Чтение онлайн

Еще при Петре I здесь начали селиться ямщики. И вплоть до середины XIX века вдоль берегов Лиговского канала, прорытого от реки Лиги специально для того, чтобы его вода питала фонтаны Летнего сада, существовала ямская слобода. Неуютное это было место: в ряби воды отражался тусклый свет одиноких масляных фонарей да тусклое лунное сияние, на зов которого сюда частенько забегали волки.

Страшное наводнение 1777 года погубило фонтаны, и канал стал больше не нужен, перестали за ним следить; он обмельчал, постепенно зарос тиной. И лишь тогда власти решили забрать его в трубу, над которой проложили Лиговские бульвары, ставшие излюбленным местом городской шпаны и воров. А после окончания гражданской войны здесь появилось ГОП – городское общежитие пролетариата, куда поселили малолетних беспризорников и хулиганов [74] . В сознании петербуржцев Лиговка так и осталась местом неблагополучным; но эта часть города хранит свою историю, и есть в ней особая прелесть, не открывающаяся с первого взгляда.

В том самом месте, где сейчас высятся купола Крестовоздвиженского собора и колокольня, в далеком XVIII веке стояла деревянная кладбищенская церковь. Построена она была во времена Петра, когда ямщики обратились к архимандриту Феодосию с просьбой о слободской церкви, в 1719 году: деревянную церковь освятили во имя Рождества Иоанна Предтечи. Спустя 11 лет случился пожар, церковь сгорела. На ее место перенесли деревянный храм с охтинских заводов, также освященный во имя Рождества Иоанна Предтечи, и в нем устроили придел святого Николая Чудотворца.

Казачий Крестовоздвиженский собор

Поскольку храм не отапливался, в зимнее время службы проходили в церкви Тихвинской иконы Божьей Матери. Ее заложили в 17б4 году на деньги петербургского купца Ивана Ильина, который прежде был раскольником, но потом вернулся к ортодоксальному вероисповеданию. Так постепенно рос Предтеченский приход.

В храмы приходили теперь уже не только ямщики. Петербург рос, и много разного народа селилось вокруг ямской слободы. Самыми многочисленными жителями Лиговки стали к тому времени казаки, служившие в столичных полках. Поэтому и в наши дни казачество считает Крестовоздвиженский собор своим. Деревянная кладбищенская церковь была слишком мала, чтобы вместить всех прихожан, и тогда люди обратились к Священному Синоду с просьбой выстроить новый каменный храм и освятить его во имя Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня, ведь храма с таким именем в городе еще не было.

Праздник Воздвижения Креста Господня уходит своими корнями в начало второго тысячелетия нашей эры, во время гонений на христиан и иудеев. Римский император Андриан приказал срыть Голгофу [75] , а на месте пещеры, где стоял гроб Господень, выстроить языческий храм. Казалось, святыни безвозвратно были утрачены, но около 386 года царица Елена и ее сын, первый христианский император Константин, начали поиски реликвий. При раскопках в Иерусалиме археологи тех лет обнаружили место, где была Голгофа, и пещеру гроба Господня. В пещере было три креста, один из которых принадлежал Христу, а два других – распятым с Господом разбойникам. В тот момент мимо пещеры шла похоронная процессия, и люди решили выяснить, на каком из трех крестов был распят Иисус. К губам покойника поочередно поднесли кресты. И тут случилось чудо: едва один из крестов коснулся усопшего, как тот ожил. А потом митрополит Макарий взял крест, вознес его над изумленной толпой – и воздвиг на высоком месте, где каждый мог увидеть святыню. С тех пор день, когда все это произошло – 27 сентября, – назван Крестовоздвижением [76] .

Спустя три столетия Крест был утрачен и обретен вновь. Иерусалим был завоеван иноверцами, разграбившими храм Воскресения Господня, построенный на месте пещеры гроба Иисуса. Животворящий Крест тоже был похищен. Когда византийский император Ираклий одержал над завоевателями победу, он потребовал вернуть святыню – и 27 сентября 631 года Крест вернулся на Голгофу.

Во всем христианском мире чтят этот день, возводят храмы и освящают их во имя Воздвижения Креста Господня. Поэтому, когда прихожане-петербуржцы обратились с просьбой о новом храме с таким именем, Синод дал согласие, ив 1794 году был освящен новый каменный храм. Старое кладбище, на территории которого его выстроили, было закрыто. О том, что оно некогда существовало, сейчас свидетельствует только памятная табличка «Предтеченский садик – территория одного из первых кладбищ Санкт-Петербурга – в XVIII веке упразднено» да чудом сохранившаяся старая могила придворного портного, погребенного под серой каменной плитой. Предтеченским садик назвали в память первой Предтеченской деревянной церкви, расположенной здесь, а также – в честь придела во имя Иоанна Предтечи, выстроенного в каменном храме.

Прошло время, и в начале XIX века перед зданием храма выросла четырехъярусная шестидесятиметровая надвратная колокольня, построенная по проекту архитектора Постникова. Эта колокольня сохранилась и до наших дней. Две прекрасные часовни соединены дугообразной крытой колоннадой из двадцати четырех белоснежных крыльев – колонн, стоящих попарно. Кажется, что колокольня, подобно легкокрылой чайке, вот-вот взмоет в небо. Купол ее увенчан шпилем и крестом. Белые колонны, по две с каждой стороны, поддерживают портик с гипсовым барельефом «Всевидящее око». В нишах – статуи апостолов Петра и Павла, а над каждой из них – барельеф с евангельским сюжетом. Верхний ярус колокольни также декорирован статуями. Зрителя поражает удивительная пропорциональность, изящество и симметричность всех ярусов. Каждый следующий ярус поддерживают четыре попарно расположенные колонны, и на каждом – такая же дуга надвратной арки посередине, как у главного входа в храмовый комплекс, украшающего собой перспективу Лиговского проспекта. Легкая дуга колоннады уводит в глубь магистрали, словно приглашая прохожих на минуты забыть о суете и будничности и заглянуть в Крестовоздвиженский собор.

В 1872 году купец Иван Ильич Шигалев, староста собора, в память о скоропостижно скончавшейся супруге устроил под сводами колокольни церковь Святых Кирилла и Мефодия. Эта церковь и сейчас является частью Крестовоздвиженского прихода.

Главная церковь была еще раз перестроена, когда прихожане решили, что оба храма – Тихвинский и Воздвиженский – обветшали и требуют реконструкции. В 1848 году здание Воздвиженской церкви было разобрано, а на его месте возвели новый пятиглавый храм в стиле барокко с куполами-луковичками. Проект был поручен архитектору Егору Ивановичу Диммерту, ученику Стасова. К сожалению, архитектор не дожил до окончания строительства, и храм был достроен уже после его смерти, в 1851 году. Позднее в церкви появилось еще два придела: один – во имя Святых Равноапостольных Елены и Константина, того самого императора и его матери, при деятельном участии которых некогда был обретен Крест Господень и другие христианские святыни; второй – во имя Святого Сергия Радонежского.

И в Воздвиженском храме, и в храме во имя иконы Тихвинской Божьей Матери было множество святынь, к сожалению, не сохранившихся, в числе которых – старинные иконы, кресты с мощами святых и частицами Животворящего Древа Господня (так среди христиан принято называть крест, на котором распяли Иисуса). В годы советской власти, в 1932 году, церкви Крестовоздвиженского собора были закрыты, а святыни разграблены и уничтожены. Перед началом Великой Отечественной войны интерьеры церквей подверглись капитальному переустройству: Тихвинскую церковь отдали под школу, а впоследствии в ней, как и в церкви Воздвижения Креста Господня, разместились реставрационные мастерские.

В 1991 году все храмы Крестовоздвиженского собора возвращены верующим. Собор передан православному приходу, который объединил петербургское казачество – потомков старейших прихожан Предтеченской церкви. На территории храмового комплекса, у алтарной стены Воздвиженской церкви, обращенный лицом к Тихвинской церкви стоит бронзовый бюст последнего русского императора, Николая II, а у подножия полутораметрового гранитного постамента памятника – капсулы с землей тех регионов России, где издавна жили казаки. Это символ верности казачества царю и Отечеству.

Памятник последнему царю был открыт в его день рождения, 19 мая, в 2002 году. Проект его выполнил петербургский скульптор Сергей Алипов, работавший в течение полугода с уникальными историческими источниками и фотографиями из собрания коллекционеров. Здесь, на Обводном канале, стоял лейб-гвардии казачий полк, в составе которого числился царевич Алексей и шефом которого был Николай II. К тому же именно здесь, в Тихвинской церкви Крестовоздвиженского собора, находится первый и единственный в Петербурге престол, освященный по благословению митрополита Владимира во имя императорской семьи (последние Романовы были канонизированы – причислены к лику православных святых за свою мученическую смерть).

В настоящее время еще идут реставрационные работы в Воздвиженской церкви, но силами прихожан и священнослужителей под руководством настоятеля собора восстановлена Тихвинская церковь и церковь Кирилла и Мефодия, благоустраивается территория внутреннего дворика. В двух церквях, Кирилло-Мефодиевской и Тихвинской, проводятся богослужения, свершаются таинства, причем таинство крещения – с полным погружением в воду.

А в Предтеченском садике играют дети, зеленеет трава и слышно, как ветер небрежно и легко звенит в колокола. Проходят столетия, сменяются исторические эпохи, но место это, на пересечении Лиговки и Обводного, всегда будет близко и дорого сердцам петербуржцев.

Крестовоздвиженский собор открыт ежедневно с 9 до 20 ч. Богослужения проводятся в Тихвинской церкви. В церкви Кирилла и Мефодия – воскресные литургии в 7 ч. утра и ежедневные молебны и панихиды.

Адрес: Лиговский проспект, д. 128.

Транспорт: ст. метро «Лиговский проспект»

Автобус: 3, 74

Трамвай: 25,44.

Собор Пресвятой Троицы лейб-гвардии Измайловского полка

От Адмиралтейства устремляются в разные стороны Вознесенский, Невский проспекты и Гороховая улица – знаменитый «трезубец». Один из лучей – Вознесенский проспект, – пересекая прямой линией центр города с севера на юг, обрывается у моста через Фонтанку. А дальше, от моста, где когда-то шла такая же ровная, как солнечный луч, дорога, устремляется к набережной Обводного канала Измайловский проспект. Здесь, между Фонтанкой и каналом, почти двести лет квартировал гвардейский Измайловский полк [77] .

Гвардейские полки селили вдоль главной магистрали военной слободы полка. Так и образовались тринадцать улиц, отходившие от него влево и вправо: 1-й – 12-й Роты и Заротная улица. Сейчас это Красноармейские улицы [78] .

Еще со времен Петра Великого располагались вдоль Фонтанки военные слободы двух первых гвардейских полков – Семеновского и Преображенского. А в 1730 году Анна Иоанновна сформировала новый, третий, гвардейский полк. И назвала его – Измайловский, в память о подмосковном селе Измайловское, где в окружении мамок и нянек, среди зелени тенистых рощ и чистых прудов, в забавах и веселье прошли ее безмятежные детские годы [79] . Полк был переведен из Москвы сразу же после переезда Анны Иоанновны в северную столицу. Императрица переехала в Петербург, так как была уверена, что гвардейцы станут для нее надежной защитой и опорой, а она для них будет «доброй матушкой». По преданию, даже в мундирах измайловцев был шнур в виде косы. Однажды Анна Иоанновна во время утреннего туалета заплетала косу раздумывая, какой мундир придумать для своих гвардейцев. Взглянула на себя в зеркало, улыбнулась и решила [80] .

Собор Пресвятой Троицы лейб-гвардии Измайловского полка

Измайловский полк, который находился под патронажем императоров дома Романовых, покрыл себя незабываемой славой. Он был участником и Отечественной войны 1812 года, и Первой мировой войны, и многих других героических военных походов, но особенно прославился в русско-турецкой войне 1877–1878 годов. Каждый год, 12 октября, во время торжественной службы в соборе склоняли головы гвардейцы в память о товарищах, погибших в кровопролитном сражении за Горный Дубняк, предопределившем ход войны, а в храме долгие годы висели захваченные турецкие знамена и находились ключи от покоренных городов во время войны с Турцией.

Позднее, в 1886 году, перед Измайловским собором был установлен уникальный памятник этой войне – «Воинская слава», созданный по проекту Давида Грима. Он был сооружен в виде колонны из шести ярусов стальных и бронзовых стволов пушек, захваченных у турок Вокруг, на пьедесталах, стояли артиллерийские орудия, тоже трофейные. С тридцатиметровой высоты, с многоярусного монумента, на город гордо смотрел ангел, держащий в руках пальмовую ветвь и венок – символ победы. На гранитном постаменте на бронзовых досках были высечены императорские фамилии и воинские части, участвовавшие в боях, а также описание хода этой войны, победа в которой принесла не только славу русскому оружию, но и свободу Болгарии от турецкого ига.

Но, как гласит петербургская легенда, однажды в 1930 году памятника не стало. Петербуржцы связывали исчезновение памятника с визитом наркома Ворошилова в Турцию: чтобы не напоминать дружественной стране о поражении в этой войне, памятник в одночасье снесли и отправили на переплавку [81] . Долгие годы на месте монумента стоял бюст Василия Стасова, архитектора Измайловского собора, а совсем недавно стараниями настоятеля собора памятник был восстановлен и занял свое прежнее место.

У измайловцев вначале не было своей церкви. При Анне Иоанновне для полка соорудили походный храм-шатер, на зиму его убирали, а офицеры и солдаты ходили молиться в приходские церкви. Впоследствии по приказу Елизаветы Петровны рядом с казармами был сооружен необычный деревянный храм, имеющий в основании равноконечный крест. Особенностью этого сооружения стало то, что купола располагались по четырем сторонам креста, а в центре был главный купол. Строили ее по образцу деревянного храма, находящегося в имении духовника Елизаветы Петровны – Керстово, под Петербургом [82] . Императрица подарила новой церкви богатую утварь. Так и появился первый деревянный храм Святой Живоначальной Троицы при Измайловском полку. Но в 1824 году, когда в Петербурге произошло самое страшное наводнение за всю историю города, храм сильно пострадал. Вода затопила его на два метра, уничтожив и дорогую церковную утварь, и большинство икон.

Император Николай I приказал построить на месте новый каменный храм по образцу затопленного деревянного. Проектировал и руководил строительством собора архитектор Василий Стасов. Сооружение собора было сложным делом, ведь грунт был очень слабый, и пришлось забить около девяти тысяч свай; а зодчий даже два раза попал под арест. Первый раз – на сутки, когда при возведении барабанов и куполов неожиданно дали глубокие трещины все колонны, поддерживающие своды храма, второй – на десять суток, когда рухнул уже установленный большой купол с крестом [83] . Но за три месяца купол восстановили, и в день Святой Троицы, в 1835 году, в присутствии царской семьи храм был освящен, император был доволен и пожаловал архитектору орден Святого Станислава.

Огромное белое здание с четырьмя портиками с коринфскими колоннами по сторонам, с синими, усыпанными бронзовыми звездами куполами и золочеными крестами поражало воображение, удивляя красотой и величием. Это был самый большой храм в России. И внутри собор был просторным и светлым. Свет от самого большого в Европе паникадила [84] в 370 свечей, которое зажигали во время богослужений, казалось, проникал во все уголки собора, окружая и белые коринфские колонны, поддерживающие своды, и сияющие серебром и золотом иконы, и великолепный иконостас, расположенный в центре в виде полуротонды с четырьмя коринфскими колоннами. Этот свет, заполняя все пространство храма, уходил далеко вверх, к синему небу купола со сверкающими звездами, такими же, как на барабанах самого собора.

В храм приходили не только гвардейцы Измайловского полка, но и петербуржцы со всех районов города. Люди шли полюбоваться необыкновенным сооружением, посмотреть на военные парады; особенно многолюдно здесь было в день Святой Троицы, когда совершалось особое праздничное богослужение и молебен с окроплением полкового знамени святой водой. Здесь венчались великий русский писатель Федор Достоевский и его избранница, Анна Сниткина, здесь отпевали знаменитого композитора А. Рубинштейна.

Но в тридцатые годы прошлого века Измайловский собор закрыли. Все воинские святыни, дорогую утварь, иконы, в том числе старинные, перенесенные в собор из деревянного храма, были растащены или переданы в музеи города. Храм превратился в склад. Ходили слухи, что в нем собирались устроить крематорий, но война помешала воплощению этой идеи [85] . В годы блокады собор сильно пострадал от бомбежек, а потом время доделало то, что не смогла война. К началу восстановления возвращенный прихожанам шедевр Василия Стасова представлял собой бесцветное здание без стекол, с брешами в стенах, с затопленным подвалом. А внутри первых прихожан, на деньги которых началось возрождение Измайловского собора, встречали лишь голые стены.

Сейчас собор Святой Живоначальной Троицы, памятник федерального значения, продолжает восстанавливаться. Уже блестят на синих куполах бронзовые звезды, отреставрированы белые стены фасадов. В храме появились новые иконы, среди которых мозаичные изображения Святых Петра и Павла и Николая Чудотворца. Проходят в храме богослужения, совершаются таинства. Неподалеку от собора, на противоположной стороне проспекта, стоит отреставрированная часовня, синий купол которой тоже украшают бронзовые звезды.

Собор стоял еще в лесах, и уже до окончания реставрации оставалось совсем немного, когда в августе 2006 года неожиданно вспыхнувший огонь уничтожил главный купол храма и повредил один из его малых куполов. Этот страшный пожар начался во время службы. Испуганные прихожане выбежали из храма, но тут же бросились назад спасать святыни. Отец Павел, ведущий службу, не покинул собор, пока не окончил богослужение. Людям удалось вынести из пожара всю утварь и иконы, но некоторые из алтарных образов незначительно пострадали, оказались повреждены огнем также и стены храма. Правительство Петербурга выделило 100 миллионов рублей на полное восстановление Троицкого собора. Несмотря на случившееся, возле стен собора в положенное время совершаются богослужения, люди приходят, предлагают помощь, приносят иконы, деньги.

Хочется верить, что скоро вновь засияют бронзовые звезды купола и под сводами отреставрированного собора снова зазвучат слова молитвы.

Престольный праздник Измайловского собора – день Святой Троицы, который отмечается на 50-й день после Пасхи, – собирает, как и раньше, множество прихожан. Они украшают собор и свои дома цветами и зелеными ветками, символами Святого Духа, радуются празднику рождения христианской церкви. Согласно священной истории, в этот день, пятидесятый после Воскресения Иисуса, апостолы собрались вместе и услышали шум, словно сильный ветер заполнил их горницу; потом появились языки пламени и, останавливаясь на каждом из учеников Христа, крестили их. С тех пор апостолы стали говорить на разных языках и понесли людям всего мира христианское учение.

Возвышается новая колонна «Военной славы» рядом с величественным даже после «крещения огнем» собором Живоначальной Троицы Измайловского полка, Измайловским как его называют петербуржцы. И живет в народе память о героическом гвардейском полке, что когда-то располагался на бывшей Вознесенской дороге, которая носит теперь его имя – Измайловский проспект.

Собор Святой Живоначальной Троицы открыт ежедневно с 9 до 19 ч.

Адрес: Измайловский пр., д. 7а.

Транспорт: ст. метро «Технологический институт»

Автобус: 10

Троллейбус: 3, 8

Трамвай: 11, 28, 90.

Церковь Пресвятой Троицы («Кулич и пасха»)

В излучине Невы, где ныне Петербург распахивает ей свои объятия, заботливо одевая в гранит берега, к северо-западу от бывшего села Рыбацкое и деревни Мурзинка стоит церковь Пресвятой Троицы. В тени ветвистых деревьев, вторя заливистым голосам трамваев и теплоходным гудкам с Речного вокзала, звонят ее колокола.

Каждый год на Пасху горожане по традиции красят яйца, пекут куличи и готовят пасхи и идут в Троицкую церковь. Ее так и называют в народе – «Кулич и Пасха».

А когда-то территории вокруг храма принадлежали князю Вяземскому.

Генерал-прокурор Вяземский был директором Императорского фарфорового завода, стоявшего на Шлиссельбургском тракте. Сейчас этот тракт называется проспектом Обуховской Обороны в память трагических событий 1901 года, когда рабочие военного завода сражались здесь на баррикадах. Сейчас это самый длинный проспект города. Князь Вяземский решил устроить резиденцию недалеко от завода. Вскоре в его имении, которое стало называться в честь хозяина – Александровское, возникла прекрасная усадьба с парком. К князю съезжались именитые гости, устраивались роскошные праздники, фейерверки. Сама Екатерина II жаловала князя, щедро одаривала его. Получив от императрицы новый подарок – 200 тысяч рублей, князь решил построить на эти деньги храм, чтобы прославить государыню [86] . И сейчас на южном фасаде церкви можно прочитать: «Твои щедроты соорудили».

Круглый, в виде ротонды с пологим куполом, обрамленный белоснежными колоннами и искусно украшенный пилястрами [87] , храм действительно похож на кулич. А рядом с ним – колокольня, тоже небольшая, но высокая, в виде четырехгранной пирамиды, прорезанной со всех сторон арками для колоколов, – пасха.

Необычен храм и удивительна судьба его автора – архитектора Николая Львова. Когда Николай Александрович жил в Риме, он был так потрясен ротондой храма Весты и пирамидой Цестия, что решил обязательно соединить в одной композиции эти архитектурные образы [88] . Мечта его сбылась при осуществлении проекта церкви Пресвятой Троицы для князя Вяземского.

Церковь Пресвятой Троицы («Кулич и пасха»)

Николая Львова называли гением вкуса, «русским Леонардо». Действительно, как и великий гуманист да Винчи, Николай Александрович был многогранен: архитектор и художник, переводчик и поэт, композитор и собиратель фольклора, изобретатель и инженер. Человек энциклопедических знаний, он много учился, но создавал свои эстетические формы. Даже в личной жизни Львов не побоялся пойти против устоявшихся традиций. Он был влюблен в дочь обер-прокурора, Марию Дьякову, но молодые не получили согласия на брак от родителей девушки. Тогда Николай увез девушку прямо с бала в церковь, где они и обвенчались. Уже через пару часов супруга вернулась на бал, как ни в чем не бывало, и четыре года никто не знал об их тайне. Мария отказывала всем женихам, уверяя родителей, что согласна обручиться только с Николаем. К тому времени Николай Львов уже стал известным архитектором, имел определенное положение в обществе, и, обеспокоенные тем, что дочь так и останется незамужней, родители дали согласие на брак и благословили молодых [89] . Уже шли пышные приготовления к свадьбе, когда счастливые Николай и

Мария сообщили, что родители опоздали на четыре года. Всеобщему изумлению не было предела, и на радостях гости решили повторно обвенчать двух слуг любящих супругов и сыграть-таки свадьбу. Долгие годы прожили Львовы в любви и согласии. За свои заслуги архитектор получил много званий и чинов, но самое главное – это благодарность потомков за его беззаветное служение России, за те великолепные сооружения, которые до сих пор украшают Петербург.

Среди них – и храм Пресвятой Троицы.

Вяземский не ошибся, когда доверился изысканному вкусу Николая Львова. Удивительная по своему архитектурному воплощению церковь «Кулич и пасха» поражает и внутренним убранством. Судьба храма была более счастливой, чем других церквей Петербурга. Его закрыли лишь на 8 лет, а сразу же после войны, в 1946 году, возвратили под эгиду РПЦ. Здание не пострадало от бомбежек, и хотя были вывезены все святыни, часть интерьера сохранилась: в помещении церкви были клуб и библиотека.

Церковь восстановлена по эскизам Николая Львова.

По темно-синему своду купола рассыпаны звездочки-снежинки, словно падающие с самих небес на голубой с золотом иконостас. Много в храме прекрасно выполненных старинных и современных икон в золоченых окладах. Это иконы Серафима Саровского с частицей его Святых мощей и Николая Чудотворца, датируемая 1713 годом, переданная из Никольской церкви г. Колпино. Но главной святыней стала икона Божьей Матери «Всех Скорбящих Радость», которую перенесли в храм Пресвятой Троицы из находившейся здесь же, на Шлиссельбургском тракте, Скорбященской церкви. Это истинно петербургская святыня, потому что чудеса, прославившие образ, происходили на берегах Невы.

Когда-то недалеко от монастыря, посвященного Александру Невскому, был казенный Стеклянный завод и большое поселение, где жили рабочие завода. Однажды к берегу волнами реки прибило икону Богоматери. Нашел образ купец Куракин и, изумленный, принес домой. Икона стала семейной реликвией – ее берегли, передавали детям и внукам; по легенде, однажды она спасла попавшего в страшную бурю купца Семена Матвеева, потомка Куракиных, – он выплыл из кораблекрушения, хватаясь за доску, на которой был написан образ. Спасенный купец передал семейную святыню в часовню во имя Тихвинской Богоматери, что стояла в Стеклянном заводе. И вот однажды во время сильной грозы в здание попала молния. Купол часовни раскололся, все загорелось. В панике забегали испуганные люди, стали спасать иконы и утварь, вынося их из горящей часовни. Когда бушующее пламя стихло, люди увидели икону нетронутой – она не сгорела, а стала светлее и чище, словно очистилась огнем. Это произошло 5 августа (23 июля) 1888 года, и теперь каждый год в этот день прихожане РПЦ отмечают праздник чудесной иконы.

Со всех концов страны в Петербург шли богомольцы – поклониться иконе; часовня не вмещала всех желающих, и тогда для образа возвели Скорбященскую церковь.

После революции Скорбященскую церковь взорвали и разграбили; но икона уцелела. Уже без драгоценной ризы, она была передана в церковь Пресвятой Троицы, где стала главной святыней храма.

Стоит Троицкая церковь, радуя каждого, кто проходит или проезжает мимо. Ее купола видны с теплоходов, плывущих в город по Неве. Проходят в храме богослужения, молебны, совершаются таинства, беседует с прихожанами настоятель, отец Виктор (Китаев), рассказывает о чудесах, совершенных Образом Богоматери, о святых, о православных праздниках, проводит крестный ход в Светлый праздник Воскресения Христова.

И идут уже много лет люди с надеждой в удивительный храм на бывшем Шлиссельбургском тракте, называя его с любовью – «Кулич и Пасха».

Церковь Пресвятой Троицы открыта ежедневно с 8 до 19 ч.

Адрес: пр. Обуховской Обороны, д. 235.

Транспорт: ст. метро «Пролетарская», «Ломоносовская»

Автобус: 53, 97 Трамвай: 27, 44, 24.

Свято-Троицкая Александро-Невская лавра

Как бьющиеся о гранит волны, шумит и волнуется многолюдный Невский проспект, устремляясь от Адмиралтейства к небольшой площади, где на берегу реки Монастырки, бывшей Черной речки, расположена одна из главных святынь города – Александро-Невская лавра. За стенами лавры затихает шум и суетливое движение города. И сам проспект, и площадь, и мост через Неву носят имя прославленного русского князя – Александра Невского, в память которого в 1710 году по велению Петра Великого был заложен монастырь, получивший в 1797 году статус лавры [90] . На площади возвышается памятник покровителю города: на коне и в воинских доспехах невские земли охраняет князь, когда-то, много веков назад, защищавший свои владения от завоевателей-крестоносцев.