закончилось, – продолжала бурчать Настя. – Почему мое желание не сбывается, а Рыжего сбывается? Все ведь хотели, чтобы ты вернулся, но стоило этого захотеть Верещагину, как ты появился…

– Он мой друг, – пожал плечами Миша. – Поэтому у него и получилось.

– А Васильев откуда взялся?

– Ладно, считай, что этого ты захотела, – щедро разрешил Рыбкин.

– Не хотела я, чтобы он возвращался, – упрямо твердила Павлова. – Может, я хочу, чтобы вернулась Вика, которая заварила всю эту кашу? Чтобы сейчас было лето и каникулы.

– Размечталась! – хмыкнул Рыбкин. Слушал он ее невнимательно, его больше занимало, что там делает Сашка. С каждой минутой тот отползал все дальше и дальше.

Пойти за ним или не пойти? Далеко ли ему удастся забраться? Может, всадники спать легли и до утра не появятся? Тогда они могут легко, ничего не боясь, дойти до той тропинки, где все это началось…

– Вот пускай, пускай она возвращается и все это расхлебывает, – бубнила Павлова. – Пусть придет странная Света с лошадью и объяснит, какой такой запрет нарушен и кто его нарушил. Пускай придут все лыжники и немедленно помирятся с девчонками – нашли из-за чего враждовать!

– Не буянь, – шикнул на Настю Миша. – Хоти потише, а то сейчас сюда и правда весь лес сбежится.

– Пусть, пусть сбежится! – от души воскликнула Настя. – Зато всем всё станет ясно.

Сашка добрался до тропинки. За спиной бормотала неугомонная Павлова, Рыбкин ей поддакивал. Мог бы и сюда подойти, вместо того чтобы там торчать. Втроем бы они быстрее проверили все эти сугробы. Ведь череп где-то совсем рядом. Стоит только копнуть поглубже, и он появится!

Перед Сашей было сразу два сугроба. Он вкопался в один из них, оставив второй у себя за спиной.

Миша видел, как Сашка принялся усердно разваливать большущий сугроб. Снег летел во все стороны. Из-за этого снега, из-за темноты Миша не сразу разглядел, что сугроб за спиной Саши шевелится.

– Сашка! Осторожно!

Не задумываясь, Миша перепрыгнул через проклятую черту и побежал к тропинке. Настя, не переставая бубнить, шла следом.

– Хочу, чтобы все вернулось! – канючила она. Из-за слабого зрения в темноте она практически ничего не видела, поэтому не сразу поняла, куда побежал Мишка.

Сугроб развалился, выбрасывая из себя человеческую фигуру. Несколько секунд фигура пролежала неподвижно, а потом села в снегу.

– Не подходи! – заорал Мишка.

– Ай! – взвизгнул человек, откатываясь в сторону. – Чего тебе?

Это была Вика Жирнова.

Рыбкин повернулся к Насте.

– Хотела? – махнул он рукой в сторону появившейся девочки. – Получай!

Ожил еще один сугроб. Из-под него поднялась скрюченная фигура, но Настя ее как будто и не замечала. Она в задумчивости стояла около тропинки, продолжая бормотать под нос свои желания.

На тропинке Токаев остановился. По бокам было очень много сугробов, и пропахать их все казалось нереальным. Но он чувствовал, что череп где-то здесь. Стоит только разрыть сугроб справа! Нет! Слева!

Сашка взбил ногами снег. Посветил фонариком.

Ничего интересного.

За спиной кто-то ходил.

– Мишка! – позвал Токаев. – Рыба! Это ты?

– Тут я. – Мишка вышел на тропинку гораздо левее того места, где скрипел снег.

– А там кто ходит? – Саша повел фонариком в сторону.

– Павлова, – равнодушно протянул Рыбкин. – Желания загадывает… Ты-то что делаешь?

– Интересно, – Сашка свалил ногой очередную снежную макушку, – если они встают из снега, то как они там оказываются? Ползают под землей? Они же по лесу не скачут. У них как-то получается там исчезнуть, здесь появиться. Мистика!

Миша огляделся.

– Так оно и есть – мистика, – пожал он плечами. Трогать сугробы ему не хотелось, пусть они там себе лежат, если им лежится.

– Ну вот! – Сашка снова взбежал на сугроб. – Увидеть бы, как они лежат!

– Тоже мне интерес!

Сзади, между ребятами и проклятой чертой, подозрительно заухало, заахало. Они уже шагнули обратно, когда перед ними из темноты вынырнула Настя.

– Я и говорю, – она поправила сползающие очки и шмыгнула носом, – домой хочется.

Ребята с удивлением уставились на нее.

– Зачем ты за нами пошла? – зашептал Саша. – Сидела бы у костра, мечтала бы себе тихо.

– Интересно ведь, куда вы пойдете, – обиделась за такой прием Павлова.

– Никуда не пойдем. – Саша покосился на Мишу. – Постоим, постоим и вернемся.