Чтение онлайн

Выполнить точную копию Астраханского собора Чевакинскому помешала северная природа. В 1752 году, когда был готов проект, произошло сразу несколько наводнений, и место, где собирались строить храм, было затоплено. За несколько месяцев архитектор переработал первый проект, увеличив не только высоту храма, как ему предлагали, но и ширину, создав практически новый проект, в котором ему удалось и сохранить красоту постройки, и избежать угрозы нового затопления [165] .

Николо-Богоявленский Морской собор

Своей изысканной красотой Никольский собор по праву может соперничать с еще одним шедевром елизаветинского барокко – Воскресенским собором великого зодчего Франческо Барталомео Растрелли. Пять ослепительных золотых куполов на высоких барабанах венчают голубое, как морская гладь, двухэтажное здание Никольского собора, украшенное белоснежными колоннами. Балконы и богато декорированные арочные окна придают зданию необычайную легкость, и, кажется, слышен шум морского ветра, раздувающего белые паруса. И всюду на барельефах из белоснежных облаков выглядывают улыбающиеся херувимы, будто знают, что морское путешествие будет удачным. Ведь храм освящен во имя покровителя всех путешествующих по земле и по морю, спасителя от бед и опасностей, которые подстерегают в долгом пути, – святителя Николая, Мирликийского чудотворца.

По православному преданию, в глубокой древности в Ликии жила благочестивая семья – как и полагается, в мире и согласии; и, как и полагается легендарной семье, она не была благословлена наследником. Не было детей у благочестивой четы, как они ни старались; долгие годы муж и жена молились о сыне, обещая отдать его служению Богу. Наконец, когда они уже отчаялись и состарились, молитва была услышана: у них родился мальчик, которого назвали Николай – «побеждающий народ». С детства мальчик избегал развлечений, проводил время в постах и молитвах, чтении Священного Писания. А когда он вырос, принял сан священника, исполнив обещание родителей.

Став пресвитером [166] родного города, Николай совершил много добрых дел, не ища вознаграждения; а затем решил отправиться в Палестину – на корабле. По дороге Николай смог предсказать страшную бурю и спасти людей, а однажды, когда юный матрос упал с мачты и разбился, силой своей молитвы излечил его.

Николай решил стать монахом и навсегда остаться в Палестине. Но однажды во время молитвы он услышал Глас Божий, повелевавший ему идти к людям и служить им. Николай исполнил повеление, вернулся на родину, в Ликию, и поселился в большом городе Миры. Здесь его избрали главой Мирликийской епархии [167] . Николай был весьма популярен в среде своих сограждан; люди днем и ночью шли к нему за словами утешения и чудесами исцеления. С каждым Николай был приветлив, каждому помогал. Сохранилось немало легенд о его добросердечии и справедливости; и до сих пор малыши верят в Санта Клауса, одаривающего «хороших» детей и ничего не приносящего «плохим».

Николай Чудотворец прожил долгую жизнь, спасая и защищая людей. Но больше всего Николай помогал тем, кто отправлялся в путь морем. Спасал тогда, когда, казалось, гибель была неизбежна, – во время сильных бурь и штормов. Люди молились ему – и приходило спасение. С тех давних пор православные христиане считают Николая Чудотворца заступником моряков и корабелов, отмечают дни его памяти 22 мая и 19 декабря.

В эти дни в Никольском соборе совершаются торжественные богослужения; а в течение всего года по средам совершается акафист Николаю Чудотворцу.

У Никольского собора есть еще один престольный праздник – Богоявления Христова, ведь храм был освящен дважды. Первый раз при Елизавете Петровне – во имя Святителя Николая в 1760 году была освящена нижняя церковь, а через два года, уже при Екатерине Великой, – верхняя церковь – во имя Богоявления Христова. Императрица, лично присутствовавшая на освящении, подарила храму десять икон в золотых окладах в память морских побед, одержанных русским флотом на Черном море [168] . Позднее многие известные люди дарили собору иконы. Композитор Петр Ильич Чайковский, часто бывавший в храме, подарил икону с изображением апостола Петра, поэтесса Анна Ахматова – пророчицы Анны, перед которой она часто молилась. В наши дни храм пользуется вниманием высокопоставленных чиновников.

В Никольском соборе есть много высокочтимых икон Спасителя, святых и Богородицы – «Троеручица», «Тихвинская», «Казанская», «Скоропослушница», «Милующая», «Владимирская». В красиво украшенной раке хранятся частицы мощей святителя Феодосия, архиепископа Черниговского. Внутреннее убранство собора не уступает в своем великолепии внешнему убранству. Посетитель словно попадает в царский дворец: голубой, небесный цвет стен храма, повсюду льется золотой свет, иконы блестят позолотой и драгоценными камнями, золотой резной иконостас поражает неповторимыми узорами, белые ангелочки на облаке, как и со стен фасадов, улыбаются каждому. Все пространство пронизано светом и свежим, словно морской бриз, воздухом. Но не только красотой и святынями отличается Никольский собор от других храмов города.

Уже в парке перед собором можно увидеть обелиск, водруженный в память о 800 моряках, погибших на броненосце «Александр III». На обелиске высечены имена героев с затонувшего корабля в Цусимском сражении в 1905 году во время русско-японской войны. В самом соборе находятся мемориальные доски с именами погибших на броненосце «Петропавловск», 42 погибших в норвежском море в 1989 году моряков-подводников, а также – в память 500 военных моряков, погибших на подводных лодках в послевоенные годы. В дни трагедий на море совершаются панихиды по погибшим, поминают подводников «Курска», теплохода «Механик Тарасов», героев величайших морских сражений в истории российского флота – Чесменского, Цусимского, Синопского.

У погибших на море нет могил, их родным некуда прийти поплакать о близких – и люди идут в морской собор, где помнят о героях и чтят их память.

Но не только печальные даты приводят петербуржцев в храм. В соборе проходят торжественные богослужения в дни закладки, спуска на воду новых кораблей, построенных на петербургских заводах, получают благословение выпускники Военно-морской академии, религиозные моряки перед отправлением в плавание приходят помолиться в «свой» храм – иногда целыми экипажами. В Никольском соборе происходило освящение Андреевского флага – возвращенной святыни российского флота [169] .

Николо-Богоявленский собор всегда был действующим, не закрывался ни на один день – ни в тяжелые 30-е годы XX века, ни в трагические годы блокады. В1941 году он стал кафедральным, и здесь жил Митрополит Ленинградский и Новгородский Алексий, нынешний Патриарх Всея Руси. Каждый день, утром и вечером, в тяжелые для ленинградцев времена он совершал богослужения, и жители блокадного города молились перед старинной иконой Святителя Николая о своих ушедших на фронт сыновьях и мужьях. В память о мужестве жителей блокадного Ленинграда митрополит Гор Ливанских, Илия Карам, привез в освобожденный город медальон с частицей мощей Святителя Николая, хранящийся в соборе и сейчас.

На Никольской площади стоит уникальный собор Саввы Чевакинского, шедевр елизаветинского барокко, главная морская святыня России, который петербуржцы называют любовно «Никола Морской» или «Никола Мокрый».

Николо-Богоявленский Морской собор открыт с 7 до 19 ч.

Адрес: Никольская пл., д. 1 /3.

Транспорт: ст. метро «Сенная», «Садовая»

Автобус: 2, 3

Собор Преподобного Сампсония Странноприимца

Тихо на Выборгской стороне. За Невой, в северной части города, еще шумят леса, зеленеют болотные топи, расстилаются заливные луга. Здесь уже в первые десятилетия после основания города селился рабочий люд: кожевенники, свечники, плотники, труженики сахарного завода – выходцы из российских сел и городов.

Вскоре поселение стали называть Сампсониевской слободой: здесь по велению Петра I осенью 1709 года была заложена деревянная Сампсониевская церковь – в память о победе русских в Полтавской битве. Это знаменитое сражение произошло 27 июня 1709 года, в день памяти Святого Сампсония Странноприимца.

Церковь вначале была кладбищенской. В молодом Петербурге кладбища еще не было: хоронили во дворах, при приходских церквях; а после освящения Сампсониевской церкви государю пришла в голову мысль основать здесь кладбище для православных и иноверцев, которые приезжали из разных стран строить новую столицу и жить в ней. Предание гласит, что Петр решил как нельзя более остроумно: все эти люди – странники, и лучше всего им покоиться возле церкви Святого Сампсония Странноприимца [170] . Здесь в разные годы были похоронены первые архитекторы города: Доминико Трезини, Жан-Батист Леблон, Георг Маттарнови, Андреас Шлютер, а также – скульптор Карло Растрелли, личный врач Петра Лаврентий Блюментрост, известный фельдмаршал времен Анны Иоанновны Бурхард Христофор Миних и многие другие знаменитые люди. К сожалению, это кладбище не сохранилось. О великих петербуржцах напоминает лишь небольшая стела в Выборгском городском саду, на месте, где было раньше старое кладбище. До наших дней сохранилось только одно захоронение: могила кабинет-министра Артемия Волынского, архитектора Петра Еропкина и советника адмиралтейской конторы Андрея Хрущова. Эти люди были обвинены в подготовке государственного переворота и казнены по приказу Анны Иоанновны в 1740 году, 27 июня, как раз в день памяти Святого Сампсония. Это была одна из первых публичных казней в Петербурге. После пыток в тайной канцелярии приговоренных привезли к месту казни, где под взглядами сотен любопытных глаз палач отрубил им головы. Тела казненных долго лежали на эшафоте под дождем и ветром, затем их погрузили в крестьянскую повозку и без всяких обрядов и почестей захоронили в общей могиле, возле Сампсониевского собора. На месте захоронения по проекту архитектора Михаила Щурупова и скульптора Александра Опекушина, автора знаменитого памятника Пушкину в Москве, в 1885 году был поставлен памятник на народные пожертвования [171] . Вскоре после казни государственных преступников по Петербургу пошел слух, что в Иркутском остроге сидит особый узник, чародей Волынский. Через некоторое время возникла легенда, что на самом деле Волынский не был казнен, а вместо него на эшафоте обезглавили куклу. Сам же кабинет-министр был помилован Анной Иоанновной и выслан в острог [172] .

Собор Преподобного Сампсония Странноприимца

Кроме кладбища, в 1713 году при деревянной церкви святого Сампсония была открыта богадельня для странствующих, нищих и сирот. Так же когда-то создал дом для нищих и странников и святой Сампсоний, прозванный за это Странноприимцем.

Святой Сампсоний родился в Риме, в богатой и знатной семье. В юности он учился врачеванию с единственной целью: помогать страждущим и больным. Когда умерли его родители, Сампсоний отпустил на волю своих рабов, раздал все имущество бедным, а сам поселился в Константинополе и начал лечить людей. Однажды тяжело заболел император Юстиниан, и никто из придворных врачей не мог ему помочь. Император усердно молился о своем исцелении – и однажды ему приснилось, что спасти его может лишь лекарь Сампсоний. Тут же во все концы государства были посланы слуги, чтобы отыскать чудесного доктора. Прибыв во дворец, Сампсоний начал лечить Юстиниана лекарствами и молитвами, и его высокородный пациент вскоре выздоровел. Благодарный император предлагал Сампсонию богатые дары, но тот ничего не взял для себя, а лишь попросил построить дом для больных и нищих скитальцев. Юстиниан исполнил просьбу своего спасителя. До самой смерти Сампсоний усердно трудился и, не жалея сил, помогал несчастным, принимал и лечил страждущих. Легенда гласит, что великий лекарь не упокоился и после своей кончины: когда кто-то из служителей странноприимного дома бывал скуп или нерадив, Сампсоний являлся ему во сне и грозил суровым наказанием.

Церковь во имя святого Сампсония на Выборгской стороне вскоре обветшала и была разобрана. На ее месте воздвигли колокольню, а поодаль – новый трехпридельный каменный храм цвета морской волны, с белым декором и с черным луковичным куполом на барабане. Этот храм был освящен в 1740 году; имя его архитектора до сих пор неизвестно, но предполагают, что автором проекта был Доменико Трезини. Первоначально собор был однокупольным, но в 1761 году к нему были добавлены еще четыре небольших главки-луковки (для церкви характерно смешение архитектурных черт допетровского храмового зодчества и эпохи барокко). К зданию храма с запада примыкают колокольня и трапезная. Боковые стены нижнего яруса колокольни украшают мемориальные доски, на которых начертаны слова Петра Великого, обращенные к войскам перед Полтавским боем, а также то, что произнес государь в память погибших в этом сражении. Эти надписи появились уже в 1909 году, когда к двухсотлетию Полтавского сражения проводилась полная реставрация храма. Тогда же на месте первой деревянной Сампсониевской церкви была построена часовня по проекту Андрея Аплаксина, архитектора петербургской епархии. Напротив собора появился памятник Петру Великому, выполненный знаменитым скульптором Марком Антокольским. Взгляд Петра устремлен на собор. Император, опираясь на трость, словно делает шаг вперед, готовый к новым свершениям. Государь будто вспоминает Полтаву, своих сподвижников, храбрость русских солдат, тот славный день, когда развеян был миф о непобедимости войск Карла XII, короля Швеции.

В конце 30-х годов XX века этот памятник сняли с постамента и отправили в Третьяковскую галерею, где он находится и сейчас. Церковь также была закрыта и превращена в овощной склад. И лишь через сорок лет здание собора реставрировали и отдали под филиал Государственного музея «Исаакиевский собор». Сохранившиеся за несколько столетий предметы церковной утвари стали экспонатами музея. Среди них – бронзовые пятигранные светильники, уникальная коллекция подписных икон, написанных выдающимися мастерами, и другие произведения русского декоративного искусства [173] . Но главным украшением собора остается удивительный пятиярусный иконостас, который по праву можно назвать шедевром русской деревянной резьбы XVIII века. Его темно-зеленая стена украшена позолотой; позлащены причудливые витые колонны; а орнаментальная скульптура – головки херувимов, цветочные гирлянды, резные фигурки – поражают взор каждого, кто оказывается перед этим чудом. В ходе реставрации храма был также обнаружен деревянный резной престол, скрытый под мраморными плитами. Он опирается на фигурки орла, льва, ангела и крылатого тельца, символизирующие четырех евангелистов; а в центре престола – жертвенный агнец. Предполагают, что престол этот, судя по изысканности резьбы, характерной для барокко, мог быть перенесен в собор из первой деревянной Сампсониевской церкви. Воссозданы были и два малых иконостаса боковых приделов во имя архистратига Михаила и апостола Иоанна Богослова [174] .

Сегодня Сампсониевский собор не только музей, в котором проводятся выставки и концерты, но и действующий храм. С 2002 года здесь служатся литургии, молебны в память императора Петра Великого, торжественные богослужения в день престольного праздника, 27 июня. В 2006 году в храме впервые с 1909 года Митрополитом Санкт-Петербургским и Ладожским Владимиром было совершено архиерейское богослужение. А копия скульптуры Петра I, заново отлитая по эскизам, заняла свое место на постаменте перед храмом.

Сампсониевский собор – уникальный храм-музей, памятник великой Полтавской баталии, одно из немногих сооружений первой половины XVIII века, сохранившихся до наших дней. Он по-прежнему распахивает резную чугунную решетку надвратной колокольни каждому, кто приезжает в тихий уголок старого города на Выборгской стороне.

Музей-памятник Сампсониевский собор открыт ежедневно, кроме среды, в летний период – с 10 до 20 ч. (касса – до 19 ч.); в зимний период – с 11 до 18 ч. (касса – до 17 ч.).

Богослужения совершаются в субботу и воскресенье, а также – в дни религиозных праздников в 10 ч. и в 17 ч.

Адрес: Большой Сампсониевский проспект, д. 41.

Транспорт: ст. метро «Выборгская»

Трамвай: 2, 6,17, 58.

Церковь Святых Праведных Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы

В центре северной столицы есть удивительно тихие и милые сердцу каждого петербуржца уголки. Один их них – небольшая площадь на пересечении улицы Моховой и Белинского, где возвышается старинный храм – церковь Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы. Рядом шумят многолюдные Литейный и Невский проспекты, бурлит жизнь на Манежной площади, где стоит петербургский цирк, собирает восхищенных гостей города на набережную Фонтанки блистательный Шереметевский дворец. А на площади царит необычайный покой и тихая гармония.

Когда-то эта площадь, мост через Фонтанку и улица назывались в честь храма, но в XX веке они были переименованы в память об известном русском революционере-демократе Виссарионе Белинском, жившем близ Симеоновской улицы [175] . А название Моховой улицы, в конце которой и расположен храм, возникло совсем неожиданно. Оно не связано с болотами и покрытыми мхом лесами, что находились здесь до основания Петербурга. В петровское время сюда из Москвы был переведен Хамовный (ткацкий) двор, и здесь располагались слободы мастеровых хамовников – ткачей, полотнянщиков, скатерников, а улица стала называться Хамовой. К XIX веку это старинное и неблагозвучное название переродилось в более понятное – Моховая, так и появилось современное название этой улицы [176] .

Еще до появления каменной церкви Симеона и Анны здесь, на площади, перед мостом через Фонтанку, стоял деревянный храм, построенный в 1714 году в память о рождении любимой дочери Петра I – Анны. Император, проводивший почти все время в разъездах, никогда не забывал о своих дочерях – Анне и Елизавете. С ними он всегда был добр и ласков, баловал их и любил смотреть на их веселые проказы и забавы. Анна, старшая из дочерей, очень походила на отца: была умна, мила в общении и образованна. Именно с Анной император связывал свои будущие надежды; он выдал шестнадцатилетнюю дочь замуж за герцога Голштинии Карла-Фридриха, мечтая дождаться внука, которому сможет передать управление великой державой. Но смерть пришла раньше. Через три года во время родов скончалась и двадцатилетняя Анна, дав жизнь будущему Петру III [177] .

Анна Иоанновна, пришедшая к власти в 1730 году, также считала Святую Анну своей покровительницей и на месте деревянной Симеоновской церкви повелела построить каменный храм, поручив его проект архитектору Михаилу Земцову Торжественное освящение храма состоялось в 1734 году в присутствии самой императрицы. До 1802 года он был придворным: сюда приходили высокопоставленные вельможи и члены царской семьи. Позднее император Павел присвоил церкви орден Святой Анны, изображение которого украшало вход в церковь, и она стала кавалерской [178] . Орден Святой Анны в честь своей умершей супруги учредил герцог Карл-Фридрих, а сын Анны, император Петр III, причислил его к русским орденам. Кавалерский праздник отмечается в день Сретенья Господня.

Каменный храм несколько раз расширялся и обновлялся; в 30-е годы XX века он был надолго превращен в склад, а потом – реконструирован и отдан метеорологическому музею. В 90-е годы прошлого века богослужения возобновились, и настоятель продолжает трудиться на благо восстановления храма. К сожалению, ничего из былого великолепия внутреннего убранства не сохранилось; утрачен резной иконостас, разбита богатая лепнина, иконы, выполненные лучшими придворными мастерами, переданы в музеи и другие храмы.

Так, в Николо-Богоявленском соборе до сих пор находится святыня Симеоновской церкви – икона Божьей Матери «Троеручица», которую, по преданию, прибило к храму водой во время страшного наводнения 1777 года. Этот чудотворный образ исцелил Преподобного Иоанна Дамаскина, когда халиф Дамаска обвинил святого в измене и приказал отрубить ему правую руку, чтобы повесить ее на рыночной площади. Но Иоанн упросил халифа отдать ему руку и долго молился перед иконой Божьей Матери. После долгой молитвы он уснул и увидел во сне Богородицу, которая обещала Иоанну исцеление. И действительно, когда Святой Иоанн проснулся, рука была невредима. В благодарность сделал Иоанн руку из серебра и приложил к чудесному образу – так икона получила название «Троеручица».

Светло и уютно в возрожденном храме. Новое убранство и не отличается пышной роскошью, но у посетителя создается ощущение подлинной, простой и понятной каждому красоты и душевности.

Поэтому, наверное, в храме всегда немало людей. В нем служатся литургии, проводятся церковные таинства, а 15 февраля, в праздник Сретения Господня, перед новыми иконами Святого Симеона Бого-приимца и Анны Пророчицы проходят торжественные богослужения. Согласно Священной истории, в этот день произошла встреча, сретение, Христа и Симеона Богоприимца в Иерусалимском храме. На сороковой день после рождения Иисуса Мария и Иосиф принесли младенца в храм. Чтобы исполнить Ветхозаветный закон, для посвящения Иисуса Богу принесли жертвы – двух голубей. Так повелось, что в благодарность за рождение первенцев приносили в храм жертвы: богатые жители Иерусалима – ягнят, а бедные – птиц. Долго ждал этого дня старец Симеон, более 300 лет, ведь предсказано ему было, что не покинет он мир, пока не увидит Сына Божьего. И вот в этот день явился к Симеону Святой Дух и сказал, что в храме ждет его долгожданная встреча. Пришел в Иерусалимский храм Симеон, встретил Марию с Иосифом, взял младенца на руки и возрадовался, что пришел на землю Спаситель, что сам он теперь может умереть, как и было предсказано. В это время в храме была 84-летняя вдова Анна, удостоенная дара пророчества за свою долгую благочестивую жизнь. День и ночь молитвами и постом служила она Господу. И подошла она к Спасителю и восславила его. Праведный Симеон получил прозвание Богоприимец за то, что держал на руках младенца Иисуса, а в память об этом событии ежегодно, на сороковой день после Рождества Христова, празднуется Сретенье Господне, чтят память Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы.

Уже много веков стоит на углу Моховой и Белинской улиц Симеоновская церковь. Она сохранилась такой, как когда-то создал ее Михаил Земцов, ученик Доменико Трезини, первый русский зодчий, официально удостоенный звания архитектора, выдающийся мастер аннинского барокко, отдавший тридцать лет жизни строительству города. Храм сохранил все традиционные черты архитектуры раннего барокко и свою индивидуальность: два цвета в окраске стен, вытянутый в плане четверик, многогранный барабан купола, мотив балконов, покоящихся на колоннах, пилястры и лепнину в оформлении стен фасадов [179] .

Уникальная церковь первой половины XVIII века, одно из старейших зданий Петербурга, как и прежде, украшает уютную площадь у моста через Фонтанку. Люди приходят почтить память святых Симеония и Анны, просто посидеть возле храма, полюбоваться спокойным течением реки, отдохнуть от суеты центра в этом тихом уголке, расположенном за парадными фасадами.

Церковь Святых Праведных Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы открыта ежедневно с 10 до 18 ч.

Адрес: Моховая ул., д. 48.

Транспорт: Троллейбус: 3, 8,15

Трамвай: 13, 54.

Церковь Святой Великомученицы Екатерины

Отсюда берут начало линии Васильевского острова. Там, где должны были протекать каналы, по оживленным тротуарам весело спешат студенты. Подходя к факультету русской филологии и культуры РГПУ им. Герцена, нельзя не заметить старинной церкви. Когда-то с ее обветшалого купола грустный ангел благословлял всех прохожих, глядя с высоты на город. Крылья и плечи его хлестали ливни и снега, капризные ветры дули в лицо, но ангел только улыбался.

Он был третьим ангелом, замыкающим равнобедренный треугольник, образуемый им вместе с ангелами Петропавловского собора и Александрийского столпа. Попадая в пространство между ними, человек оказывался в совершенно ином, особом измерении – петербургском, и оставался пленником города навсегда. Здесь словно оживает город; и река, в дельте которой он основан, передает бразды правления заливу. В каждом глотке воздуха тут растворены история и мистика, и, наверное, этот треугольник и есть вместилище души Петербурга, хранимой ангелами. Долгие годы возвышались над Невой три петербургских ангела: золотой – Петропавловского собора, бронзовый – Александрийской колонны и серебряный – церкви Святой Екатерины. У петербуржцев есть поверье: пока три ангела парят над городом, он защищен от любой беды.

Грустный ангел нес свою службу на куполе церкви Святой Екатерины, той самой, мимо которой вдоль Съездовской текла пестрая толпа народа. Съездовская линия называлась до революции Кадетской, потому что здесь, рядом с Меншиковским дворцом, располагался Первый Кадетский корпус. Линия получила свое современное название в память о Первом Всероссийском съезде Советов, который проходил в Соборном зале корпуса [180] .

Церковь была построена во имя одной из наиболее почитаемых святых – великомученицы Екатерины. В Петербурге особо чтят эту святую еще и потому, наверное, что две российские императрицы получили в крещении это имя: Екатерина I и Екатерина II. По указу Петра Великого был даже учрежден особый орден Святой Екатерины, «За любовь и Отечество», который вручали только женщинам из царствующего дома Романовых и знатным дамам. Первой получила этот орден Екатерина I, спасшая царя Петра от турецкого плена во время Прутского похода.

До революции в Петербурге и пригородах было более 10 храмов Святой Екатерины. И в наши дни их немало. Есть католический, лютеранский, армяно-григорианский храмы, несколько православных, один из них – на Васильевском острове, на Съездовской линии.

Над Кадетской линией раздавался мощный звон пятисотпудового колокола, перекликаясь с мелодичным звоном колоколов Князь-Владимирского собора, стоящего на другом берегу Малой Невы, и Петропавловского собора, возвышающегося на Заячьем острове.

В Петербурге со дня его основания стояли полки, и для каждого из них строили свою полковую церковь. В 40-е годы XVIII века здесь квартировал Кабардинский полк, для него была возведена деревянная церковь Живоначальной Троицы; а потом – Астраханский драгунский и Кексгольмский полки, и для них построили на месте церкви Живоначальной Троицы Никольский храм, тоже деревянный.

Особым почитанием пользовалась у солдат и офицеров храмовая икона Святой Екатерины, и церковь стали называть ее именем. При Екатерине II храм считался «оспенным». Были такие храмы в Петербурге, здесь молились только больные оспой, а священники таких церквей могли ходить только в дома, где были больные. Люди старались обходить этот район города стороной – и храм опустел.

На Рождество в 1809 году церковь загорелась, погибла вся церковная утварь, но икону великомученицы Екатерины прихожане вынесли из огня. Как положено, поползли слухи: богобоязненные старушки шептались, что, мол-де, огонь послан не случайно, очистилось место.

Прихожане стали собирать деньги на новый храм. Простые мастеровые и крестьяне, именитые горожане и богатые купцы несли пожертвования. Строили храм двенадцать лет. В 1823 году каменную церковь Святой Екатерины освятили, и спасенная икона вернулась в свой новый дом. Через сорок лет рядом с храмом вознеслась многоярусная пятидесятиметровая колокольня.

Автором нового храма был архитектор Андрей Алексеевич Михайлов-второй (первым называли его старшего брата, Александра Алексеевича Михайлова). Андрей Михайлов окончил Академию художеств с золотой медалью, остался преподавателем архитектурного класса, стал профессором, занимался просветительской деятельностью, безвозмездно издавал со студентами книги по архитектуре и живописи. Но в 30-е годы XIX века зодчего отстранили от должности, он перестал получать заказы. Николай I не оценил по достоинству тридцатилетнюю службу мастера. Посетив выпускные экзамены в Академии, император остался недоволен качеством знаний выпускников и отправил в отставку многих преподавателей, в том числе и Андрея Михайлова [181] .

А между тем зодчий Михайлов-второй, ученик Василия Стасова и Андреяна Захарова, был талантливым мастером строгого классицизма. Приемы, которые использовал архитектор, характерны для культовых построек этого стиля. По его замыслу, храм Великомученицы Екатерины – центрально-купольное сооружение, в основе которого лежит греческий крест, – поставлен несколько в глубине от «красной линии» улицы [182] . Словно корабль, вплывающий в порт на Стрелке Васильевского острова, с мощным куполом на барабане, окруженном колоннами, храм виден издалека. А на куполе, на шаре – стоял деревянный ангел, покрытый свинцом, и держал в руках золоченый крест. Но ветра и дожди не пощадили ангела над храмом святой Екатерины – его сняли на реставрацию. Сейчас ангел воссоздан и пока стоит в церковном дворе, но скоро займет свое место, и будут, как прежде, охранять город три летящих ангела.

Внутри храм был просторным и светлым, как большинство христианских храмов. Под голубым сводом купола с кессонами, украшенными лепными розеттами [183] , сиял золотом иконостас. Для него писали иконы выдающиеся живописцы: К. Брюллов, Г. Угрюмов, Ф. Брюлло, а скульптурное убранство создавал В. Демут-Малиновский. Прихожане любили свой храм, украшали иконы, заботились о них. В основном прихожанами были рабочие биржи и порта, которые трудились и жили неподалеку, на Стрелке. И сверкали серебром и драгоценными камнями Иверская и Казанская иконы Божьей Матери, икона великомученицы Татьяны. Но по-прежнему главной святыней храма оставалась старинная икона великомученицы Екатерины. Имя Святой означает – «чистая». Вот что говорит о ней православное предание.

«Такой же светлой и чистой была ее жизнь. Екатерина жила в Александрии и была дочерью богатого вельможи. Многие женихи просили руки красивой и умной девушки, но гордая Екатерина считала всех женихов недостойными. Однажды она встретила старого странника, который пообещал ей найти жениха, превосходящего по достоинствам Екатерину. Не поверила, рассмеялась девушка, а ночью увидела сон: явилась перед ней в окружении ангелов Богоматерь и держала на руках младенца, прекрасного, как солнечный свет, но не смотрел он на Екатерину, отворачивал лицо. Сжалилась Богоматерь, спросила свое Чудесное дитя, что сделать Екатерине, и ответил младенец: «Пусть спросит девушка у старца, он знает». Утром пришла изумленная девушка к страннику, и рассказал он ей о Боге, о Сыне Божественном. Поверила Екатерина, приняла крещение и, вернувшись домой, долго молилась, пока не сморил ее сон. И снова перед ней появилась Дева Мария с прекрасным младенцем. Смотрел он ласково, с любовью, не отворачивая лица, а на правый палец девушки надел кольцо. И стала Екатерина невестой Христа. Милосердие и любовь поселились в ее сердце, стала она скромной, перестала гордиться, одно у нее было теперь желание – жить для своего Чудесного жениха.

А однажды, когда император устроил языческий праздник, пришла Екатерина к нему и без страха стала стыдить, что он поклоняется идолам. Разгневанный правитель бросил девушку в темницу. Стали пытать ее, чтобы отказалась от веры, но все мучения Екатерина переносила мужественно. А когда император предложил великомученице стать его женой и обещал все богатства мира, отвергла она предложение, не отреклась от Божественного жениха. Разгневался император и велел отрубить Екатерине голову, но и под страхом смерти не отказалась она от своей веры. Святые останки ее перенесены были монахами на гору Синай. Такой чистой и трагической была судьба великомученицы Екатерины».

Церковь на Васильевском острове тоже пережила немало бед.

После 1917 года храм заняла община одной из ветвей православного христианства – так называемых раскольников-обновленцев; в 30-е годы XX века церковь закрыли, ее здание передали Гидрологическому, а позднее – Нефтяному исследовательскому институту. Святыни, как и в других храмах, были разграблены, здание осквернили, медный крест вырвали из рук ангела и отправили на переплавку. Долгие годы стоял грустный ангел, сжимая пустые ладони, как если бы по-прежнему держал в них крест. А самого ангела перекрасили в черный цвет; и петербуржцы стали называть его «Черный ангел». 60 лет в здании церкви был научный центр, здесь находились склады химикатов, лаборатории, проводились химические опыты.

Однако церковь возродилась. Под руководством ее настоятеля работают катехизаторские курсы [184] , есть любительский хор.

Еще не восстановлена основная часть храма, стоит на земле ангел с крестом – точная копия того, что когда-то летел над Невой, – но уже проводятся богослужения: литургии, таинства, всенощные бдения; каждый четверг служат молебен с акафистом святой Великомученице Екатерине.

И каждый год, 7 декабря, в день памяти святой, звонит новый колокол, перекликаясь с колоколами Князь-Владимирского и Петропавловского соборов, зовет жителей Васильевского острова на праздничную службу во имя великомученицы Екатерины.

Церковь Святой Великомученицы Екатерины открыта ежедневно с 9 до 19 ч.

Адрес: Съездовская линия, д. 27-а.

Транспорт: ст. метро «Василеостровская»

Автобус: 1,128

Троллейбус: 1, 9

Церковь Святого Великомученика Пантелеймона Целителя

Летний сад – одно из самых романтичных мест Петербурга. И летом, когда он наполнен зеленой прохладой, и зимой, когда вековые деревья укрыты снежными уборами, здесь всегда многолюдно. Об этом месте рассказывается масса легенд. Одна из них – о сказочно богатом англичанине, который на склоне лет решил увидеть знаменитую решетку сада. Снарядив яхту, он отправился из туманного Альбиона в Петербург. А когда его яхта вошла в Неву и подошла к Летнему саду англичанин приказал бросить якорь. Он долго любовался фантастической красотой решеток ограды, а затем на глазах у изумленной толпы любопытных горожан отправился обратно, так и не сойдя на берег, – заморский путешественник объяснил, что в этом нет смысла, ведь ничего прекраснее он уже не увидит [185] .

Когда-то сад украшали фонтаны, но их уничтожило наводнение 1777 года, а речка, из которой для них брали воду, до сих пор называется Фонтанкой. Со временем речка оделась в гранит, а от ее набережной протянулись ровные улочки. Одна из них начинается прямо у Летнего сада – это улица Пестеля.

Павел Иванович Пестель был героем Отечественной войны 1812 года, а затем стал руководителем революционного общества. По приказу императора Николая I Павел Пестель и четыре его товарища были повешены за попытку совершения государственного переворота. В память о декабристе, жившем недалеко от набережной, и названа эта улица. Но раньше она называлась Пантелеймоновской, ведь здесь, рядом с мостом через Фонтанку, у Летнего сада, стоит старинная церковь во имя святого Пантелеймона [186] .

Церковь Святого Великомученика Пантелеймона Целителя

Пантелеймоновская церковь – мемориальный храм. На стене церкви уже почти сто лет висят две памятные мраморные доски. На одной можно прочитать: «Сей храм воздвигнут в царствование Петра Великого в 1721 году во благодарение Богу за дарованные победы над шведами в день Святого Пантелеймона 27 июля при Гангуте в 1714 году и при Гренгаме в 1721 году.» А рядом в мраморе высечены названия воинских частей, участвовавших в этих морских сражениях. Оба сражения произошли в день памяти великомученика Пантелеймона. Это были величайшие битвы в истории молодого русского флота. В 1714 году при Гангуте русские галеры одержали блистательную победу, захватив в абордажном бою десять кораблей противника. Это была «Морская Полтава». А через шесть лет при Гренгаме, заманив тяжелые парусные корабли шведов в узкий пролив и посадив их на мель, русские моряки в абордажном бою захватили в плен четыре фрегата. Эти сражения предопределили исход войны. Россия одержала победу и превратилась в великую морскую державу [187] .

А в слободе, где долгие годы находилась Партикулярная верфь и селились мастеровые и служащие, была построена часовня, а затем – храм в честь этих славных побед. На Партикулярной верфи тогда строили суда для именитых петербуржцев. Петр Великий мечтал видеть свой город подобием Венеции, поэтому при нем было принято переправляться с острова на остров на небольших судах, заменивших кареты и коляски. Сам Петр любил прогуляться по Неве – от Летнего дворца в Летнем саду до дворца Меншикова на Васильевском острове.

При Петре I Пантелеймоновская церковь была деревянной, но при Анне Иоанновне, в 1735–1739 годах, построили каменную. Этот храм и стоит в начале улицы Пестеля, прямо у Летнего сада, сохранившись почти в первоначальном виде: легкое однокупольное сооружение с причудливо оформленным барабаном, увенчанным луковичной главкой; с бордово-коричневыми фасадами, украшенными пилястрами, и колокольней с высоким шпилем. Это здание – одно из немногих сохранившихся построек раннего барокко.

Кто был архитектором церкви, с полной уверенностью сказать трудно. Авторство проекта приписывают Ивану Коробову, знаменитому зодчему, получившему образование в Голландии по приказу Петра Великого, архитектору Адмиралтейств-коллегии, воспитавшему талантливых учеников, среди которых Савва Чевакинский и Александр Кокоринов. Но документов, подтверждавших авторство Коробова, не сохранилось. Известно, что в эти годы он занимался возведением корпусов Партикулярной верфи, поэтому, возможно, Коробов и был автором проекта Пантелеймоновского храма [188] . Авторство приписывают также архитектору Пьетро Трезини, сыну первого зодчего города Доменико Трезини [189] . В XIX веке выпускник Академии художеств, профессор архитектуры Викентий Иванович Беретти занимался перестройкой храма, устроил своды, несколько повысил и расширил внутреннее пространство. В дальнейшем церковь несколько раз реставрировалась.

До революции этот уникальный памятник морской славы России берегли и охраняли; но в 30-е годы XX века власти города приняли решение снести храм. К счастью, его только закрыли и передали заводу «Электропульт». Позднее здесь размещался музей Гангутского сражения. В 90-е годы храм был возвращен прихожанам. От былого убранства ничего не сохранилось. Исчезли росписи, пожухли стены, когда-то облицованные искусственным мрамором, был снесен иконостас. Много работы по восстановлению иконостаса и всего внутреннего убранства проделано настоятелем церкви и прихожанами. Петербуржцы по-прежнему любят этот храм.

Для многих горожан это место связано с именем Александра Сергеевича Пушкина. Ведь здесь, на нынешней улице Пестеля, в доме № 5, Пушкин жил с семьей в 1833–1834 годах. В этом доме он завершил работу над многими известными произведениями: «Медный всадник», «Анжело», «История Пугачева», «Сказка о рыбаке и рыбке», «Сказка о мертвой царевне» [190] . Александр Сергеевич часто прогуливался по Летнем саду, а возвращаясь, возможно, заходил в храм, чтобы постоять у иконы целителя Пантелеймона с частицей мощей святого.

Старинная мозаичная икона на малиновом бархате сохранилась до нашего времени и является главной святыней восстановленного храма. В престольный праздник, день святого Пантелеймона, 9 августа, в храме совершается торжественное богослужение. Прихожане молятся об исцелении от болезней телесных и душевных и верят, что целитель поможет. Вот что рассказывают о нем богобоязненные прихожане:

«Родился святой Пантелеймон в давние времена, во время правления императора Максимиана, в Никомидии. Мать его, благочестивая христианка, рассказывала сыну о Боге и Иисусе, но, когда она умерла, отец-язычник отдал мальчика в языческую школу, где он изучал искусство врачевания, а потом стал придворным врачом. Однажды целитель познакомился с пресвитером Ермолаем, который рассказывал юноше о христианстве, проводя с ним в беседах долгие часы. И получил от Бога юный врач дар исцеления Божественной силой: однажды увидел он лежащего на дороге ребенка, укушенного змеей, и стал молиться о чуде. И ожил ребенок. Принял тогда целитель крещение и получил новое имя – Пантелеймон, что значит «всемилостивый». С тех пор он стал исцелять людей от тяжких болезней не только лекарствами, но и силой веры. Помогал бедным, калекам, слепым, лечил, а денег не брал. Слава о целителе Пантелеймоне разлетелась по всему свету, шли к нему люди, прославляли и уважали. Даже его родной отец принял христианство, уверовав в силу Бога. Но нашлись завистники, донесли императору, что Пантелеймон христианин. Разгневался жестокий правитель и приказал пытать святого Пантелеймона: его сажали в котел с расплавленным металлом, бросали на растерзание голодным хищникам, мучили его тело железными гвоздями, бросали в воду, привязав на шею камень. Но молился целитель и оставался невредим. Тогда разгневанный император приказал отрубить ему голову».

Мощи святого Пантелеймона хранятся по всему миру; есть их частица и в Петербурге, в церкви у Летнего сада. Возрождается храм, приходят сюда и врачи, покровителем которых считается целитель Пантелеймон, и больные, и моряки – ведь это мемориальный храм, памятник в честь незабываемых побед русского флота. Приходят и простые посетители, увидев силуэт старинного храма сквозь листву деревьев Летнего сада.

Церковь Святого Великомученика Пантелеймона Целителя открыта с 9 до 19 ч.

Адрес: ул. Пестеля, д. 2а.

Транспорт: ст. метро «Чернышевская»

Автобус: 16, 136

Троллейбус: 3, 8,15,49

Трамвай: 54, 90.

Церковь Рождества Святого Иоанна Предтечи (Чесменская)

Оживленная и нарядная улица Ленсовета, пересекаясь с улицей Гастелло, уступает подруге дорогу и пропускает вглубь, а потом, махнув ей извилистой рукой, словно в предвкушении какого-то волшебства, убегает дальше по своим делам, оставив прохожего наедине с залитым солнцем чудом – Чесменской церковью.

Как причудливый сказочный замок фата-моргана, красуется храм посреди широкой песчаной площади, окруженной рядами аккуратно посаженных елочек. И непонятно, как здесь, среди строгого и такого знакомого по семейным фотографиям облика Петербурга 50-х годов прошлого века, затерялось это чудо. Кажется, еще миг – и видение растает…

Нежно-розовая в белом, с причудливыми готическими башенками, зубчатым парапетом и стрельчатыми окнами, с вертикальными тягами на стенах, стройная и прекрасная, словно невеста, церковь эта не похожа ни на один православный храм и смотрится шуткой, причудой какого-нибудь архитектора, среди монолитных построек сталинского ампира. А вместе с тем – это единственное сооружение в Московском районе, сохранившееся с XVIII столетия, как и расположенные на противоположной стороне улицы корпуса университета аэрокосмического приборостроения – бывшего путевого дворца Екатерины II.

Некогда на этом месте было гнилое болото, окруженное густым темным лесом. Неподалеку, на небольшом возвышении, окруженном земляным валом, пасся скот, клубился дым из труб домиков финских крестьян, звавших местность вокруг «кикерикексен», что на финском языке означает «лягушачье болото». Именно тут, на 7-й версте Царскосельского тракта, в 1774 году и повелела Екатерина II построить путевой дворец для отдыха по дороге из Петербурга в Царское село. Двухэтажное здание с круглыми башенками-бойницами по краям перед воротами было окружено рвами с водой, над которыми нависали подъемные мосты. Этот дворец должен был выглядеть как родовой рыцарский замок: в нем находились портреты членов императорской семьи и их родственников, старинные картины, мебель и предметы интерьера, воссоздающие атмосферу средневековья. Проектировал дворец архитектор Юрий Михайлович Фельтен; он взял за основу средневековый английский замок Лонгфорд в соответствии с господствовавшей тогда в архитектуре модой на английскую готику [191] .

По преданию, именно на 7-й версте по дороге в Царское село Екатерину II догнал гонец, передавший радостную весть о победе русских войск над турецким флотом в Чесменской бухте [192] . В те годы, с 1768 по 1774, шла очередная русско-турецкая война. Бригадиру артиллерии, пращуру Пушкина Ивану Ганнибалу, сыну арапа Петра Великого, было поручено подготовить четыре брандера [193] , чтобы поджечь турецкий флот. Решающее сражение с турками началось в Эгейском море 24 июня 1770 года, в день рождества Иоанна Предтечи. Российский флот, несмотря на значительное превосходство противника в силе и численности, атаковал эскадру турок. Турецкий флот был вынужден отступить в Чесменскую бухту, под прикрытие береговой артиллерии, но уже 26 июня моряки под предводительством контр-адмирала Самуила Грейга пробрались в бухту и с помощью брандеров смогли поджечь несколько турецких кораблей. Начался большой пожар, из-за которого весь флот противника был уничтожен. Потери русских составили всего 11 человек, между тем как турецкая флотилия недосчиталась всех своих судов и более десяти тысяч солдат и офицеров. По этому поводу адмирал Спиридов в своем донесении в Петербург сказал: «Честь Всероссийскому флоту! С 25 на 26 неприятельский военный турецкий флот… атаковали, разбили, разломали, сожгли, на небо пустили, потопили и в пепел обратили, а сами стали быть во всем архипелаге господствующими» [194] . Императрица была несказанно обрадована и впоследствии приказала выстроить дворец на том самом месте, где ее догнал гонец. Вначале этот путевой дворец называли Кикерикексенским – по наименованию местности, а потом – Чесменским.

Во дворце этом во времена Екатерины II заседал капитул [195] учрежденного в 1769 году ордена Святого Великомученика Георгия. Этим знаком отмечали исключительно военных за подвиги и ревностное служение Отечеству. За Чесменскую победу орден Святого Георгия был пожалован графу Алексею Орлову и контр-адмиралу Самуилу Грейгу. Адмирала Григория Спиридова наградили орденом Андрея Первозванного. Была также учреждена серебряная медаль, изображающая победную атаку русских кораблей и разгром турецкого флота, которую вручили всем участникам сражения.

Кроме того, в Петербурге и окрестностях было создано немало памятников в честь Чесменской победы: это и обелиск в Гатчине, и ростральная колонна в Царскосельском парке, и Чесменский зал в Петергофском дворце; но особое значение Екатерина придавала сооружению памятного храма.

В 1777 году в присутствии Екатерины II и шведского короля Густава III [196] напротив Чесменского дворца был заложен храм во имя святого Иоанна Предтечи (поскольку именно в день его рождения началось сражение). Проект храма был также поручен Фельтену, и уже 24 июня 1780 года в ознаменование десятилетнего юбилея Чесменского сражения храм был освящен в присутствии императрицы Екатерины II и римского императора Иосифа II [197] . По поводу торжественного юбилея и окончания строительства во дворце был дан прием. Для него специально из Англии заказали столовый сервиз из 592 предметов, на каждом из которых была изображена зеленая лягушка – герб дворца [198] .

И храм, и дворец представляли собой единый ансамбль, названный Чесменским, а местность «Кикерикексен» стала с тех пор именоваться Чесмой. Екатерина II любила Чесму и приезжала сюда не только дважды в год на храмовые праздники, но и на Масленицу. После литургии во дворце давались пышные обеды, под звуки веселой музыки устраивались народные гулянья, катанье на санях зимой или на лодках летом, фейерверки. Чесменский ансамбль стал центром огромной пригородной территории. Сама же церковь очень полюбилась прихожанам.

Внутреннее убранство церкви было простым: невысокий белый иконостас, выполненный по проекту Фельтена, и иконы работы неизвестного итальянского мастера, среди которых наиболее интересными были «Распятье Спасителя» и икона Иоанна Крестителя. Храм украшала картина с видом Чесменского сражения. При входе была установлена мемориальная доска, рассказывающая, что храм был сооружен в честь Чесменской победы. Необычный облик придавал церкви сходство и со средневековым европейским замком, и со сказочным королевским дворцом, а колокола и пятиглавые купола с крестами роднили ее с традицией русского храмового зодчества. Готические окна зрительно увеличивали внутреннее пространство небольшого здания. И сегодня, заходя в Чесменскую церковь, посетители бывают поражены изысканной простотой и отсутствием вычурности, которые при этом так удивительно гармонируют с оригинальностью внешнего облика храма.

История Чесменской церкви неотделима от истории Чесменского дворца. И хотя дворец неоднократно перестраивался, а время вносило определенные архитектурные изменения и в облик церкви, они всегда сохраняли единство ансамбля. В эпоху правления Николая I в Чесменском дворце открылась богадельня для ветеранов и инвалидов Отечественной войны 1812 года. К зданию было пристроено три двухэтажных флигеля, в которых разместились бывшие рядовые и офицеры, среди которых было немало георгиевских кавалеров. Территория вокруг богадельни стала благоустраиваться благодаря стараниям попечителей и обитателей: разбили парк, выстроили теплую церковь и три новые часовни, к сожалению, не сохранившиеся до наших дней.

Неподалеку от Чесменского ансамбля постепенно выросло небольшое кладбище, где хоронили бывших воинов, нашедших свой последний приют в Николаевской богадельне. И в наши дни за церковью есть небольшой погост. Там лежат воины-герои, погибшие в годы Великой Отечественной войны на ленинградском фронте; среди них – Герой Советского Союза летчик Алексей Севастьянов и Герой Советского Союза Феодосий Смолячков; их именами названы улицы Петербурга. Но над большинством могил нет имен, одинаковые серебристые надгробия украшает только скромная надпись: «Вечная память героям, павшим в бою за Родину». Возле этих могил всегда лежат живые цветы – их приносят жители микрорайона, ученики школ и учебных заведений, находящихся неподалеку, и прихожане церкви, ухаживающие за кладбищем. В центре захоронений – обелиск славы из розового гранита, поставленный в память доблестных воинов, павших за свободу и независимость нашей Родины. Перед входом на кладбище – крест с надписью: «Вечная память павшим во имя России в период Отечественной войны 1812 года, русско-турецких войн 1768–1774,1828—1829 и 1877–1878; Крымской кампании 1853–1855, Русско-японской войны 1904–1905, Первой мировой войны 1914–1918, Великой Отечественной войны 1941–1945». Так сохраняется традиция: дворец и храм, построенные в ознаменование Чесменской победы, стали памятником всем великим победам и воинам-героям, сложившим головы за Отчизну. Ежегодно священнослужители Чесменского храма проводят здесь поминальные молебны.

Время шло, а Чесма принимала под свой кров воинов-ветеранов и инвалидов, доживавших свои дни в почете и заботе. Традиции учреждения сохранялись вплоть до 1919 года, когда советская власть ликвидировала богадельню, спешно переведя стариков в другие заведения города. В Чесменском дворце вместо богоугодного заведения разместился первый в Советской России лагерь принудительных работ «Чесменка». Вместо креста на куполе церкви установили клещи, молот и наковальню – символы пролетарского труда [199] . Иконы и церковная утварь были изъяты и переданы в Эрмитаж. Незадолго до Великой Отечественной концлагерь «Чесменка» уступил место Ленинградскому институту авиаприборостроения – нынешнему ГАА-Пу; до сих пор студенты подшучивают над своей нелегкой участью.

Чесменский храм долгое время использовался под склад. В1930 году пожар уничтожил уникальный иконостас, спроектированный Фельтеном, и от внутреннего убранства храма почти ничего не осталось. В годы войны дворец и церковь, находившиеся на переднем рубеже обороны Ленинграда, сильно пострадали. Дворец отреставрировали быстрее, поскольку студентам негде было продолжать обучение, а Чесменскую церковь решено было восстановить только в 70-е годы, чтобы передать уникальное здание филиалу Военно-Морского музея «Чесменская победа», находившемуся в стенах храма до 1990 года.

Вновь на причудливых башенках-куполах засияли кресты, постепенно по первоначальному проекту был восстановлен знаменитый иконостас, и в 1998 году митрополит Владимир освятил полностью отреставрированный храм. Стараниями настоятеля Чесменская церковь живет полнокровной жизнью. Ежедневно совершаются богослужения, при церкви работают детская воскресная школа, клуб православных скаутов «Витязь», детский и взрослый хор, театр, открыт «Детский кризисный центр», занимающийся проблемами беспризорников, создан «Клуб чесменских бабушек». Как и при Екатерине II, Чесменская церковь и прилегающая к ней территория вновь стали центром культурной и духовной жизни. Всегда здесь людно: в Чесменский дворец приходят учиться студенты ГААПа, спешит молодежь на занятия в соседний колледж, в будни и праздники люди идут помолиться в храм, поделиться бедой и радостью, почтить память героев на Чесменском кладбище да и просто погулять по ровным песчаным дорожкам и тенистым аллеям близ церкви. И наполняется сердце радостью и светом от причастности чуду земному и небесному.

Церковь Рождества Святого Иоанна Предтечи (Чесменская) открыта ежедневно с 9 до 19 ч.

Адрес: ул. Ленсовета, д. 12.

Транспорт: метро «Московская»

Автобус: 16

Трамвай: 29,45 (до остановки «ул. Ленсовета»).

Церковь Рождества Святого Иоанна Предтечи на Каменном острове

От Троицкой площади ровной линией стремительно движется, пересекая весь Петроградский остров, а потом и Аптекарский, бывшая дорога на Каменный остров. Его название старожилы объясняют тем, что когда-то из воды Малой Невки, омывающей остров с юга, поднимался гигантский камень, сохранившийся еще со времени таяния ледника. Таких камней природа оставила немало: не случайно финны, жившие на этих землях еще до основания Петербурга, называли остров «Кивисаари», что значит «Каменный». В XIX веке дорогу достроили, и теперь она, делая виток, проходит остров и заканчивает свой путь у набережной Большой Невки, омывающей остров с севера. А сама дорога стала называться Каменноостровский проспект [200] .

Здесь, в восточной части острова, который острым мысом врезается в воды Большой Невки, вот уже более двухсот лет стоит необычная церковь. Это церковь во имя Рождества Иоанна Предтечи, которая тоже сооружена в честь славной победы русской эскадры в Чесменской бухте. Новый храм на Каменном острове был освящен в 1780 году, через 10 лет после битвы.

Первым владельцем Каменного острова был соратник Петра Великого, канцлер Гаврила Иванович Головкин. Здесь когда-то стоял его красивый загородный дом, построенный в 1714 году. Это было первое здание на большом, еще заболоченном острове. По преданию, Петр приезжал погостить к хозяину, отдохнуть от государственных дел, а однажды даже собственноручно посадил молодой дубок. Теперь гигантский раскидистый дуб украшает Каменный остров и является своеобразным памятником петровской эпохи [201] . Вторым владельцем острова был канцлер Алексей Петрович Бестужев-Рюмин, для которого на острове была построена великолепная деревянная загородная резиденция с парком и прудами; к сожалению, до наших дней она не сохранилась.

В 1765 году Екатерина II купила остров и подарила его своему сыну Павлу. Одним из первых зданий, построенных на Каменном острове по приказу Павла, стал Инвалидный дом. Он был создан в 1766 году для моряков, получивших увечья во время Чесменского сражения, а позднее здесь получали приют и лечение ветераны Балтийского флота, оставшиеся без средств [202] . Для этих несчастных, находившихся на попечении самого наследника престола, и стали строить Предтеченскую церковь, а позднее, когда на Каменном острове возвели для Павла Каменноостровский дворец с большим садом, оранжереями и конюшнями, церковь получила статус домовой. Ее прихожанами стали не только члены царской семьи, но и прислуга новой загородной резиденции Павла. Будущий император очень любил Предтеченскую церковь и часто посещал ее. Павел лично следил за возведением церкви и выбрал первого ее настоятеля; также он передал в дар новому храму много икон, церковную утварь. Иногда он сам поднимался на хоры и пел вместе с певчими. А когда, уже став императором, Павел был избран главой Мальтийского ордена, он объявил церковь Рождества Святого Иоанна Предтечи орденской. Здесь кавалеры Ордена принимали присягу. Неподалеку от храма находилось кладбище для кавалеров Мальтийского ордена.

Эти захоронения по приказу Александра I были перенесены на Смоленское кладбище, а церковь полюбилась и новому императору, который часто подолгу молился в храме. Сюда приходили и многие известные люди России. Дело в том, что уже в правление Павла участки земли на острове стали раздавать знатным вельможам и чиновникам. На Каменном острове появилось множество красивых и изысканных особняков, где летом отдыхали их именитые владельцы. В храме бывали Г. Р. Державин, М. И. Кутузов. В последние годы жизни его часто посещал Александр Пушкин, снимавший на Каменном острове дачу. Здесь крестили детей поэта – Александра, Григория и Наталью. В 1836 году на острове поэт создал «Каменноостровский цикл» стихов, навеянный впечатлениями от посещения церкви Рождества Святого Иоанна Предтечи [203] .

После революции церковь стала приходской, и ее могли посещать простые горожане, но в 30-е годы храм закрыли и передали известному скульптору Крестовскому; позже затем здесь расположился спортивный зал военного санатория.